Чтение онлайн

Все слушали эту исповедь и не могли поверить. Всё было просто и понятно, но в то же время не укладывалось в голове.

– Можешь опустить пистолет, – сказал Молчанов Антону.

Синявский неуверенно опустил оружие.

– Что теперь? – спросил лейтенант.

– Теперь бандиты нас убьют, – спокойно ответил Молчанов.

– То есть, как убьют? Ты же ими командуешь.

– Я ими командую, пока кормлю. Потом, примерно через месяц, когда всё будет съедено, они нас пристрелят и разбредутся кто–куда.

Молчанов затих и закрыл глаза. Антон покрутился у рычагов, посмотрел на датчики и оглянулся на друзей.

– Ой, блин, Снежа! – воскликнул Женя и бросился к домику. Там он стал отворять дверь, вдруг раздался выстрел. Женя отшатнулся, стукнул себя по лбу и крикнул: – Это я, не стреляй. Вот пароль, – он постучал: тук–тук, тук, тук–тук и медленно открыл дверь. В углу, съёжившись с направленным вперёд пистолетом, сидела Снежа и таращилась на брата.

– Ну не бойся, чего ты, – стал успокаивать её Женя и осторожно забрал пистолет из цепких детских ручек. – Всё хорошо.

Снежа обняла брата за шею и заплакала. Женя взял её за руку и вывел на улицу. К дому подошли Синявский, Молчанов и Вольф. С большими паузами, они обсуждали дальнейшие действия.

– Значит так, сказал Молчанов. – Я подумаю. Соберёмся в моём кабинете вечером в пять часов.

– Подожди, – сказал Синявский, – твой кабинет это где?

– В первом корпусе, на втором этаже фермы, – ответил Молчанов.

– Это Лаптевой который?

– Блин, ещё это Лаптева, – бросил Молчанов и пошагал в сторону корпуса. Вольф побежал за ним.

Друзья остались стоять на улице.

– Ну дела… – протянул дядя Рома.

– Странный он какой-то, – проворчал Женя. – Скрывает что-то. Да и откуда он знает Лаптеву? Может вообще наврал про фильтры, чтобы мы свалили.

– Не похоже это на ложь, – задумчиво ответил Синявский. – В любом случае, мы его ещё расспросим про это.

Вечером в назначенное время друзья прошли внутрь корпуса и поднялись в кабинет Лаптевой. Молчанов задумчиво сидел в кресле, перед ним на столе лежала кипа исписанной бумаги.

– Всё забрала, – пробубнил он. – Выгребла подчистую.

Увидев, как к нему в кабинет заходят, он поднял глаза и вздохнул:

– А, это вы? Садитесь.

Антон, Женя, дядя Рома, Алёна и Снежа не стали садиться, а встали около двери.

– У нас есть вопросы, – твёрдо сказал Синявский.

– Вопросы? – посмотрел на них Молчанов.

– Да. Откуда ты знаешь доктора Лаптеву и этот Комплекс?

– О… – высоко протянул Молчанов. – Это долгая история, а на неё сейчас нет времени, – закончил главарь.

– Говори! – крикнул Женя. Вольф насупился на парня, от чего тот несколько смутился и поубавил свой пыл.

– Если кратко, мы с ней работали вместе, здесь. Я построил этот Комплекс, а она мне помогала. Потом она подняла бунт и вышвырнула меня с братом за забор, – Молчанов говорил это так, будто ему было всё равно. – Затем, позвала солдат и их генерала–маразматика, чтобы охраняли Комплекс от меня. Так и получилось, что я осел в Ясногорске с урками, а она здесь с картошкой.

Все пялились на Молчанова. Внутри будто всё перевернулось, и он волшебным образом превратился из гадкого грабителя поездов в благородного рыцаря, мученика и страдальца.

– Теперь у меня к тебе вопрос, – Молчанов посмотрел на Синявского. – Зачем тебя отправили сюда?

Антон замялся, не зная стоит ли отвечать откровением на откровение. Да и как это скажется на его службе, которая вроде бы ещё продолжалась? Наконец, Синявский всё же решился, да и сведения эти уже никому не были нужны.

– Я принёс график поставок топлива в Комплекс, – кратко ответил он.

– График? – повторил Молчанов. – И всё?

Антон утвердительно кивнул.

– Ладно, – проворчал Молчанов, – заговорились мы о другом, а надо было о деле. Я, кажется, придумал, что нам делать дальше, – Молчанов взял паузу, чтобы ещё раз прогнать план в голове. – Мы отправимся в правительственные земли.

– Куда?

– В правительственные земли, – повторил Молчанов. – Мы порылись в документах охраны бензовоза. Оказывается он ехал из Татарстана, там ещё нефтеперерабатывающие заводы сохранились. Поскольку его сопровождали люди в форме, значит, завод принадлежит правительству, точнее тому, что от него осталось.

– И зачем нам туда ехать? – спросил Антон.

Молчанов начал издалека кратко излагать политическую ситуацию.

– Этот Комплекс не единственный. Он даже под номером 236 значится.

– Значит, это правда? Их много? – проговорил Антон, вспомнив документы Чижова.

– Да, их много, но где другие я не знаю. Да и не зачем они нам.

– В смысле? – не понял Антон.

– Есть одно место, где жизнь не ограничивается простым производством и потреблением продуктов. Там настоящий Рай – новые технологии, а главное – люди, – глаза Молчанова загорелись, он так долго представлял это место, что в сознании сразу возник чудесный образ с мельчайшими деталями: большой сияющий город, счастливые лица его обитателей, спокойствие и наслаждение. – Люди, – повторил он, а не это дикое зверьё.

Антон заметил, как Женя тоже загорелся, он неосознанно подошёл ближе к Молчанову и не отрывал от него глаз.

– Но где это место никто не знает, – закончил Молчанов.

– Больше на сказку похоже, – заметил Антон.

– Как знать. Всё равно, здесь делать нечего. Отправляемся ночью, во время праздника. Надеюсь, все вещи собрали? – Молчанов уставился в ещё не отошедшие от удивления лица.

Антон всё не мог поверить:

– Почему ты нас берёшь?

– Мне с Володей туда одним не добраться. Мы для правительства персоны нон грата – нежелательные лица. А вы можете нам в этом помочь… Да и сами место для жизни получше найдёте.

Синявский вздохнул, посмотрел на друзей и твёрдо уставился Молчанову в глаза.

– Мы пойдём с тобой. Но если…

– Да знаю я, знаю, – пробормотал Молчанов и, не придав угрозе Антона внимания, сказал:

– Жду у ворот в 11 часов. Кто опоздает – останется здесь. И да, это тайна.

Все вышли из кабинета. Молчанов и Вольф остались планировать детали.

Стемнело. Бандиты собрались на праздник, устроенный Молчановым. Они сидели за большим столом в одном из корпусов, ели только что сорванные овощи, допивали остатки алкоголя, который принесли из лагеря, и горланили песни про тяжёлую жизнь и разлуку. Молчанов сказал короткую речь об их мужестве и ещё пару громких фраз. Затем поставил стакан и вышел вместе с Вольфом на улицу, где у ворот их уже ждали. Дядю Рому было сложно уговорить, он хотел остаться, быть поближе к тёте Любе, но, в конце концов, согласился поехать со всеми.