Черный герой
Шрифт:
– Возможно, я никогда не очнусь от вечного сна, и Грозовой Придел уйдет со мной. Или же настанет день, и беда постучится в дома Соляриса, и молитвы народа пробудят меня для новых войн и подвигов, а вместе со мной и Грозовой Придел.
– Тогда Горный Дом пробудится вместе с вами, мой господин! – голос издали зала звучал бодро. Все тот же голос, что в тиши задавал мне вопросы. – Зачем нам та империя, которая обрекает на муки своих героев? – задал молодой лорд вопрос. – Мы подождем ту империю, что взмолится на нас!
Лорд Горного Дома выглядел моложе меня, совсем еще юнец. Я вспомнил его отважного отца. Маг с даром земли помогал мне все эти годы. Помогал и в военном промысле, и в становлении Грозового Придела богатым краем. Жизнь этого мудрого старика забрала болезнь. Я смотрел на его сына и видел в нем все их схожие черты: уверенность в своих действиях, манерную речь, сияющую улыбку и рыжие огненные волосы, присущие роду правителей Горного Дома. Несомненно, он был достойным сыном и приемником. С тяжелым сердцем он занял места отца и взял ответственность за семью и земли что принадлежали его отцу. Его речь тронула мое сердце.
Эхом молодому лорду начали вторить остальные. Все твердили, что не сойдут с земель своих, что не предадут те клятвы верности, которые произносили они мне. На этом было решено. Грозовой Придел вместе со всем населением погрузится в омут чар, сотканных мной, и пробудится вместе со мной, готовый к новым подвигам. Им было не важно, сколько лет пройдет: несколько десятков или же сотен. Они все, как один, готовы были идти за мной, как прежде. Сердце трепетало в моей груди, я был горд, что именно они пошли за мной на пепелище и возвели тут новое государство.
Обсудив все детали, мы закончили собрание знамен. Распустив вассалов по их землям с новостями для их людей, я стал готовиться к наложению мощного заклинания на весь Грозовой Придел. Подготовка заняла у меня последнюю неделю. За это время я также решил распустить крестьян и рабов, дав им по жалованию и подарив возможность забрать с собой все имущество и подарки, но никто на это не согласился. Каждый человек, населявший Грозовой Придел решил стать погребенным вместе со мной. К концу подошел и отведенный мне месяц. В полной боевой амуниции, я оседлал верного коня Грома и выдвинулся на столицу, в последний раз пересекая Великую Империю. Ту, которую я создал, ту, которую я знаю. Ту, что меня предала…
Великая Империя Солярис укрепила свои границы, как документально, так и в человеческих сердцах. Покоренные территории давно перестали бунтовать, и все шло своим чередом. Закончились бесконечные походы, грабежи и налеты. Был введен единый язык и единый свод законов. Императрица Миражанна укрепила все свои титулы и стала владеть беспрекословной монархией. Её дети были назначены на роль следующих правителей. Был основан монетный двор и единая монета. Мы стали жить единым государством.
Многое стало доступно и простому люду. Открылись торговые пути и множество разных портов, огромное количество всяческих рынков. Соседние государства заключали мирные договора и альянсы с империей путем различных браков вышестоящей знати. Нас боялись и уважали, но я-то знал, что в тайне ещё и ненавидели и молили своих богов о скорейшей нашей гибели. Я чувствовал на себе то огромное количество проклятий, что слали мне вслед. Как и представители соседних государств опасались за свои территории, так и местное высшее сословие. Ибо я хранитель имперских земель.
Мы зажили мирно, и, вроде бы, злоба и жадность моей алчной императрицы спала. У Империи появилась столица с красивым названием Илиана. Большой город, обнесенный крепостью из белого камня, с хрустальными садами и огромным дворцом, был будто бы собран из белого мрамора и, казалось, был инкрустирован золотом. Его огромные своды, великолепные колонны, длинные коридоры, прекрасные гобелены с историями о становлении государства создавали свой неповторимый шарм. Император Карл Щедрый, супруг Миражанны, увидев красоту витражей в некогда существовавшем королевстве Ирис, решил повторить его в своем дворце, но уже с другой историей.
