Чтение онлайн

***

Твою мать! Я мог бы вечно смотреть на неё, на то, как закатывает глаза, как откидывает голову назад и теряет контроль. Дааа… самое главное – теряет контроль настолько, что обнажается полностью. Снимает с себя маску ледяного безразличия, прекращая эту грёбаную игру, которой придерживалась всё время. Стиснул зубы, позволяя насладиться до конца, почувствовать все грани оргазма, пока ритмично сокращается вокруг моих пальцев. А я вспоминаю, какие они на вкус после того, как побывали в ней, и у меня сводит скулы от желания попробовать снова. Вытащил их и жадно облизал, застонав.

– В следующий раз ты кончишь мне на язык, малыш, и будешь долго кричать, пока я буду вылизывать тебя, – приподнял ее одной рукой, второй лихорадочно расстёгивая молнию на брюках, – досуха.

Последний взгляд в её глаза… и мне плевать, что там в нём может быть…да хоть все демоны Ада, но я возьму своё. Сейчас. Усадить её на себя, на вздыбленный член, рывком до упора, и зарычать от бешеного, нереального удовольствия, взорвавшегося в венах.

Да! Наконец, мать вашу! Тесная. Тугая и горячая настолько, что хочется взвыть от наслаждения. Смотреть в её расширенные глаза и приоткрытые губы, и чувствовать, как немеют собственные от потребности впиться в её рот поцелуем. Затяжным, жадным, сплетая языки, пока осторожно раскачивается на моём члене. Слишком осторожно. А у меня срывает контроль, сносит начисто. Приподнимаю её за талию и резко опускаю, откидывая назад голову и скалясь от наслаждения. Зверь вырывается наружу. Грубыми движениями пальцев, впивающихся в нежный бархат бедер, насаживает её на себя сначала медленно, затем всё быстрее, срываясь на стоны. Осатанело двигая бёдрами, то выходя полностью, то врываясь по самые яйца. Намотав её волосы на руку, оттянул назад ее голову и утробно зарычал, увидев нежно изогнутую в наслаждении шею. Языком вдоль вены, собирая капли пота, и всё яростнее опуская Дарину на себя.

***

Тяжело дыша смотрела, как облизывает пальцы, глядя мне в глаза. Жадно облизывает, а я продолжаю дрожать…нет никакого удовлетворения. Потому что хочу видеть, как он меня возьмет, хочу видеть его лицо в тот момент, как войдет в меня. Хочу слышать его стоны. Ужасно хочу. До безумия.

И эти слова…эти утонченно пошлые обещания, от которых снова сладко тянет низ живота и пульсирует плоть. Потому что знаю, ЧТО он может творить там своим языком. В изнеможении облизывать губы, тяжело дыша, чувствуя, как расстегивает ширинку. В предвкушении застонать и зайтись в крике, когда вошел резким толчком. Такой непривычно огромный для меня. Потому что слишком долго не был во мне. Принять и всхлипывать от этой наполненности. От того, как растягивает изнутри. И смотреть. Голодным взглядом смотреть на его лицо в этот момент. Громко дыша. В голос. Каждый вздох – стон. Если бы знал, какой он красивый в этот момент…Дьявол. Самый настоящий. Порочный. Извращенный. Животное. Сексуальное до такой степени, что, лишь глядя на то, как исказились его черты от наслаждения, хочется снова кончить. Подался вперед, сминая губами мои губы, врываясь в рот языком. И мне кажется, мы оба замерли на какие-то мгновения. Короткое, безумное затишье перед апокалипсисом. Потому что он нарастает внутри, как ядерный взрыв. Второй виток исступления. Звериной похоти, которую я чувствую впервые. Первый толчок внутри моего тела, и в изнеможении закатываются глаза. Алчно целует мою шею, и я опускаюсь на него сама. Навстречу каждому движению. Быстрее и быстрее, впиваясь ногтями в затылок, разрывая на нем рубашку, чтобы оставить кровавые полосы на груди. Смотреть ему в глаза, на то как стекают капли пота по бледному лицу, пролегла складка между бровей. Маска страдания от наслаждения. Когда слишком невыносимо и хочется больше. Словно отражение меня самой. Одичавшей от похоти. Провела ладонью по груди, по следам от своих ногтей и взяла пальцы в рот с громким стоном, закатывая глаза, чувствуя этот вкус. И наклониться к его губам, чтобы погрузить их в его рот вместе с поцелуем, чувствуя, как сильнее и жестче насаживает на себя. Слишком быстро, настолько быстро, что я беспрерывно кричу. С каждым движением…Оргазм взрывается где-то внизу. Бьюсь как в агонии, сокращаясь и извиваясь на нем, крича его имя. Громко. Оглушительно громко, так, что сама онемела и оглохла в этот момент, ослепленная, дрожащая. С широко открытым ртом, не отпуская его бешеный, дикий взгляд. Кончая под него…долго и жадно. Слишком остро…так остро, что по щекам катятся слезы, а ногти впиваются в его грудь так сильно, что я чувствую взрывающийся в воздухе запах крови и своего оргазма.

