Чтение онлайн

Вот сейчас, посмотри, у восьми морских причалов стоит семь судов. Здорово. Но они пришли недогруженные и уйдут недогруженные. Есть ли смысл гонять в Дудинку такое количество флота, если заявленный объем может перевезти меньшее количество судов?

И последнее. От регулярности поставок таймырской руды зависит работа металлургических предприятий европейской части СССР. Продукцию комбината ждут во многих странах мира.

От нашей работы зависит качество жизни северян. Суда ведь возят не только технологическое оборудование, но и детские игрушки, бытовую технику, продукты… А значит, мы будем возить грузы по линии Мурманск – Дудинка – Мурманск круглый год.

– Как Вы полагаете, вспомнят рейс «Капитана Сорокина» и «Павла Пономарева» в 1998-м, 2008-м, 2018-м, 2028-м?..

– Да вряд ли. Скорее всего, забудут. Сменятся поколения, и все… Кто будет копаться в истории? Только историки.

Главное не это. Главное, что навигация в Западной Арктике вот уже десять лет проходит круглый год. А за Арктикой будущее нашей страны.

г. Дудинка, 1988 год.

Опубликовано в газете «Советский Таймыр»

P. S.

В 2018 году исполняется 40 лет весеннему рейсу ледокола «Капитан Сорокин» и дизель-электрохода «Павел Пономарев» из Мурманска в Дудинку.

Атомный ледокол «Сибирь» в 1993 году выведен из эксплуатации и законсервирован из-за неисправности парогенераторов. 13 ноября 2016 года он был отбуксирован на одно из специализированных предприятий, где началась его утилизация, которая завершилась в декабре 2017 года.

Дизель-электрический ледокол «Капитан Сорокин» после ряда модернизаций работает в Финском заливе Балтийского моря. Капитан Виктор Семенович Вакула скончался 28 марта 1981 года. 29 июля 1983 года его имя было присвоено новому транспортному судну, которое вошло в состав Мурманского морского пароходства.

Дизель-электроход «Павел Пономарев» списан в феврале 1995 года и утилизирован. Капитан Валерий Николаевич Галкин на пенсии. Живет в Санкт-Петербурге. Дай Бог ему многие лета.

Северный морской путь начинается (для нас, разумеется) с Дудинки.

– Без разрешения свыше оформить вас в рейс не можем, – остановил нас у трапа ледокола «Капитан Сорокин» вахтенный помощник Александр Панихин. – А поскольку времени у вас мало…

Через всю Дудинку бежим в филиал службы «Трансфлот».

– Можно телетайпом запросить Мурманск. Но нужны официальные письма из ваших редакций.

«Бумаги» у нас были, разные и на все случаи жизни.

– Ответ скоро придет?

– Кто его знает!

Арктика давно стала центром притяжения журналистов. Однажды на ледоколе «Капитан Мелихов» пришел в Дудинку корреспондент журнала… «Пчеловодство». Моряки потом специально просматривали подшивку журнала, но ничего об арктическом пчеловодстве не нашли. Видимо, нет еще такой отрасли хозяйства в высоких широтах. Однако «Пчеловодство» все же столичный журнал, а наши газеты… Внушат ли они уважение мурманским начальникам?

Телетайп застучал, когда мы уже отчаялись ждать: «Ледокол «Капитан Сорокин», капитану Березину. Подтверждаем переход Дудинка – Мурманск корреспондентам Иванову, Камышеву. Зам. начальника Мурманского морского пароходства Лопатин».

– Вы так сияете, будто я Нобелевскую премию вам вручаю, – пошутил руководитель филиала «Трансфлота» Николай Вензик.

Что нам та премия по сравнению с изумительной телетайпограммой! В ту минуту во всяком случае.

Мы не замечали раскисшие от весеннего тепла причалы. Проваливаясь в подтаявший снег, лавируя меж бесконечных вагонов и контейнеров, мчались к «Капитану Сорокину». К своему ледоколу. Телетайпная бумажка со скупым текстом сделала нас на период рейса членами его экипажа.

– А что, собственно, вы ждете от этого рейса? – спросил Олег Николаевич Березин, наш капитан.

Чтобы ответить на этот простой вопрос, нам нужно было заглянуть заранее в историю.

