Чтение онлайн

Длинные каштановые волосы заправлены в воротник мешковатого пальто, белая как молоко кожа, сутулая тощая фигурка, руки в карманах, на голове кепи, из-под козырька которой в разные стороны смешно торчит чёлка. А её лицо! Какая-то детскость и наивность читалась во взгляде. Не было ни хитрой усмешки, ни злости, ни страданий.

Только чистота и любопытство.

Дай никогда не видел Лилит такой, даже когда она задумывалась, глядя в окно, лицо её хранило отпечаток трагедии прошлого и бесконечной грусти.

Фотография была сделана ночью, в толпе, возле ярких ярмарочных огней. Дай легко мог ошибиться, обознаться. Но нет. Это точно Лилит. Младше, чем сейчас, нежнее, лучше.

Тепло разлилось в груди Дая, а потом он увидел тёплую улыбку Саймона и похолодел.

Саймон назвался её братом.

Но Дай знал: Лилит – сирота, выросшая в столичных трущобах. Последний человек, опекавший её – старый наёмник из Краза – погиб. Лилит осталась одна. Одна! Не было ни братьев ни сестёр… только Дай. Он первый появился в её жизни после смерти старика. Он первый протянул ей руку помощи в трудную минуту. Он единственный, кто заботился о ней больше чем о себе. Он ненавязчиво занял в её жизни далеко не последнее место, даже если сама Лилит этого ещё не осознала.

Дай стал для неё важен.

И он хочет, чтобы всё так и оставалось.

Только он и она.

И никакой Саймон никаким боком тут не впёрся. Кто он вообще такой?! Как смеет называться её братом? Где он раньше был, а?

– Она пропала три года назад, – тихо сказал Саймон. – Я учился за границей и ничего не знал, а когда вернулся… – голос его сорвался и стих.

«Неплохая актёрская игра» – скептически хмыкнул про себя Дай.

Он в упор посмотрел на Саймона и, наконец, понял, что так его раздражало. Саймон был похож на неё.

И цвет волос, и кожи, и тот же насмешливый блеск в глазах и острая улыбка-оскал. Теперь Саймон бесил ещё сильнее. Да как он смеет, аферист!

Дая почти трясло от гнева. Он хотел разорвать фотографию в клочья, а потом так же поступить с Саймоном. Лишь бы ничто в нём больше не напоминало Лилит и их, возможную (нет!!!) связь.

Но Дай сдержался.

– Впервые вижу эту девушку, – спокойно сказал он, отдав фотографию.

– Я хотел попросить вас о помощи в поисках. – Саймон спрятал фотографию под цепким присмотром Дая. – Я слышал, вы лучший в этом деле.

– Боюсь, мне нечем вам помочь… – холодно отрезал он, и Саймон поник.

Дай не доверял ему с самого начала, а теперь ещё больше. Но он должен держать его под контролем, следить за ним. Что же он замышляет? Кто он такой на самом деле? Всё новые и новые вопросы возникали в голове.

– …но я подумаю, что можно сделать.

Саймон радостно улыбнулся, а Даймонд нахмурился.

Он не позволит никому забрать у него Лилит.

Три месяца назад. Королевство Алнаир

Ни к кому не привязывайся, нигде не задерживайся, будь на чеку – таких правил всегда придерживалась Лилит.

Но умудрилась нарушить все.

Потому, когда она, трусливо поджав хвост, убегала от Дая, заблаговременно обчистив его карманы, Лилит повторяла про себя, что поступает верно и наконец-то возвращается к соблюдению своих правил. Правил, которые неизменно спасали её шкуру на протяжении пяти лет и помогали выжить даже в самые худшие времена.

Первое правило она нарушила два года назад, когда старик Байард приютил её. Он воспитывал её, давал работу и даже дарил подарки на – предположительный – день рождения. Она невольно привязалась к нему, как и он к ней, и нарушила второе правило, оставшись с ним. Вероятно, это и сгубило его.

Нельзя привязываться к Суртам – они приносят дорогим и близким только беды. Таково их проклятье.

Была старая детская песня-страшилка, в которой говорилось об этом.

Лилит поклялась больше ни к кому не привязываться и искоренить в себе любые проявления человеческих чувств. Тогда из-за неё никто больше не пострадал бы.

Но появился Дай и разрушил третье правило, а с ним и все остальные.

Лилит не знала, как описать те чувства, что испытывает к нему. Он пробуждал в ней человека с его обычными эгоистичными желаниями и потребностями. Даже не осознавая, Дай сам упёрто рыл себе могилу.

Лилит не хотела уходить, но ушла. Заставила себя.

Уйти, не прощаясь, – было легко, не оглядываться – сложнее.

Она знала, что поступила подло: ограбила и сбежала. Но чувствовала, что если задержится ещё хоть на миг, – больше не сможет его отпустить.

Дурацкое желание – быть с кем-то связанным.

Лилит чуралась его, как чумного, и презирала. Глупые людишки желают сковать себя цепями уз, родства, дружбы, любви. Связать себя нитями, лесками, канатами чужих надежд, переживаний, нужд и судеб. Они легко отбрасывают свободу, боясь одиночества.

Но Лилит не боялась одиночества или, по крайней мере, так считала. Она думала, что не такая как все, что сможет искоренить в себе человечность, ведь она монстр! Она хотела достичь истинной свободы, независимости, думала, что легко с этим справится, будучи не человеком.

Но ошиблась.

Чувства незримо вонзили в неё свои клыки, как зверь вонзает их в горло слабой добыче. И они до сих пор в ней. Раздражающие, напоминающие о себе, как больной зуб: знаешь, что, если тронешь – заноет, но всё равно продолжаешь поддевать языком.

Три месяца назад. Диамантовые воды

Первые дни путешествия на корабле не дались Лилит легко.

Уже на третью ночь она жалела, что вообще сунулась в эту авантюру. Поехала чёрт знает, куда с чёрт знает кем! Она вообще в своём уме была, когда соглашалась плыть через открытое море в неизвестную ей страну, о языке и культуре, которой ничего не знает?

Да, ей нужно было действовать, уезжать, но не абы куда! И с кем? Кто эти люди, с которыми она каждую ночь спит под одной крышей? «Тени», убийцы…

Она ничуть не доверяет ни пересмешнику Клименту, ни вечно ворчливому Зену.

Зачем она уехала? Наверняка никакого «лекарства» от проклятия не существует… А если и существует, как она будет его искать и успеет ли вернуться пока не поздно?

Ещё ни одну ночь на этом треклятом, вечно качающемся и скрипящем судне Лилит спокойно не спала. Она напряжённо лежала в позе эмбриона, прислонившись спиной к стене, и, сжав в руках нож, держала ухо востро.