***

– Да, малыш…Вот так.

Я не знаю, как сдержался, как позволил ей кончить, остановившись на бесконечные секунды ее оргазма. Просто застыл, ошалело глядя на неё в этот момент. И чувствуя, как помимо адской потребности излиться в неё, впервые такую настоящую, внутри разрастается чертово осознание – я понимаю…я, мать его, понимаю, почему тот ублюдок Зверь был так подсажен на эту женщину. Почему истекал на неё слюной, и не просто слюной, а самым реальным ядом. Смотрел на её лицо, искаженное оргазмом, на округлую грудь с торчащими сосками и понимал, что подсел на неё так же, как и он. Вот прямо сейчас. Подсел глубоко и я понятия не имел, на какой срок.

Стиснул челюсти, глухо рыча, позволяя ей содрогаться в последних спазмах, чтобы наконец сорваться самому. К самому дну. И пусть накрывает волнами с головой. Яростно насаживать её на себя, чувствуя, как они накатывают одна за другой.

– Сладкая, – на выдохе. За секунду то того, как мы оба застонали. Остановившись всего на мгновение, чтобы продлить свою агонию…сделать её ещё ярче и больнее. Хочу её. Взять её всю. Её плоть, её кровь. И Её душу. Душу я тоже получу! Ощущая, как скручивает яйца от потребности кончить. Проклятье!

И снова начать долбиться в неё, жадно впитывая в себя черты лица с широко распахнутым голубым взглядом. А там на дне зрачков – моё собственное лицо. Не отрываясь от ее глаз. Все быстрее и глубже, пока наконец, не обрушивается не волна, а самый настоящий цунами, захлестнувший с головой, заставивший жадно хватать остатки воздуха открытым ртом, пока всё тело скручивало от дикого звериного удовольствия. Удерживать её на себе, изливаясь с животным рыком, впившись зубами в обнажённое плечо.

Когда сумасшествие схлынуло, отстранил её от себя и долго смотрел в её лицо, думая о том, что ни хрена я не избавлюсь от этой зависимости. В ближайшее время точно. Не смогу. Да, и, чёрт бы её побрал, не захочу уже.

Притянул её за шею к себе, втягивая с каким-то чисто мужским удовольствием запах своей победы, исходящий от её тела.

– И только попробуй пожалеть, малыш, и об этом…Убью тебя…Слышишь?

***

Смотреть, как исказилось его лицо в момент оргазма. Пожирать этот оскал взглядом…и ощущать, как скручивает изнутри, словно получила порцию обжигающего яда. Его яда, заражающего меня унизительной потребностью видеть и чувствовать эту жажду. Это было нечто иное…нечто, чего между нами раньше не было. Я думала, что мы испробовали все. Но он в очередной раз доказал, что это лишь какая-то ничтожная часть. Не помню его таки озверевшим, не помню себя такой. Чтоб буквально рвал меня… а я корчилась от удовольствия, плыла, пьянея еще больше. До осознания, что могу позволить все. Новая грань безумия. Новый ОН. Смотрит мне в глаза, тяжело дыша, взмокший от пота настолько, что он градом течет по его вискам.

