Чтение онлайн

Усилия Фалалеева привели к совершенствованию оперативного планирования. Это потребовало, прежде всего, улучшения качества воздушной разведки, а также связи на всех уровнях. Штаб-квартира в Москве именно это и считала наиважнейшим вопросом; надо было сделать так, чтобы все поняли необходимость централизации. Это должно было придать мужества фронтовым командирам.

Все служащие советских ВВС от уровня эскадрильи до авиадивизий получили необходимый стимул для того, чтобы взять верх над люфтваффе и окончательно их разгромить. Для этого красным ВВС необходимо было перехватить инициативу в небе России. Такие командиры, как Фалалеев и Новиков, требовали от них большей отдачи и большей гибкости при решении любых проблем.

Сталин сам оживлял своими ежедневными заданиями активность авиации. Эти приказы основывались на результатах крупных операций предыдущих дней.

Советской авиации помогли некоторые действия и планы, которые осуществились уже весной 1942 г.

В марте 1942 г. Сталин в одной из бесед с организаторами советской военной промышленности, А. Яковлевым и А. С. Шакуриным, приказал увеличить количество рабочих мест на тех заводах, которые производили моторы М-82. В ходе беседы Сталин спросил Яковлева и Шакурина, возглавлявших советскую авиационную промышленность и самолетостроение, почему английские «Спитфайры» и американские «Аэрокобры» превосходили наши истребители.

Яковлев быстро нашел ответ. Он сказал: «Если речь идет о характеристиках „Спитфайров“, то ими обладали лишь испытательные экземпляры или самолеты-разведчики, не имевшие на борту вооружения и боеприпасов. Так что эти самолеты всего лишь разведчики и имеют дальность полета 1250 миль».

Сталин возразил: «Что за чушь! Я не ребенок! Я спрашиваю об истребителях и их характеристиках, а не о разведчиках. Истребители „Спитфайр“ имеют более высокую скорость и большую дальность полета, чем наши. Такое положение надо изменить. Мы не можем больше допустить ни одной ошибки!»

Сталин требовал от таких людей, как авиаконструктор Яковлев и генерал Новиков, который занимался планированием действий ВВС и разрабатывал все воздушные операции, точного исполнения своего долга. Его требования и приказы зачастую демонстрировали его особое упорство, приводившее к ошибкам, которых вполне можно было избежать. И тем не менее сталинские приказы позволили обеспечить взлет советских ВВС. Истребители Лавочкина и Яковлева, созданные после сталинской критики, позволили поднять боевые действия под Сталинградом на новый уровень. Истребители МиГ-3 были заменены более удачными машинами серии «Як». ЛаГГ-3, которые оснащались новыми моторами, позже, после модернизации, стали отличными машинами Ла-5.

В Сталинграде командование ВВС получило в свое распоряжение Як-7Б и Як-9, которые обладали великолепной маневренностью, а по дальности полета намного превосходили более ранние образцы.

Помимо этого, генерал Новиков, создавший новую структуру ВВС, достиг резкого повышения их эффективности. Он послал под Сталинград две трети лучших летчиков 220-й ИАД, оснащенной новыми машинами Як и Ла. Новиков также понимал, что необходимо вводить новые методы обучения и тренировки летчиков. Созданный им отдел «военного анализа» приспосабливал к русским условиям заимствованные у немцев приемы. Новиков посещал все фронтовые аэродромы и лично беседовал с командирами и летчиками.

23 августа он прибыл в Сталинград, который готовился к решающей битве. Вместе с ним, и еще до его приезда, в город на Волге прибыли целые экспертные группы, которые помогали наладить его оборону. Уже 12 августа туда прибыли Г. М. Маленков и начальник Генерального штаба Красной армии генерал Василевский.

20 августа генерал А. Е. Голованов контролировал переброску своих пяти дивизий дальних бомбардировщиков из Москвы в Сталинград. Между 20 июля и 17 августа генерал Новиков отдал приказ направить в Сталинград 8-ю и 16-ю воздушные армии, усиленные 102-й ИАД, и одновременно с этим отправил туда все наземные службы и службы снабжения. Была также начата переброска свежих авиаполков из резерва Ставки.

До 4 сентября 1942 г. число самолетов на Сталинградском фронте, по согласованию с генералом Руденко, было доведено до 738. Эти воздушные силы к указанному сроку получили еще 200 дальних бомбардировщиков. Как командующий 16-й воздушной армией, Руденко правильно оценивал критическую обстановку в Сталинграде и требовал усиления не только своей, но и других воздушных армий.

Различные авиачасти прибывали в зону боевых действий, правда имея меньше машин, чем было предписано командованием. Например, 228-я ШАД, оснащенная штурмовиками Ил-2, вступила в боевые действия, имея лишь одну треть штатного состава. Она была пополнена уже в ходе боев.

Большинству летных экипажей, попавших на фронт, еще недоставало боевого опыта. Советские ВВС хотели сразу выполнять все поставленные перед ними задачи. На некоторых участках это приводило к замешательству. Ведение авиаразведки, поддержка с воздуха ведущих тяжелые бои наземных войск и налеты на вражеские позиции при неполностью налаженном снабжении и перебоях в связи и, прежде всего, при отсутствии прямого контакта с армейскими частями — таковы были трудности, которые нельзя было игнорировать.

Но все были твердо уверены: «Немецкое наступление на Сталинград будет остановлено. Все пробивавшиеся к Сталинграду немецкие части найдут здесь свою смерть» [76] .

Был осуществлен ряд мероприятий, который помог уменьшить тяжесть проблем. Войска снабжения и наземные службы были усилены в несколько раз. 17 батальонов аэродромного обслуживания, 23, 25 и 80-й батальоны обеспечения, а также ряд вновь построенных складов для запчастей и авиационного бензина позволили советской авиации обрести уверенность в победе и стойкость в бою.

Однако в сентябре 1942 г., несмотря на ограниченную численность частей люфтваффе, которые продвигались вместе с 6-й армией, советские летчики еще не сумели вырвать у немцев превосходство в воздухе.

В сентябре 1942 г. части советской 16-й воздушной армии совершили всего 5225 боевых вылетов. Это означало, что, несмотря на увеличение количества машин на целую тысячу, воздушная армия увеличила число боевых вылетов в среднем лишь в пять раз. Самый активный в этом плане 434-й ИАП совершил 611 боевых вылетов и принял участие в 84 воздушных боях. Докладывали о 82 сбитых самолетах, но следует учесть, что сам полк потерял за тот месяц треть своего состава.

Узнав о резком увеличении потерь, генерал Руденко приказал летчикам 16-й воздушной армии не вступать в поединки с немецкими истребителями и атаковать только бомбардировщики и разведчики.

В новую боевую тактику советских ВВС вошли «засада» и возродившийся таран. При этом советские летчики обычно действовали парами над теми районами, где можно было ожидать встречи с немецкими истребителями. Прежде это были пути, шедшие к Сталинграду, а позже — небо над самим Сталинградом. Возобновление таранов — той таранной атаки, когда русские безнадежно отставали, а люфтваффе господствовали в воздухе, — было в то время вызвано «опустошительными воздушными налетами на Сталинград и порождено отчаянием» [77] .