Черные дьяволы
Шрифт:
Худаева посмотрела на Тимохина:
– Значит, вы остаетесь?
– Да, остаемся, Белла, и будем стоять здесь до конца.
– Но вас так мало? Женщины тоже могут держать в руках оружие.
– И женщины, и старики, и даже подростки. Держать, возможно, стрелять, но не воевать против солдат. Это должны делать профессионалы. Мы, заверю вас, профессионалы. И давайте прекратим ненужные разговоры. Я ценю ваш порыв защищать свое село, но не могу допустить этого. Не могу допустить, чтобы гибли женщины, старики и дети. Поверьте, за свою службу, а она проходила не в штабах и безопасных гарнизонах, я видел много крови, разоренные кишлаки, аулы, села и обезображенные трупы детей и их матерей. Я видел их столько, сколько вы не увидите за всю жизнь даже в кошмарных снах. И я не хочу, чтобы и это село превратилось в место бойни ни в чем не повинных людей. Посему, зная о том, насколько высок ваш авторитет в селе, я возлагаю на вас, уважаемая Белла Ахмедовна, задачу по подготовке жителей к эвакуации. С собой иметь только самое необходимое. Какие у вас есть ко мне вопросы, Белла?
– Значит, вы нас спрячете, а сами будете драться?
– Это наша работа.
– А ведь вы не наблюдатели, подполковник?
– Ну, почему? Сейчас мы только и делаем, что контролируем обстановку, и это обязанности наблюдателей. Правда, нам еще приходится убеждать некоторых покинуть опасную зону, и вот тут мы действуем больше, как милиция.
– И все же вы не наблюдатели!
– Какая разница, кто мы? Главное – мы с вами! Еще вопросы есть? Учтите, самоотводов я не принимаю, у нас не собрание.
Белла спросила:
– Когда жители должны покинуть село?
– Вот это другой разговор. Вы подготовьте семьи к эвакуации. С 21.00 они должны, как говорится, сидеть на чемоданах. О времени и порядке отхода жителей сообщу вам дополнительно!
– Хорошо! Я подчиняюсь!
Багоев воскликнул:
– Почему ж ты мне, Белла, мозги полоскала?
– Потому, что ты, Тимур, извини, не подполковник Российской армии.
– Значит, ополчение по-твоему ни на что не способно?
– Вы, все мужчины, которых я знаю, достойные, смелые, порядочные люди. Не сомневаюсь, что вы готовы за нас жизнь отдать, и все же вы непрофессионалы. Александр же и его подчиненные – кадровые военные, и они знают, что делать. Не обижайся, Тимур, я ни коей мере не хотела ни обидеть, ни тем более оскорбить тебя!
– Да ладно! Все нормально!
Тимохин посмотрел на Худаеву:
– Если у вас, Белла Ахмедовна, в процессе подготовки жителей села к эвакуации возникнут какие-либо проблемы, обращайтесь прямо ко мне. Где найти меня, знаете. Впрочем, дальше села я не уйду в любом случае. Удачи вам!
– А вам спасибо, Александр!
– Давайте оставим любезности на то время, когда вам ничто не будет угрожать! А сейчас займемся работой.
– Хорошо! И все равно спасибо. Мы никогда не забудем то, что вы для нас делаете!
Тимохин, кивнув, направился следом за Багоевым к выходу со двора.
В 20.00 того же дня из Цхинвала в село прибыл «УАЗ» российского миротворческого батальона. Он доставил боеприпасы для автоматов, снайперских винтовок калибра 7,62 мм и 9 мм, а также два одноразовых переносных гранатомета «Муха». Поделились миротворцы. Приняв ящики, Александр отпустил «УАЗ».
К 20.20 офицеры групп были на месте, начали подходить и ополченцы. Комната совещаний не могла вместить всех, так что совещание пришлось проводить прямо во дворе, вынеся из дома два стола, на которых Тимохин разложил карту.
– Прошу внимания! Первый вопрос по ополченцам, чтобы не задерживать наших осетинских братьев.
Подполковник взглянул на Багоева:
– У тебя, Тимур, 13 человек, так? А в селе проживает всего 81 человек?
– Да! 16 семей, 13 мужчин, 16 женщин, 46 детей и 6 стариков. Всего 81 человек, раньше было больше.
– Ближе к полуночи начнем эвакуацию мирных жителей в овраг за северные высоты. С ними отправятся и две твои группы, 8 бойцов прикрытия. Кто будет командовать силами прикрытия?
Багоев ответил:
– В овраг пойдут люди Давида и Хасби. Старший – Давид.