Он не должен был этого говорить…Не должен. Потому что мне вдруг показалось, что я… я сожалею. Потому что тот уже никогда не вернется, а этот…Этому я могу наскучить так быстро, как уносит ветром пепел.

– Если бы убил, наверное, это было бы правильно…

И стало невыносимо. Как-то муторно тошно от себя самой. Слезла с колен и забралась на сидение рядом, обхватив себя руками и закрыв глаза.

– Отвези меня домой, пожалуйста.

***

Дьявол! Если ты когда-нибудь решишься покинуть своё уютное теплое гнездышко, захвати с собой для меня немного терпения…иначе я действительно придушу эту женщину.

Молча притянуть её к себе обратно, усаживая снова на колени и удерживая руками, не давая даже дёрнуться. Кончиками пальцев очерчивать линию бюстгальтера на ее спине, спускаясь ниже, лаская костяшками пальцев острые позвонки.

– Я отвезу тебя домой, Дарина…Но только для того, чтобы брать. Брать столько, сколько я захочу, малыш. До тех пор, пока не выбью всю дурь из твоей хорошенькой головы. И если ты так сильно хочешь умереть, – сильнее сжал ладонями её плечи и наклонился к уху, – то я подарю тебе маленькую смерть, малыш. И не раз. Обещаю

***

Наверное, я слишком хотела счастья. Я так устала за эти месяцы, я просто была истощена сравнениями, сомнениями. Забыться. Вышвырнуть из головы все. Потом. В другой день. Позже. Я хочу лжи. Я хочу обмана, хочу иллюзий. Много проклятых иллюзий.

Рывком обнять его за шею и зарыться лицом во влажные волосы, прижимаясь всем телом.

– Увези, – жадными поцелуями по его шее, наслаждаясь запахом безумия, – и убивай. Много раз. Как пообещал. Очень много раз. Пожалуйста.

И пусть потом я разобьюсь еще раз. Нечему разбиваться. Я и так сплошные сшитые обрывки меня прежней.

Глава 15

И он убивал меня…по нескольку раз в сутки. Беспрерывно и с голодной жадностью, от которой у меня дымилась кожа и темнело перед глазами. Лихорадило только от того, как менялся от желания его взгляд. Мне казалось, я сорвалась с цепи, с какой-то удерживающей меня от полного сумасшествия грани. Никогда я не была настолько одержимой им, как в эти дни. Никогда не была настолько порочной. Я думала о нем беспрерывно. О нем и сексе с ним. О себе под ним, на нем…о нем во мне. Пальцах, губах, языке…о невыносимо-синем пекле его диких глаз. Нескончаемое безумие, бесконтрольная похоть, и я понятия не имела, что способна хотеть его настолько сильно. Воспламеняться от одного намека, цинично-пошло-бешеного взгляда, который обещал мне все муки сладкого Ада. Максим беспощадно разрывал все преграды между нами, взламывал их, крошил и сносил к дьяволу. Любые попытки отдалиться или замкнуться в себе безжалостно отшвыривал в сторону, как и мою одежду. Я не помню нас такими. Да, мой муж всегда был сумасшедшим любовником, но что-то изменилось, что-то неуловимо стало иным. И сейчас он смотрел на меня по-другому. Нет, мне нравилось. Мне до дикости нравилось ощущать себя настолько желанной им. Запредельная страсть. От нее наэлектризовывался даже воздух вокруг нас. От нее сердце заходилось в агонии и болезненно ныло все тело. Властная грубость, требовательная настойчивость, с которой он вламывался в мое личное пространство, сносила все тормоза, и я превращалась в голодное животное, изнывающее от нескончаемой жажды снова и снова чувствовать все грани его похоти на себе, все грани самого грязного разврата, в который он погружал меня без прелюдий и подготовки. Окунал с головой и топил, крепко удерживая жестокими руками, не давая даже шанса на сопротивление. Меня шатало после каждой нашей схватки, у меня дрожали колени и не сходили следы укусов и поцелуев с кожи. Я гладила их кончиками пальцев, закатывая глаза от наслаждения и вспоминая, что он делал со мной еще вчера.