Круглогодичная навигация в Западном секторе Арктики началась в 1978 году. Теплоходы с грузами для Норильского комбината и Таймырского автономного округа стали заходить в Дудинку и в декабре, и в мае. За эти годы плавание в полярных морях в такую пору из экспериментального перешло в разряд уверенных, потому что появились мощные ледоколы и транспортные суда усиленного ледового класса. Тот же «Капитан Сорокин» в 70-х проводил из Мурманска в Дудинку два десятка теплоходов за зиму. Сейчас – вдвое больше. Нынешней весной, впервые так поздно – в конце мая, у причалов Дудинского порта стояло под разгрузкой сразу шесть транспортов.

Ледовая «дорога» за эти годы не стала легкой. Весной 1983-го решалось: быть или не быть полярной станции на острове Уединения. К полярникам не смог пробиться сквозь льды мощный дизель-электроход «Наварин». И тогда к острову пошли атомоход «Леонид Брежнев» (так недолгое время называлась «Арктика») и «Капитан Сорокин». С огромным трудом пробили они дорогу – полярная станция действует и поныне.

Арктика не разрешает расслабиться. Многие, вероятно, помнят об экзамене, который сдавали моряки в Чукотском море. Осенью ведь было дело, не зимой, но пришлось принести жертвы: ушло на дно судно «Нина Сагайдак», сильно потрепанным выбрался из той переделки «Коля Мяготин». Все могло закончиться гораздо хуже, не будь у нас мощных ледоколов. И полярных моряков.

Растет арктический торговый флот. И крепнет его мощь. Теплоходы типа «Норильск» не только сами пробивают себе дорогу в полутораметровом льду, но и могут вести за собой суда послабее. Но как бы сильны не были ледокольные теплоходы, они все же дизельные. А атомоходы в Енисей зайти не могут – для них самая многоводная река страны, отдающая каждую секунду Ледовитому океану семнадцать тысяч кубометров воды, мелковата. Дальше острова Сибирякова, что в Енисейском заливе, атомоходы не ходят.

Нужны речные ледоколы с ядерной энергетической установкой. Один из них уже строится в Финляндии, на верфи фирмы «Вяртсиля» – той же, где рождались «Норильск» со своими собратьями. Новому судну уже присвоено имя «Таймыр». Но его ядерный реактор будут устанавливать в нашей стране. При этом мощность нового судна вдвое превысит мощность «Капитана Сорокина» и будет равна той, какую имеет первенец атомного флота «Ленин» (50 тысяч «лошадей»). А вслед за «Таймыром» планируют построить и аналогичный «Вайгач».

Другой атомоход заложен на Керченской судоверфи. Его имя – «Севморпуть». Это лихтеровоз, и с его выходом в высокие широты во многом изменится организация транспортного процесса в Арктике.

«Родители» нашего «Капитана Сорокина» – тоже из фирмы «Вяртсиля». 14 июля 1977 года на судне подняли государственный флаг СССР. Этот ледокол стал головным в серии мелкосидящих дизельных ледоколов, способных работать в устьях сибирских рек.

Через год, точнее 1 мая 1978 года, «Капитан Сорокин» привел в Дудинку дизель-электроход «Павел Пономарев», вписав новую страницу в историю Арктики: между Мурманском и портом на Енисее установилась постоянная транспортная связь.

…Вот эти страницы истории мы должны были перелистать перед капитаном Березиным, отвечая на его вопрос. Но он знал их лучше нас. Он сам их писал. А мы ответили:

– Хотим рассказать об экипаже ледокола. О выводе из Дудинки завершающего навигацию каравана.

– Ладно, – кивнул головой капитан. – Только поменьше героических слов и патетики. Ледовитый океан – наше рабочее место. И все.

Наблюдая позднее за действиями экипажа, мы убедились, что рабочее место у северных моряков непростое и нелегкое. Особенно у ледокольщиков. Ну, а насчет героических слов… Представляем себе саркастическую усмешку старшего помощника капитана Владимира Константиновича Коломейца, если бы мы попытались описать, как во время его вахты стаскивали с мели рудовоз. Напряжение момента ощущалось по отрывистым командам, по тому, как мгновенно реагировал на них рулевой. И мы немного нервничали. А Коломеец, совершенно невозмутимый, двигал рычагами управления и ровным, спокойным голосом командовал: «Лево на борт! Право на борт!». Только спичка (он недавно бросил курить) гуляла в зубах.