Вперед вышел бородатый мужчина:
– Давид – это я, командир!
Тимохин кивнул и спросил:
– Задача тебе ясна, Давид?
– Да!
– Если грузины прорвутся к оврагу, защищать людей до последней капли крови!
– Мог бы этого и не говорить, подполковник!
– Обязан был сказать! Здесь остается чья группа?
Багоев сказал:
– Группа Аслана!
Молодой мужчина лет 30-ти поднял руку:
– Я Аслан!
– Значит так, ты, Аслан, с 23.00 рассредоточиваешь свою группу вдоль южной окраины села, чтобы иметь в секторе обстрела открытую местность от селения и до гряды южных приграничных высот. По флангам встанут мои люди. Там же находиться и Багоеву.
– Есть! – ответил Тимур.
– Связь держим с тобой, Тимур!
– Понял!
– Рассредоточить группу в линию, используя для укрытия особенности рельефа местности. Интервал между бойцами от 30-ти до 50-ти метров, но так, чтобы были прикрыты все подходы к селу с юга. Интервал может быть сокращен или увеличен на усмотрение Багоева. Вооружение ополчения – автоматы. У дома стоят два ящика – это боеприпасы, можете пополнить свой арсенал.
– Я решу этот вопрос, – проговорил Багоев.
– Хорошо, тогда командиру ополчения остаться, остальным бойцам отряда самообороны заниматься подготовкой к выходу на определенные позиции. Свободны! Отход из усадьбы по одному!
Ополченцы покинули двор. У столов остались бойцы групп «Орион» и «Алтай», а также Тимур Багоев.
Тимохин продолжил:
– Местность здесь такова, что армейские подразделения, имеющие на вооружении бронетехнику, могут войти в село только с востока или запада. Но запад – это практически уже восточные окраины Цхинвала, следовательно, противник пойдет к этим окраинам с востока, по старой горийской дороге и через село. По Цхинвалу перед штурмом грузины обязательно проведут артиллерийскую подготовку, ударят ли они из САУ и «Градов» по селу, неизвестно. Будем исходить из худшего варианта вероятного развития событий, а именно: грузины нанесут артиллерийский удар и по селу. Но особо бить по селению у них резона нет. Разрушения могут создать препятствия для выхода их наземных сил к восточному району Цхинвала. Так что если и ударят, то лишь для эффекта и в целях устрашения жителей. После артподготовки начнется наступление на столицу Южной Осетии, если, конечно, агрессия Грузии не ограничится массированным обстрелом. Что вряд ли, Сардикашвили не зря назвал войсковую операцию против Осетии «Чистое поле»! Значит, начнется наступление. Недалеко от села, юго-восточнее у самой границы, дислоцируются подразделения российских миротворцев. По ним ударят в первую очередь, и через их посты часть войск будет выдвигаться к Цхинвалу. Другая часть пойдет через село. Ну а мы должны подготовить им встречу. У меня вопрос к капитану Киму.
Ким взглянул на Тимохина:
– Да, командир?
– Ты определился с установкой противотанковых мин и противопехотных осколочных «МОН-50»?
– Так точно! «Блины» – противотанковые мины – предлагаю выставить непосредственно на дороге перед подъездом к селу, благо старая трасса из Гори настолько разбита, что это не составит никакого труда, и слева от дороги на удалении метров в двадцать. Если на дорожный «блин» налетит танк или бэтээр, то следующая за ним техника пойдет в обход, и мы имеем неплохой шанс подорвать еще одну вражескую «коробку»! «МОНы» же следует выставить на открытом пространстве от дороги до села. Каждая противопехотная осколочная мина направленного действия выводит из строя личный состав в секторе по горизонту 54-х градусов на дальности и до пятидесяти метров при высоте поражения от пятнадцати сантиметров и до четырех метров. Перекрыв сектора действий двух «МОН-50», мы получим сектор практически стопроцентного поражения противника на удалении до тех же пятидесяти метров. Подрыв произведем в нужное время с пульта управления электродетонаторами, которые получены мной в комплекте с минами.
Тимохин приказал:
– Укажи на карте, где ты предлагаешь выставить мины.
Капитан выполнил требование командира.
Александр согласился:
– Хорошо! В 23.00 займись минами лично! Помощник не нужен?
– Не помешал бы!
– Возьмешь с собой Шепеля!
– Есть!
– Так с плохеньким и все же минным заслоном определились, теперь о позициях каждого бойца. Я занимаю позицию управления подразделением на северном холме, вот здесь.
Он показал на карте свой будущий КНП.