Чтение онлайн

И все же, чтобы порадовать себя и Малыша, Лилиан прижалась губами к отверстию в сетке, а зверь ткнулся в нее носом.

–  Мы с тобой еще увидимся. Идем, Эрик!
– позвала Лил онемевшего практиканта.

Они пошли к служебным помещениям. Парню не терпелось продолжить разговор.

–  Тэнси говорила, что вы подобрали его в лесу. Его и еще двух детенышей пумы.

–  Их мать погибла в схватке с матерым волком. Так, по крайней мере, это выглядело. Волка она убила, иначе он сожрал бы детенышей, но и сама умерла от полученных ран. Мы нашли два трупа и малышей. До этого нам ни разу не приходилось выкармливать детенышей пумы.

У Лил на память об этом неординарном случае остался шрам у правого локтя - постарался один из братьев Малыша.

–  Мы кормили и всеми силами выхаживали их несколько месяцев, пока они не выросли настолько, чтобы охотиться самостоятельно. Все это время мы старались ограничивать их общение с людьми. Потом отвезли Малыша, то есть Рамзеса, и его

братьев в лес и выпустили на свободу. С тех пор мы регулярно находим их следы. А Малыш решил остаться…

Оглянувшись, Лилиан увидела, что ее любимец отошел от ограды, и продолжила свой рассказ.

–  Его братья благополучно адаптировались на воле, а Малыш продолжал возвращаться в заповедник. Пумы по своей сути одиночки, но этот представитель рода почему-то предпочел одиночеству, так сказать, общество. Знаешь, Эрик, можно год за годом изучать биологию, образ жизни и повадки зверей, но это не значит, что когда-нибудь тебе

удастся узнать о них абсолютно все.

Войдя в контору заповедника, Лилиан сняла куртку и огляделась. Ее отец вполголоса с кем-то разговаривал по телефону. Лусиус Гэмбл увлеченно стучал по клавиатуре компьютера - что-то печатал.

Впрочем, появление Лил не осталось им незамеченным. Лусиус радостно помахал ей рукой.

–  О! Вернулась с передовой, - он вскочил из-за стола и заключил Лилиан в объятия. Она сразу почувствовала запах лакрицы, которую Гэмбл очень любил.

–  С передовой? Это точно. А как дела в тылу, Лусиус?

–  Прекрасно. Обновляю наш сайт в Интернете. Пару недель назад нам привезли раненую волчицу. Попала под машину. Мэтту удалось ее спасти. Наши фотографии вызвали целый шквал откликов, как, впрочем, и статья Тэнси.

–  У нас новая волчица? Сможем мы отпустить ее на свободу?

–  Вряд ли. Она здорово хромает, да и возраст уже не тот. Мы назвали ее Зена - уж больно воинственно выглядит.

–  Ладно, взгляну попозже.

–  Я разместил и твои фотографии, сделанные в Андах, - Лусиус кивнул на монитор.
– «Потрясающие приключения доктора Лилиан Чанс». Представляю, сколько восторженных писем мы получим.

Лил слушала новости, наслаждаясь привычной обстановкой. Простые стены, обшитые деревом, были украшены плакатами с изображениями животных. Стулья для посетителей тоже незатейливые, но удобные, на столе - куча разноцветных брошюр. Второй стол - за ним работала Мэри Блант - казался островком порядка среди созданного Лусиусом моря хаоса.

–  А отклики, о которых ты говорил, не были подкреплены чем-нибудь более существенным?

–  Ну почему же? Деньги тоже поступают, и достаточно регулярно. Мы купили веб-камеру - такую, как ты хотела. Мэри сейчас трудится над новым буклетом. Надеется закончить после ланча, если будет в состоянии его съесть. Другими словами, доделает, как только вернется от стоматолога.

–  Значит, соберемся сегодня после ланча. Все сотрудники заповедника, практиканты и те из волонтеров, кто захочет к нам присоединиться.

Из конторы Лилиан отправилась в ветеринарную лечебницу.

–  Где Билл?

–  Уже выписан, - повернулся к ней Мэтт Вейнрайт.
– Тэнси только что забрала моего пациента. Рад видеть тебя, Лил.

Обниматься они не стали - Мэтт этого не любил. Просто крепко пожали друг другу руки. Вейнрайт был ровесником ее отца. Его карие глаза смотрели на мир через очки в железной оправе, а шевелюра успела изрядно поредеть.

Мэтт очень любил животных и был прекрасным врачом. Он получал у Чансов не так уж много, но превыше денег ставил удовольствие от работы.

На крыльце послышались шаги, и в лечебницу вошел Джосайя.

–  Мне пора ехать домой, Лил. Завтра постараюсь отпустить Фарли пораньше, так что он сможет помочь вам здесь, - Джо тронул дочь за плечо.
– Будет что-то нужно, звони.

–  Хорошо. Твой список у меня, а покупки я привезу ближе к вечеру.

Джо попрощался и вышел.

–  Мэтт, встречаемся в конторе после ланча, - это было сказано уже Вейнрайту.
– Хочу, чтобы ты вкратце рассказал мне, то есть всем нам, о состоянии здоровья зверей. Потом я займусь инвентаризацией припасов.

–  Хорошо.

–  Что можешь сказать о нашей новой жилице? Зена, так ведь ее зовут?

Серьезное лицо Мэтта озарилось улыбкой:

–  Это все Лусиус. Впрочем, имя волчице и правда подходит. Возраст у нее солидный - восемь лет.

–  Предел для волков, живущих на воле.

–  Суровая зверюга. Вся в шрамах. Последняя рана оказалась очень серьезной. Водитель молодец, не растерялся. Сначала позвонил нам, а потом ждал в машине, пока приедет помощь. Зена получила такой удар, что не могла даже двигаться. Мы привезли ее сюда и тут же отправили в операционную, - Мэтт снял очки и протер стекла полой пиджака.
– К счастью, все обошлось. А могло бы закончиться по-другому, особенно с учетом ее возраста.

Лил вспомнила о Сэме Уилксе и вздохнула.

–  И все-таки Зена выздоравливает.

–  Она зверюга не только суровая, но и крепкая. Впрочем, отпускать ее в лес я не советую. С такой ногой Зена не протянет на воле и месяца.

–  Ладно, пусть считает, что попала в дом престарелых.

–  Послушай, что я тебе скажу, Лил. Ты ведь знаешь, что кто-то из сотрудников всегда ночует в заповеднике. Пока ты гуляла по Андам, мы от этого правила не отступали, - Мэтт улыбнулся.
– Пару дней назад как раз была моя смена. Вечером я удалял зуб королеве-матери…

Лил тут же представила себе их старую львицу.

–  Бедная старушка!… Скоро ей совсем нечем будет жевать. Как она?

–  Для своих лет неплохо. Но дело не в ней. Понимаешь, тут кто-то был.

–  О чем ты говоришь, Мэтт?

–  Я говорю о том, что кто-то был возле вольеров. Я проверил веб-камеру, потом прошелся по территории, но ничего не увидел. А что можно увидеть в два ночи, хоть и с фонарем? Этот кто-то здорово растревожил животных. Было много шума, криков и завываний.

–  То есть не обычный ночной галдеж?