Чтение онлайн

— Это какой же? — почесал в затылке я.

— Ага, сейчас прямо все расскажу! Вот фиг тебе — хихикнул Зимин — Сам думай. Впрочем, если совсем уж в тупик зайдешь, подсказку дам.

— Злой вы — буркнул я — Но не уйду я от вас, хорошо мне здесь.

— Молодец — похвалил меня Зимин — Будет тебе булька-масло, дядюшка Макс позаботится об этом. Кстати, о булька-масло.

Зимин открыл сейф, это было понятно по металлическому лязгу, и похоже, что он находился в одной из тумб под столом, покопался в нем, и бросил мне на колени плотный конверт.

— Премия, Старик распорядился. Ты вообще ему по душе пришелся, а значит быть тебе с нами в одной команде. Если ему кто понравился — считай, дело решенное, это я тебе точно говорю.

— Так я за, обеими руками — оценил я плотность конверта — Как, впрочем, и обычно, главное, чтобы вы голодовку не затеяли и к хипстерам не подались.

— Я не знаю, кто такие хипстеры — отозвался Зимин — А вот рабочее место, что я тебе тогда показывал, считай твое. Ну, само собой, если ты дело до конца доведешь.

— Доведи тут — посопел я — Сюрприз на сюрпризе, блин.

— Не ворчи — махнул рукой Зимин.

Мы еще минут двадцать поговорили о всяких пустяках, о том и о сем. Под конец он сообщил мне, чтобы я ничего не планировал на двадцать пятое декабря, поскольку на него назначен большой корпоративный бал 'Радеона', куда я обязан прибыть со своей дамой, причем без вариантов.

— Не люблю я этого — поморщился я.

— Никто не любит, кроме Валяева — жестко сказал Зимин — Но ты быть обязан и это не просьба. Вопросы?

— В смокинге? — мученически спросил я — Или в костюме можно?

— Да ты романтик — хохотнул Зимин — Тема бала будет известна числа пятнадцатого, они у нас не просто так, они у нас костюмированные. В том году Римская империя была, а до этого детский утренник изображали. Видел бы ты Вежлеву в красной шапочке! Валяев потом еще месяца три себя педофилом чувствовал!

Час от часу не легче! И опять Вика с платьем обломалась, бедолага…

Я уже почти совсем собрался уходить, как вспомнил, о чем хотел еще поговорить.

— Максим Андрасович, а вот награда за конкурс, ну, которая Самый Главный Приз. Не слишком ли?

— Мы это обсудили и даже вынесли этот вопрос на совет директоров, что нетипично — понимающе сказал Зимин — Совет сказал 'Пусть будет'. Отведем победителя на третий этаж, там поводим по сценаристам, ничего такого. А ты что, не в курсе ситуации?

— Мне очень стыдно — но нет — твердо сказал я — Кто с вами из моих этот вопрос утрясал?

— Вика — удивился Зимин — Она сказала, что ты в вроде как теме, что не против и вроде даже сказал ей, чтобы она этот вопрос решила, ну я так понял. Постой-постой…

— Стою — мрачно ответил ему я — Но кажись, не очень твердо. Однако распустил я их.

— Не их — безжалостно сказал Зимин — Ее. Кстати, я тебя предупреждал.

— Было дело — покаянно вздохнул я — Не внял я, не прислушался, каюсь. Но ничего, не все еще потеряно. В смысле, ничего непоправимого не произошло. Хорошая вздрючка — это дело такое, способствует нахождению истины.

— Ну, ты не усердствуй особо — Зимин потрепал меня по плечу — Девка она хорошая. А что до рвения — для тебя, дурака старается. Опять же дело молодое, мозгов еще нету, просчитывать ходы не умеет, так что не лютуй особо.

— Постараюсь — пообещал я мрачно.

— И ты сам хорош — Зимин сыпанул соли на свежие раны — Дело подзабросил, в редакции почти не бываешь. Непорядок это, любезный друг, вот я что тебе скажу.

— Сам знаю, как раз по дороге об этом думал — я еще раз вдохнул — Но игра. Она столько времени и сил забирает, ужас просто.

— Ну, а кому сейчас легко? — язвительно-сочувственно отозвался Зимин — Крутись как-то, но подчиненных забрасывать не дело. Они от этого хиреют и мысли всякие фрондерские в голове начинаю бродить. Один у тебя там уже и спиваться начал, между прочим.

Какая информированность, погляди-ка.

— Ладно, будем считать, что хвоста я тебе накрутил — демократично сказал Зимин и подтолкнул меня к выходу — Все, свободен. У меня тоже дел еще как у дурака махорки.

Мы пожали друг другу руки и уже у двери он мне сказал-

— А Вику свою особо не прессингуй, нормальная она у тебя. Будь мудрее.

Я промолчал и вышел из кабинета.

— А, Никифоров — встретил меня язвительный голос Елизы — Как это ты меня сумел миновать?

— Удачно — пискнул я, устремляясь к лифту — Повезло мне.

На ресепшен меня уже ждали.

— Харитон Юрьевич, позвольте мне вас проводить к машине — сделала книксен рыжеволосая Дарья, явно копируя сцену из какого-то фильма.

— Извольте — удивленно сказал ей я — А к какой машине?

— Позвонила Елиза Валбетовна, сказала, что нечего вам по метро тереться — пояснила мне Дарья — А если она сказала…

— Да понятно все — махнул рукой я — Кто с ней спорить будет, тот до утра не доживет.

В глазах Дарьи огоньком метнулся страх, как будто я сказал что-то очень пугающее.

У самой машины она как-то тайком сунула в ладонь бумажку и одарила еще одной улыбкой.

— Спасибо за ваш визит — заученно сказала она — И мы всегда будем рады вас видеть снова.

— А уж я то! — ответил я вежливостью на вежливость.

— И слышать — тихо-тихо прошелестела Дарья.

В машине, когда мы отъехали, я развернул бумажку. Два телефона — городской и мобильный и приписка 'Я буду ждать. Даша'.

По всем законам кинематографии я должен был эту записку скомкать и, опустив стекло, выкинуть ко всем чертям. Но так то в кино, а у меня-то жизнь, да еще такая непредсказуемая, и никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь. И уж коли девушка красивая сама телефон дала, да еще и намеки всякие строила, то это как медаль получить, и потом ее в кармане таскать — и глупо и нелогично. Опять же вон она какая рыжая, да еще и зеленоглазая… Телефоны с бумажки отправились в коммуникатор, подальше положишь — поближе возьмешь.

Ну, а что до Вики… Не буду я никакого фитиля ей крутить, ни к чему это пока. Подожду маленько, спешка дело такое, никчемушное и зачастую вредное. Пусть покомандует, расслабится, силу почувствует, а я на все это погляжу со стороны. Там и увидим, чего она хочет, капля власти, она как лакмусовая бумажка — раньше или позже покажет, что к чему. Может это и неправильный вывод из полученной информации, да и в этой ситуации, но если это и ошибка — то моя ошибка. Но лучше ошибиться сейчас и здесь, по мелочи, чем потом и за большую цену. И мне очень хотелось бы, убедиться в том, что Вика всего лишь старается хорошо делать свое дело. Очень…