Чтение онлайн

Когда Мессина, в свою очередь, была сдана, Ленци на борту катера № 261 покидает Сицилию и направляется к берегам Калабрии, чтобы там создать новую базу и снова попытаться задержать продвижение, легко предвидимое, англо-американцев на континент.

Опасность грозила отовсюду. Небольшие парусные яхты, крейсировавшие перед морскими базами итальянского флота с целью предупреждать о приближении вражеских бомбардировщиков, уже в течение нескольких недель становились жертвами английских подводных лодок, в том числе и перед Специей.

Боргезе получает поручение штаба изыскать средства для охраны этих беззащитных, но выполнявших ценную задачу суденышков.

"Я быстро организовал ловушку для подводных лодок, - вспоминал он.
– К некоторым парусникам я на буксире прикрепил катер с торпедным аппаратом, замаскированный под безобидную шлюпку. Его экипаж день и ночь был готов атаковать подводную лодку, как только она появится на поверхности. Затем потекли длинные монотонные дни ожидания, продолжавшиеся несколько недель. Наконец наше терпение было вознаграждено: экипаж капитан-лейтенанта Маталуно увидел подводную лодку, всплывавшую недалеко от него. Ни секунды не медля, Маталуно откидывает буксир, сбрасывает маскировку, запускает мотор и устремляется в атаку. Он успевает выпустить свою торпеду как раз в тот момент, когда лодка, заметив опасность, начинает снова погружаться, но промахивается".

Довольно слабый результат для стольких усилий.

10 июня, в день флота, в этой атмосфере отчаяния наконец перепадает и Боргезе несколько радостных мгновений. Знамя Децима МАС украсила золотая медаль за военные заслуги. В наградном листе говорилось:

"Прямые наследники славы моряков Первой мировой войны, удививших мир своей доблестью и добывших итальянскому флоту пальму первенства, до сих пор непревзойденную, 10-я флотилия МАС показала, что семена, посеянные героями прошлых лет, принесли плоды. Во время многочисленных и дерзких операций, невзирая на все опасности и трудности любого рода, мужественные первопроходцы отряда штурмовых управляемых снарядов итальянского флота смогли достать врага даже в самых защищенных его портах и потопить два линкора, два крейсера, один контрминоносец и транспортные суда общим тоннажем больше 100 000 тонн.

Элитный отряд с героическим духом, 10-я флотилия МАС остается верна своему девизу: "За Короля и за Знамя!"

Глава 17

– Садитесь, Ферраро, - произносит Боргезе усталым голосом.

Его глаза смотрят ласково, но печаль в них выдает уверенность в неизбежности и близости поражения. Он откидывается на спинку своего кресла, улыбается, пытаясь изменить нерадостную атмосферу встречи.

– Доволен?
– вдруг спрашивает он почти игриво.
– Флот открывает другие горизонты, это ведь не пехота?

Молодой лейтенант призван в артиллерию в начале войны и обязан был своим переводом в Децима МАС ходатайству Боргезе и адмирала Де Куртена, когда они ставили на ноги команду "Гамма".

Ферраро напрягся, стараясь добавить хотя бы несколько сантиметров к своему небольшому росту, и, в своей обычной остроумной манере, отвечает:

– Именно в момент, когда говорят "не разводи волну", мой командир, я чувствую себя самим собой, в полном расцвете сил.

Шутка вызвала улыбку на лице Боргезе.

– А ваша жена, как она? Не слишком печалится?

– Нет, командир.

В январе 1942 года, жена Луиджи Ферраро, высокая и красивая блондинка с ярко-синими глазами, была принята в школу боевых пловцов в Сан-Леопольдо, чтобы пройти соответствующую подготовку и сопровождать мужа в его нелегком деле. Она была первой женщиной - боевым пловцом в мире.

– Для выполнения операции в Триполи, которую я подготовил, я не мог взять в помощь никого из моих людей, и тогда я подумал о моей жене, объяснил Ферраро.

Но события в Ливии развивались стремительно, операция была отменена, и на этот раз Луиджи Ферраро предстояло одному отправиться на выполнение не менее опасного задания.

– Александретт, это вам о чем-нибудь говорит?
– спрашивает Боргезе.

– Это порт в Турции, как мне кажется.

– Точно. Это небольшой порт, через который проходят пароходы, груженные хромом. Надо полностью перекрыть этот источник стратегического сырья, важность которого во время войны не мне вам объяснять. Возьмите ваши документы в нашем консульстве и - вперед.

Луиджи Ферраро задает только один вопрос:

– Каково мое положение на месте?

Валерио Боргезе все предусмотрел. Для Ферраро были подготовлены документы, чтобы пересечь Центральную Европу, не возбудив подозрений и особенно оправдать его присутствие у итальянского вице-консула в Александретте (сегодня Искендерун), который, учитывая официальное положение, не должен быть скомпрометирован. Дипломат будет помогать, выполняя предписания Боргезе, но в своих границах.

Чтобы обеспечить его необходимыми документами - служебным паспортом, рекомендательным письмом к консулу, дипломатической неприкосновенностью для таможни, - Боргезе решительно отбрасывает нормальный путь.

"Я отказался от мысли обратиться в министерство иностранных дел, объяснял он, - потому что у меня были веские причины не делать этого: во-первых, военная тайна. Каждый раз она не сохранялась, как только секретные сведения покидали наш тесный круг. Затем мое всевозрастающее недоверие по отношению к римским учреждениям, где так и разливался дух пораженчества, который мало отвечал нашим планам.

Но на каждый яд есть противоядие. Один из моих офицеров имел, можно сказать, интимные связи с молодой женщиной, служившей в министерстве иностранных дел. Ему не составило труда, по моей просьбе - принимая во внимание высокую патриотическую цель - склонить ее к сотрудничеству с нами. Таким образом, я раздобыл паспорт и необходимые бумаги на бланках министра и даже его печать, которую я, после использования, сразу же вернул".

20 июня Луиджи Ферраро представляет свои рекомендательные письма итальянскому консулу в Александретте маркизу Игнацио ди Санфеличе. Дипломат нахмурил брови.

– Но, - произнес он, - я вас не ждал. Из министерства иностранных дел меня не предупреждали о вашем приезде.

– У меня есть для вас другое письмо. От самого министра, - отвечает Ферраро и подает письмо, подготовленное Боргезе.

Дипломат читает послание. В письме говорилось, что вновь прибывший выполняет специальную миссию и господина консула просят оказывать всяческое содействие.

М-да, странно! Но бравый консул еще больше удивился, когда увидел в приемной четыре тяжеленных чемодана, защищенных дипломатическим иммунитетом и привезенных Ферраро.

– Что это?
– спрашивает он.

– Мой гардероб!
– отвечает Ферраро, едва сдерживая смех.

Официальный советник консульства, секретный агент флотской разведки, капитан-лейтенант Джованни Роккарди так описывал атмосферу в момент прибытия Луиджи Ферраро:

"Прибытие Ферраро, если оно и сделало возможным техническое выполнение задачи, не облегчило дело, так как было нелегко без шума ввести нового человека в наше немногочисленное общество. Его появление пробудило естественный интерес среди любителей посплетничать, уже было заскучавших. Нам предстояло работать в атмосфере маленького приграничного городка, раздираемого интригами шести консульств: американского, английского, французского, греческого, немецкого и итальянского.