Чтение онлайн

– Ни в жизнь не поверю, что у тебя есть друзья.

– Ерунду не говори.

– Ну, сколько у тебя друзей? – не унимался Вова. – Три человека, один из которых я?

– Слушай, я не знаю, что мы там встретим. Я получил записку с надписью ПИПКАНАШ. Это всё. Остальное – только предположения и следования указаниям Тушкана.

– Трындец. Ты хочешь сказать, что только из-за этой записки я бросил свой самовар и поехал…

Тушкан заверещал и, активно жестикулируя, показывал, куда нам повернуть. Укрытая со всех сторон невысокими скалами, перед нами предстала долина у Пика Карнаж.

Небольшие террасы были усыпаны разномастными самодельными домиками, больше похожими на собачьи будки. Между ними бегали красные и черные зубаны. Тушкан и зайцы пришли в неописуемую ажитацию, спрыгнули с паровоза и убежали вперед. К нам вышел высокий робот и поднял железную руку. Я прекратил подачу пара и остановился недалеко от него. Выпрыгнул из кабины и пошел навстречу. Стоп, да я же знаю, кто это!

– Мсье. Рад вас видеть. Долго вы до нас доби'рались, – коверкая букву «р» сказал мне БистО.

– Капрал! А уж я-то как рад! Но как?! Где остальные?

Робот показал мне в сторону и, повернувшись, я увидел укрытый скалой вход в огромную пещеру. Рядом, как шляпа на голове модницы, сидела, расставив кучу железных лап, фабрика. Она нависала над входом, пустив вглубь пещеры кучу металлических труб.

Весть о моем прибытии распространилась со скоростью молнии. Зубаны выбирались из небольших пещер вокруг, из домиков. Маленькие роботы окружили нас громадным, сверкающим сотнями глаз, морем. Вован благоразумно остался в кабине Рафаля. Роботы перетаптывались на своих маленьких ножках, щелкали, но ближе не подходили. Вперед выдвинулся один из них. Густая сеть царапин покрывала его корпус, окуляры были мутные, а котел пшикал с перебоями. Голову украшали несколько орлиных перьев. Он осторожно подошел ко мне, протянул тонкую ручку и потрогал за штанину.

Я с интересом смотрел за его действиями. Старый зубан повернулся к остальным, поднял тоненькие лапки и завопил:

– Пароволк!

Толпа взревела тысячей мелких глоток, я аж поморщился. Зубаны стали прыгать, вопить и кидаться вверх мусором. Вся эта вакханалия продолжалась несколько секунд, прежде чем над нами не разнесся рёв сирены. Фабрика отсоединила трубы, по-паучьи слезла вниз со скалы и медленно передвигая высокие железные лапы, двинулась в мою сторону. Какая же она здоровенная!

Остановившись недалеко от меня, она стала опускаться на землю. Зубаны прыснули в разные стороны. Над воротами отодвинулась одна из плиток, и с перезвоном шестерней ко мне стала вытягиваться длинная металлическая шея со знакомой мне головой Доброго Ключа. Я глядел на единственный горящий глаз, и это выражение я точно бы ни с чем не спутал.

– Одноглазый! Как же я рад, что ты выжил!

Фабрика приветственно прогудела.

– Ваше Добрейшество! Как здорово, что вы приехали! – кричал мне сияющий Рохля.

– Привет, бандит, – улыбнулся я.

– Так вот ты какой, Пароволк! Наслышан, наслышан! – из ворот фабрики вышел игрок в красном балахоне.

– Кикичус? А ты-то что тут делаешь?

Я сидел в кожаном кресле рядом с камином. Приемный зал фабрики был восстановлен и был всё так же уютен. Я слушал занятную историю о том, как упавшая на дно обрыва фабрика приходила в себя. Как Кикичус и оставшиеся в живых автоматоны пытались ее починить. Как разобрали на запчасти упавшего рядом гарганта-гориллу. Как снова и снова пытались выбраться наверх, а, выбравшись, прятались от кружащих рядом Валькирий. Как, избегая имперских патрулей, кое-как добрались до долины у Пика Карнаж. Как их чуть не сожрали зубаны, но Одноглазый сумел их одёрнуть. Как устраивали здесь жизнь.

– Большая часть роботов живет в основной пещере. Тут неплохое место, мы обнаружили олово, железо, а недалеко есть уголь, – хвастался Рохля.

– Интересно тут, – вставил Кикичус.

– Я смотрю, ты прям тут обжился, – заметил я.

– Мне нравится, – разулыбался игрок. – Профессии качаются только в путь. Инженерию малых машин за неделю до тридцати поднял, где бы я еще так смог? Большие машины, конечно, медленнее идут, но тоже. Геологию отлично развил. Квестов тут правда маловато, общий опыт, если только на живность охотиться, но я не фанат.

– Рохля, а как вы вообще тут устроились?

– Всё в порядке, – ответил тот. – Наш новый Добрый Ключ отлично со всем справляется. Бисто идею подсказал, отправлять отряды зубанов на биржу наемников. На полученные средства мы покупаем ворвань и запчасти. Еще Бисто учит зубанов математике, чтению и письму, а еще…

– Я не превысил полномочий? – пророкотал Одноглазый.

– Нет, наоборот, здорово придумали. Слушай, тут недалеко разбился дирижабль, надо отправить туда ремонтную бригаду, всё починить. И еще я тут полный паровоз гостинцев привез. Прикажи разгрузить на склад. А я, пожалуй, в офлайн. Завтра продолжим, покажешь-расскажешь, как тут живете.

– Серый, а можно я твой паровоз проапгрейдю? – сказал Кикичус. – Есть у меня несколько прикольных схем. Ресурсы ваши, а я большие машины прокачаю. Да не переживай ты, если не понравится, назад откатим.

Я наблюдал, как зубаны и несколько оставшихся жителей Дамбурга таскают привезенный мной груз из Рафаля. Мелкие автоматоны возмущались, толкались и пытались отобрать ящики друг у друга. Бисто стоял в сторонке и флегматично наблюдал за разгрузкой. Внезапно один из ящиков упал, и оттуда рассыпалась куча метательных ножей. Зубаны восторженно взвыли и кинулись разгребать оружие. Они хватали кто сколько может и разбегались в разные стороны. Спустя пару минут я уже слышал звон ножей и визг по всему городку. Цирк с поножовщиной.

– Серёг, иди-ка сюда! – услышал я крик Вована. – Погляди, какая прелесть.

Я подошел к нему и увидел ровную каменную стену, на которой был грубо вытесан барельеф. Немного по-детски нарисованный длинноногий, длиннорукий зубан с огромными выпуклыми косыми глазами. На голове у него красовался цилиндр, а зубов в пасти было неимоверное количество. Выражение морды зубана было лихим и слегка безумным. Изображение производило хоть и жутковатое, но скорее комичное впечатление.

– Художники, – усмехнулся я. – Стараются, видишь, культуру развивают.

– Скорее уж религию, – смеясь, заметил Вова и махнул в сторону горки угля, запчастей и масла, лежащих рядом. Действительно, это было похоже на алтарь. – Ты на подпись глянь.

Я наклонился и прочел корявые буквы под барельефом: СИРЫЙ ПАРАВОЛК. Потом с сомнением стал разглядывать порождение сумеречного художественного гения зубанов.

– Не сомневайся, вылитый ты, – веселился Вова. – Ну, выражение лица прям один в один.

/logout