Чернокнижник
Шрифт:
–Ты говоришь «без приглашения». Но ведь оно есть у нас, – Лаки протянула Мастеру письмо. Тот, раздумывая, смотрел то на нее, то на кусок пергамента.
–Я ничего еще не смыслю в магии. Я и не видела темных магов, – Лаки улыбнулась, – но я умею читать. И думать. Иногда. И если здесь написано "ключ" и "отзыв", не значит ли это, что, произнеся их, мы попадем в замок?
–Меня знает каждая темная собака.
–Но не меня. Но я все же знаю, как изменить тебя до неузнаваемости.
Мастер молчал.
–Каковы шансы, что твои союзники узнают про бедствие в Крепости?
–Я уверен, что клубок прикатится к Низинному гнезду очень быстро.
–А у нас появился шанс разворошить другое гнездо. Мы просто приедем, осмотримся и исчезнем.
Мастер лишь тяжело вздохнул и обреченно посмотрел в окно.
Кларенс решил еще раз проверить, все ли приготовления к празднику ведутся в соответствии с его планами. Он стоял у окна, глядя, как воды Свонстрима неспешно текут мимо крепостных стен, и раз за разом прокручивал в голове список дел.
Ему нравился новый замок. Хотя слово "новый" не совсем подходит для места, где живешь уже пятый год. Но если раньше ты всю жизнь скитался под чужим небом, к домашнему уюту очень долго привыкаешь.
Кларенс был серьезной и влиятельной фигурой в современном тёмном обществе. Потомственный колдун, он имел солидное наследство и готовился в самое ближайшее время стать одним из приближенных лиц Чернокнижника. Мало кто афишировал это, но небольшие городишки и деревеньки Островов, ровно как и кое-какие земли Огня, зачастую платили нечто вроде дани могущественным колдунам, взявшим их под "опеку" – такая плата была гарантией, что колдун не изведет жителей тем или иным хитроумным способом. И Кларенс получал дань немалую.
Все было практически готово к приёму темной знати. Заказаны бочонки лучшего лиерского вина, доставлены откормленные фазаны и нежнейшая телятина. Из ближних деревушек в специальных дубовых бочках был привезен настоящий виски водных земель. Все гостевые комнаты огромного замка были тщательно прибраны и протоплены. Гости не почувствуют никакого дискомфорта, даже самые изнеженные, привыкшие к всевозможным современным новшествам.
И самое главное: прямо к праздничному ужину Кларенс приготовил зачарованные камни, чтобы продемонстрировать гостям, как подземные жители берут в осаду небольшой полис. Колдун намеренно отдавал предпочтение старым добрым зачарованным камням перед всевозможными онлайн-трансляциями, чтобы показать послам из разных уголков Кварты (и не только) превосходство чистой силы перед убогими человеческими технологиями. Радужные и немного заносчивые размышления Кларенса внезапно были прерваны, так как тень в углу кабинета пошевелилась, и низкий тягучий голос рассеял все его мысли:
–Итак, сегодня нас ждет великолепный бал. Ради чего мы так сорим деньгами, брат?
–Не мы, а я, – слегка раздраженно ответил Кларенс, не оборачиваясь, – я терплю большие расходы. Это приказ Чернокнижника. Настало время укреплять наш темный союз. Я пригласил гостей. Они поедят вкусное мясо и выпьют вкусного вина. Они увидят всю мощь, которую мы способны направить против наших врагов. И предоставят нам свои деньги. Своих людей. Свои способности.
–И ради этого мы должны их ублажать целую неделю? – тень зевнула. – Скучно. По-настоящему сильных магов нет в списке приглашенных, и раз уж ты упомянул Чернокнижника, позволь заметить: пришло время представить меня как…
–Не в этот раз, – резко прервал Кларенс. – Это никак не вписывается в нашу встречу. И я отдельно попрошу тебя не мозолить глаза нашим гостям. Всю еду и напитки ты получишь прямиком в свою башню.
–Я не нуждаюсь в объедках с твоего стола!