На красивых, изящных и безумно ярких витражах была написана история о могучей императрице Миражанне, объединившей раздробленные государства и освободившей множество магов и чародеев из рабского плена. Она искренне верила, что все те, кто обладает даром магии или хотя бы малейшей его крупицей, были потомками богов. Все её действия были увековечены в этих витражах. И даже мне, её покорному рабу Люциферу, нашлось место на этом витраже. Я был там черным стеклом, с темно-синими и ярко-голубыми вставками молний и туч, в то время как сама императрица и её свита были украшены самыми яркими и пестрыми цветами. Но если я герой, окрашенный в черный цвет, то тут на витражах была история и белого героя. Благородный и от рождения высшего титула, казалось, мы должны как абсолютные противоположности должны ненавидеть друг друга. Но было то, что нас объединяло, по мимо того, что мы герои своей страны. Что ж, мне даже нравилось, что во всей этой небывалой пестроте я был черным вороном, как мне и полагалось.
Особое внимание к себе привлекал императорский престол, вознесенный высоко над тронным залом. Он проявлял все величие своей хозяйки. Высокий, украшенный дорогими вставками драгоценных камней и металлов, он стоял на самом светлом месте. Несколько лет трудились умелые строители над тем, чтобы все освещение в любое время суток, будь то ночь или день, доставалось именно императорскому престолу. И поистине это смотрелось великолепно. Над ним возвышалась огромная стена из самых необычных цветов. Они веером расходились от благородного трона, доходя до самого свода. И не было на свете более прекрасного престола, чем в Империи Солярис.
Сам же город был большой. Его рынки полнились изобилием, в многочисленных храмах разных богов было всегда много прихожан. В столице были собраны соборы всех богов и богинь, пожалуй, кроме одной. Храма богини Гроз там не было. По всей империи их можно было пересчитать по пальцам. Но какие это были храмы! Это были самые большие и прекрасные святилища среди прочих!
В одном из них меня и погребут во имя спасения будущего империи. Одним из самых больших был храм Властителя Времени, где меня уже ожидала императорская семья, их приближенная свита и священнослужители. Само здание воплощало в себе часы с ходом времени. Выложенный идеальным кругом из гранитного камня. Водопадом с его высоких крыш аккуратными струями сыпался песок. Казалось, он брался из ниоткуда и исчезал в никуда. Можно было подолгу стоять и смотреть на ниспадающий песок. В его крупинках отражалось солнце, превращая его в золотые ручьи. Это было завораживающее зрелище. Над главным входом выше всяких колонн воздвигли статую самого Властителя. Властитель времени был изображен безликим, в руках он держал сферу времени. Люди верили, что в этой сфере находились наши дни, наша жизнь. Высеченная из камня статуя казалась невесомой, она как будто бы парила над храмом, показывая все свое величие. Даже одеяние Бога смотрелось легким и воздушным. Крепкое тело обвивала ткань, перекинутая через плечо и завязанная на бедрах, показывая нашему взору величественную фигуру Властителя Времени.
Не сходя с коня, я въехал в храм. Внутри он казался ещё более впечатляющим, чем снаружи. Его свод держали двенадцать мощных колонн. На полу и на своде был изображен ход времени: ход дня был изображен циферблатом часов, которые находились поверх хода небесных светил. Фазы луны, смена сезонов в году, а также ход жизни были изображены в виде взросления человека от самого рождения до самой глубокой старости. Все это соединялось в единую немыслимую картину. Храм играл различными красками, на стенах были возложены прекрасные фрески, и как бы это грустно не звучало, на рассмотрение их у меня не было времени.
Я даже расстроился, что до этого дня никогда не посещал этого дивного места. Я поймал себя на мысли, что поддаться «Вековым оковам» именно здесь, в столь прекрасном месте, не так уж и жаль. Усмехнувшись этому, я встал в самый центр чудесного изображения. Я не поклонился никому: ни Миражанне, ни её семье, проявив тотальное неуважение имперской короне. Я восседал на своем боевом коне, гордо подняв голову с надменной улыбкой. Уйду красиво! Мысль о том, что Миражанна не получит ни клочка моей земли, и с карты империи навеки скроется Грозового Придел, придавала мне сил. В своей голове я рисовал упоительную картину её истерики. О, как же яростно она будет всех проклинать: и тех, кто надоумил её отнять мои земли, и тех, кто попросту попадется на глаза. Грядет буря.