Чёрные узы и Белая ложь
Шрифт:
Камден Хантер так же прекрасен, как и искусство, которое он демонстрирует. Он выглядит так, словно сошёл со страниц каталога. С двумя родителями-художниками кажется, что они не могли создать ничего, что было бы не чем иным, как произведением искусства, включая их сына.
— На что мы смотрим? — спрашивает он резким голосом, несмотря на сердечные слова. Твердая челюсть играет роль в безжалостной картине, которую Бек нарисовал о своем друге. Камден выглядит грубым и изолированным от мира. Как будто участие в разговоре — это рутинная работа. Я думаю, это то, что я должна ожидать от кого-то, кто любит проводить время между шедеврами, а не в группах людей.
— На здание, — честно отвечаю я. Мое сердце замирает в груди от нервов. Я думала, что у меня есть время подумать о том, как я хочу представить ему свое искусство, но сейчас у меня нет времени думать об этом.
Камден качает головой, закидывая сумку через плечо.
— Что со зданием?
Мне приходится отводить от него взгляд, чтобы не потерять сознание от нервов. Это Камден Хантер. Все в мире искусства знают его имя, имена его родителей. Он знаменитость в этом мире, и вот он небрежно стоит рядом со мной и рассказывает о своем здании.
— Я думала, что это само по себе выглядит как произведение искусства.
Он молчит рядом со мной. Настолько тихо, что если бы я физически не чувствовала его присутствия рядом со мной, то переживала бы, что он меня бросил.
— Мне нравится эта часть. Что, несмотря на то, что внутри него находится искусство, он хочет затмить всех своей гладкой архитектурой, — продолжаю я.
— Что ты заметила в архитектуре?
— Это смесь разных стилей. Он современный со стеклом, но все же очень классический и традиционный с линиями здания. — Я застенчиво улыбаюсь, а он молчит рядом со мной. — Наверное, я ничего не понимаю. Я просто имела в виду, что мне нравится тот факт, что вы не можете отнести здание к одной категории. Он выделяется среди всего остального здесь, на Манхэттене. Мне нравится это.
Когда я набираюсь смелости посмотреть на Камдена, я вижу, что он наблюдает за мной, изогнув бровь.
— Ты первый человек, который действительно понял мое видение этого. — Он поворачивается, чтобы посмотреть на здание перед ним. То, как он гордо смотрит на это, согревает мое сердце. Однажды я надеюсь посмотреть на свое искусство в галерее так же, как он смотрит на галерею, в которой собрано все искусство.
— Ну, первый, кто понял это без моего предварительного объяснения, — добавляет он.
Я поворачиваюсь к нему лицом, делая глубокий вдох, чтобы успокоить нервы.
— Я горжусь. Но я думаю, что это круто, что люди могут получить от этого и другие вибрации. В этом вся суть искусства, верно? Это субъективно. Искусство в глазах смотрящего и все такое…
Его глаза метнулись к сумке на моей руке. Или, точнее, рулоны моих собственных работ, которые выглядывают из него.
— Дай угадаю, ты художница.
Я пожимаю плечами. По крайней мере, похоже, он не понял, что я невеста его лучшего друга. А если и уловил, то не упустил.
— Это шапочка выдает это, не так ли?
Он издает самый маленький смех. Тихо, но уверенно.
— Определенно шапочка.
— Твоё искусство отстой?
Я ошеломлена резкостью его слов. Какое-то время я возилась со словами, прежде чем выдала что-то связное.
— Я хотела бы думать, что нет.
Он щурится на меня.
— Что с тобой?
— Я э…
Он говорит поверх меня, явно не желая получить ответ на свой вопрос.
— Я никогда не останавливаюсь и ни с кем не разговариваю. Светская беседа вызывает у меня крапивницу. Но что-то в том, как ты смотрела на здание, заставило меня остановиться.
Его голова наклоняется в сторону, когда он смотрит через мое плечо на транспортировочную трубу, в которой находится одна из моих фигур.
— У тебя с собой работа?
— Да, — выскакиваю я, может быть, слишком нетерпеливо.
Камден делает шаг к зданию.
— Через час у меня встреча с частным клиентом. Ты можешь показать мне свою работу. Если это отстой, я скажу тебе, так что, если ты не выносишь критики, поворачивайся прямо сейчас.
Я только киваю.
И вот так я понимаю. Я почти проваливаюсь, потому что мне требуется несколько долгих секунд, чтобы придумать ответ.
Это действительно происходит?
Наконец, я с энтузиазмом киваю, чуть не спотыкаясь при этом о ноги.
— Я бы с удовольствием, — торопливо говорю я.
— Никогда никому об этом не говори, — рявкает он, направляясь к зданию. — Последнее, чего я хочу, — чтобы люди появлялись и беспокоили меня.
Он не дает мне возможности ответить. Благодаря своим длинным ногам он уже значительно опережает меня. Я спешу за ним, не желая упустить свой шанс.
Камден Хантер собирается посмотреть на мою работу.
Святое. Дерьмо.
55
Бек
Я выхожу из арендованной машины, прижимаю телефон к уху и смотрю на здание передо мной.
— Как она?
Эзра вздыхает на другой линии.
— Не очень, мистер Синклер. Она сейчас на прогулке, но она не в себе.
— Она гуляет одна?
— Думаешь, я позволю ей бродить одной? — спрашивает он обиженным тоном. — Нет, я следил за ней. Она просто этого не знает.
Я одобрительно замычал.
— Спасибо, Эзра. Я ценю это.
— Хочешь поговорить о том, что произошло?
Я усмехаюсь, прикрывая глаза от калифорнийского солнца.
— Точно нет.
— Понятно, — отрезает он. — Есть ли причина, по которой мисс Моретти разговаривает с твоим другом Камденом?
Я улыбаюсь, несмотря на то, что чувствую себя опустошенным внутри. Это моя девочка. Меня не шокирует, что она использовала это время вдали от меня, чтобы следовать своим мечтам. Я ничего не хочу для нее больше, чем это. Я просто надеюсь, что ее мечты все еще ведут ко мне.
— Потому что она чертовски упрямая, — честно отвечаю я.
Даже если Камден дал ей шанс поговорить с ним в качестве одолжения, это было бы его одолжением. Ее работа должна была говорить, чтобы поддерживать его интерес. Похоже, она избавилась от посредника — меня — и сама нашла способ привлечь внимание Камдена.
— Понятно. Я прослежу, чтобы она благополучно добралась до вашего дома, мистер Синклер.
— Спасибо, Эзра. Я позвоню позже.
Я завершаю разговор и прячу телефон во внутренний карман костюма. Мои глаза фокусируются на кирпичном здании передо мной. Мои шаги быстро сокращают расстояние от моего места для парковки до входа.