Чтение онлайн

– А ну, заткнись!!! – Семен повел стволом в его сторону.

– Так каким образом разрешать вопрос будем? – спокойно спросил Ермолин, опуская руку в карман пальто.

– Не двигайся! Стреляю! – истошно заорал Семен.

– Курить я хочу. – Достав сигарету, закурил.

– Ну, так как? – глубоко затянувшись и выпустив облако едкого дыма прямо перед собой, поинтересовался Володя.

Семен посмотрел на женщину. Та кивнула.

– Мы сейчас уходим. Ваш кореш мне не нужен. Забирайте.

– А «башли» из его кармана себе оставишь? – недобро взглянув не него, спросил Дед. Он вспомнил про казенные деньги, выданные Петру. Не хватало еще их налетчикам оставлять.

– Заткнись! Благодари бога, что миром расстаемся, старый! – Семен усмехнулся. – А Медведю своему передай, что я на одном месте его вертел. А, ну, прочь с дороги!!! – вконец разошелся он.

Ермолин перевел дух. Хотя они основательно обделались, но главное – Петька. Ему нужна срочная помощь. А эти? Эти никуда не денутся… Задержание их – дело времени. Не более…

– Стоять!!! Милиция!!! – более резкого и противного, а главное абсолютно не нужного в данной ситуации голоса, ему не приходилось слышать.

Неизвестно какого черта появившийся Краснов стоял на ступеньках, сжав обеими руками, как самурайский меч «катану», толстый деревянный кол.

– Всем лежать!!! Стреляю без предупреждения!!! – но, увидев направленный на него пистолет, осекся и, в нерешительности замер с поднятой над головой дубиной.

– Семен! – Взвизгнула женщина, – это менты!

– Да я уже понял, – Он недобро покосился на нее. Потом, большим пальцем, взвел курок. Прозвучавший щелчок резанул по ушам.

– Послушай, мент, – голос Горбатова дрожал. – Ты сейчас нас пропускаешь. На этом и разойдемся.

– Не дури, парень, дом окружен, – Открыто стал блефовать Ермолин. Выставив руку, он шаг за шагом пододвигался к нему, смещаясь чуть вправо, перекрывая собой линию огня, тем самым, давая возможность ребятам уйти. – Тебе не свалить! Давай по – хорошему договоримся. Ты мне аккуратно передаешь ствол и становишься к стеночке. Культурное обращение я гарантирую.

– Не подходи!!

– Хорошо, видишь, стою.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

– Ну и где же твои менты? – осклабился Семен. – Нет их! А ну, прочь с дороги!!! – Он двинулся на Деда.

– Все равно не пройдешь! – от безысходности ситуации Володю прорвало – Не таких орлов видел! – Бесстрашный Дед пошел на принцип. Он ни разу в жизни, даже смертельно рискуя, не отступил перед преступником. Не собирался и теперь. Это было не в его правилах.

Произошедшее далее было для всех полной неожиданностью.

Безучастно стоявший до этого Мухин, рванулся на Семена и попытался ногой выбить оружие. Отброшенный сильным встречным ударом, он отлетел прямо на Ермолина. Выстрела Игорь не слышал, все, что в последний момент запечатлелось в памяти, это сноп искр, вырывающийся из ствола, перекошенное злобой лицо Семена и подхватившие его крепкие руки Владимира Александровича.

Бах! Ба – бах!! Бах!! – раздавшиеся сзади выстрелы, громовым эхом отозвались в замкнутом пространстве старого дома.

Семен, совсем по-детски ойкнув, и схватившись за бок, завалился в угол. Пистолет выпал из расслабленных рук и тут же был отброшен в сторону навалившимися на него Воробьем и Брагиным. Женщина, закрыв лицо руками, завыла. Не отпуская Игоря, Ермолин оглянулся.

– Давай, сразу к подъезду, – прошу я Тофика.

– «Москвич», прорезая колею в снежной целине газона, местами пробуксовывая и виляя задом, подбирается впритирку к парадному, оставив лишь небольшую щель, достаточную для прохода внутрь. Воробьевское авто, выхваченное в темноте нашими фарами, стоит метрах в двадцати. Правая задняя дверь распахнута. Салон освещен, но в машине и рядом никого нет.

– Миша, остаешься здесь! – Командует Тофик водителю и приводит оружие в готовность. Я передергиваю затвор пистолета и вместе с Каримовым и вооруженным автоматом милиционером выбираемся наружу.

– Быстро наверх. – Я первым заскакиваю в затемненный, пахнущий подвальной плесенью коридор. Каримов догоняет меня и оттесняет в сторону.

– Сейчас не спеши, – тихо одергивает меня. Он садится на корточки за выступом лифтной шахты и осторожно выглядывает. Я замираю рядом, с поднятым стволом вверх, пистолетом. У меня за спиной прерывисто сопит милиционер.

Почти одновременно со свистящим хлопком, Тофик выкатывается из укрытия и стреляет. Следом выпрыгиваю я. Выше, на лестнице полно людей. Я вижу размытые полумраком фигуры. Кто-то с хрипом возится в углу у окошка. Не в силах сдержаться, несколько раз палю вверх. Чт-то ору.

Вдруг внезапно наступает тишина. Все как бы застыли на своих местах. Теперь я могу ориентироваться.

Рядом со мной на ступеньках сидит Ермолин. На его коленях привалился Мухин. Он лежит неподвижно, чуть постанывая.

– Володя, ты как? – спрашиваю его.

– Все путем. Вы-то как здесь оказались?

– Стреляли, – невозмутимо отвечает Каримов.

– Вовремя подоспели, спасибо. Тофик, ты на рации? Срочно вызови скорую. Паренька нашего, внештатника, этот гад ранил. Ну, а его уже ты поимел. Так, что пусть сразу на двоих присылают. Еще дежурному сообщи. Скажи, пусть сразу охрану в больницу направляет.

– Ясно, командир. – Каримов отводит в сторону милиционера и скороговоркой дает указания.

– А!!! Черт!!! Отпусти!!! Отпусти, тебе говорю!!! – сзади раздается пронзительный Лехин крик.

Ничего не понимая, смотрим на происходящее. До этого неподвижно лежащее Бритвинское тело, вдруг ожило. Скрюченные пальцы, железной хваткой впились в Лехино горло. Широко раскрытый Петин рот извергает гортанные, нечленораздельные звуки. Бедняга Краснов хрипя размахивает руками, пытаясь разорвать захват. Мне и Птицыну приходится буквально вырывать его из цепких смертельных лап.

– Ты что, сдурел совсем! – растирая шею, орет Краснов. – Сейчас как врежу!!

– Нэ убивай дарагой! Вазми все! Дэнги вазми! Мамой кланус!!!

– Это кто? – первым приходит в себя Воробей.

– Точно не Петька! – На время оставив уже обысканного и крепко связанного капроновым шнуром раненного бандита, категорично заявляет Брагин. – Смотри. носяра какой и волосы черные. На нерусского похож. – Ты кто? – легко толкает носком ботинка в бок.

– Назим. – Его здоровенный нос дрожит. – Отпусты, дарагой, не убивай! – начинает протяжно ныть.