Тень двинулась вперед – Кларенс вынужден был повернуться и во все усиливающемся раздражении вытянуть руки:
–Прекрати! Не валяй дурака! Ты капризен как ребенок. Ты же знаешь, что гостей не должно пугать, что ты…
–Что я полукровка? Извини, но если бы наша мать не была такой шлюхой, может быть, тогда…
–Энрике!
Этот крик словно пошатнул тень. Вероятно, еще и потому, что Кларенс вложил чуточку заклинания Доминанты в свой окрик.
–Да будет тебе известно, любезный Эдмунд, – тихо проговорил Энрике, – что сам великий Чернокнижник является полукровкой, и вряд ли он бы одобрил, что ты и твои высокоаристократические друзья так воротят нос от низших полукровок. Вы отправляете их как животных на бойню, – голос Энрике чуть дрогнул, – как будто они – ничто. Никак не помогая им. Бросив на произвол судьбы. Рано или поздно их всех уничтожат, ты ведь знаешь это, не так ли, Эдмунд?
–Это необходимо. Сам Чернокнижник одобрил это. Наши союзники увидят силу нашего движения. Нельзя выиграть войну без жертв, и только дурак думает иначе.
–Эти жертвы ничего не стоят.
–Ты ошибаешься, Энрике. А сейчас я прошу тебя: отправляйся в свою часть замка и позволь мне провести эту встречу. От нее зависит наше с тобой будущее.
–Знаешь, настанет день… Очень скоро, быстрее чем ты думаешь… Когда все лживые слуги, которые не считают нас за людей, получат по заслугам.
Энрике исчез.
Кларенс еще немного постоял у окна и в раздражении плюнул прямо в горшок с цветком.
Его брат. Настоящая старая, мерзкая больная мозоль.
Когда ему было девять и Энрике появился на свет, первым желанием Кларенса было бросить этого странного мохнатого младенца в печь, как делали все повитухи в Средние века, если встречались с чем-то необъяснимым. Но их мать взяла с отца словоне причинять ее младшему сыну вред и позволить получеловеку встать на ноги. Их мать, андалусийка, весь свой пыл, всю свою любовь подарила младшему сыну, и хотя Эдмунд Кларенс постепенно становился правой рукой своего отца-ведьмака, его задевало, что к нему мать практически равнодушна. Жаль, что она прожила так недолго. Наверное, встреча с отцом Энрике так подорвала ее здоровье.
"Отцом", – подумал Кларенс, и его передернуло. Как можно считать "это" отцом…
До прихода гостей оставалось всего несколько часов. Пора было проконтролировать приготовление первых блюд.
– Я все так же считаю, что мы ищем легкой смерти, – сказал Мастер час спустя.
Они сидели на козлах, на Мэтуу был один из старомодных костюмов, что они нашли в тюках. На его лице Лаки удалось нарисовать некоторое подобие морщин, его черные волосы она убелила пепельно-серым порошком, содрогаясь от омерзения, очистила белую линзу и искусственный клык. Теперь героя Кварты было почти не узнать. Сама Лаки выбрала одно лишь темно-красное платье и теперь походила на героиню какого-то старого фильма о давних временах.
–А тебе идет платье.
–Да-да-да, а тебе этот клык.
Некоторое время они молчали.
–Мастер!
–М-м-м?
–Почему Чернокнижник решил воевать против всех?
–Что ты имеешь в виду?
–Почему в этом мире, – Лаки пыталась выразить свои мысли максимально понятно, – есть такой человек, как Чернокнижник? Зачем он нужен?
–Даже не знаю, как ответить на твой вопрос. Когда-то этого мира не было, ты знаешь. Тысячи лет назад вся магия, чаровство были собраны в твоем прежнем мире, мире простых людей. Алюмия – так мы его зовем. А потом несколько очень могущественных магов решили создать это место и унести с собой всю магию, а заодно все зло, что окружало людей. И приглядывать за людьми как бы исподтишка, скрываясь за гранью этого мира. Потому-то наши два мира связаны – как мать и ребенок связаны пуповиной. Если мир людей погрязнет во зле, если люди истребят друг друга, то это мир также погибнет, потому что Алюмия – его мать. И наоборот.