Чтение онлайн

Высказавшись, он полностью переключился на обед, тогда как майор обратился к месье де Берни:

– Следовательно, вы едете с нами не дальше Санта-Крус?

Поскольку выяснилось, что посягательство на их уединение будет кратковременным, к нему вернулось былое добродушие, и манеры стали более обходительными, чем прежде.

– Не дальше, - ответил тот.

Лаконичность ответа не поощряла дальнейших вопросов, тем не менее майор Сэндз настойчиво продолжал интересоваться.

– У вас там есть дела?

– Нет, никаких. Я ищу корабль. Корабль, чтобы добраться до Франции.

Майор был озадачен.

– Но, несомненно, находясь на борту такого прекрасного корабля, как «Кентавр», вы могли бы спокойно добраться до Плимута, а там найти шлюп, который перевез бы вас через пролив.

– Верно, - сказал де Берни.
– Верно! Я об этом как-то не подумал.

Майор почувствовал внезапное опасение, что, возможно, сказал слишком много. К своему ужасу он услышал высказанное мисс Присциллой предложение, которое, как он опасался, сам же подсказал.

– Теперь вы подумаете об этом, месье?

Черные глаза де Берни вспыхнули, останавливаясь на ней.

– Видит Бог, мадемуазель, вы способны заставить человека поступить таким образом.

Майор Сэндз довольно внятно фыркнул на это, как он считал, выражение неугомонной и дерзкой французской галантности. Де Берни же после небольшой паузы с задумчивой улыбкой добавил:

– Но увы! На Санта-Крус меня ждет друг. Я должен вместе с ним плыть во Францию.

– А я думал - на Гваделупе, куда вы так стремились попасть, - с легким удивлением сказал майор.
– Ведь Санта-Крус вам предлагал капитан.

Если он думал смутить месье де Берни, поймав его на этом противоречии, то вскоре ему пришлось разочароваться. Француз медленно, все еще улыбаясь, повернулся к нему, но задумчивость уступила место презрительной усмешке.

– Ну, зачем же упрекать меня в невинном обмане, совершенном из учтивости к даме. Это скорее хитрость, чем доброжелательность, майор.

Майор Сэндз покраснел. Терзаясь от надменной улыбки француза и чувствуя себя в затруднительном положении, он совершил грубый промах.

– Зачем нужен обман, сэр?

– Добавьте также: зачем нужна учтивость? У каждого свой характер, сэр. Вы осуждаете меня за вежливый обман, а сами проявляете оскорбительную прямолинейность. Оба мы хороши.

– В этом есть что-то, с чем я вовсе не могу согласиться. Чтоб мне лопнуть, не могу.

– Тогда пусть мадемуазель нас рассудит, - улыбаясь, предложил француз.

Но мисс Присцилла покачала своей золотистой головой.

– Это означало бы выступить против одного из вас. Слишком неблагодарная задача.

– Простите меня. Оставим этот вопрос нерешенным.
– Он снова повернулся к капитану Брансому.
– Кажется, вы говорили, капитан, что идете к Доминике?

Таким образом он перевел беседу в другое русло.

У майора осталось неприятное чувство унижения. Оно мучило его и нашло свое выражение позже, когда он с мисс Присциллой снова оказался на полуюте.

– Не думаю, чтобы французу понравилось, что его заставили замолчать, - сказал он.

За столом майор едва скрывал враждебность к чужаку, нарушившему его ощущение благополучия. В ее глазах он проиграл в сравнении с вежливым и спокойным французом. И теперь его самодовольство вызвало у нее раздражение.

– Разве его заставили замолчать?
– сказала она.
– Я этого не заметила.

– Вы не...
– светлые выпученные глаза майора, казалось, стали еще больше на покрасневшем лице. Затем он громко расхохотался.
– Вы, наверное, мечтали, Присцилла, и были невнимательны. Я ясно дал ему понять, что не позволю дурачить себя его противоречиями. Я всегда легко распознаю обман, и его рассердило столь быстрое разоблачение.

– Он очень достойно скрывал свою досаду.

– О, да! В этом я ему полностью верю. Но видно было, что я его задел. Чтоб мне лопнуть, видно было. Вы почувствовали степень его лицемерия. Сначала он не думал о плавании через океан на «Кентавре». Затем оказалось, что у него есть друг, который ждет его на Санта-Крус, а я знаю, что все время Санта-Крус ему предлагал капитан, которого он не мог уговорить высадить его, как он этого хотел, на Гваделупе. Интересно, что человек должен скрывать, чтобы так неуклюже лгать.

– Что бы там ни было, нам до этого дела нет.

– Вы делаете слишком поспешный вывод. Я же, в конце концов, королевский офицер, и мой долг - знать обо всем, что творится в этих водах.

– Зачем мучить себя? Через день-два он снова уйдет от нас.

– Конечно. И слава богу!

– Я вижу мало причин для радости. Месье де Берни проявил бы себя остроумным попутчиком.

Брови майора поднялись.

– Вы находите его остроумным?

– А вы нет? Разве не проявил он ума в своих ответах, когда вы его задели?

– Ум! Мой бог! Да я думал о нем, как о самом неловком лжеце, какого я когда-либо встречал.

В этот момент над люком на квартердеке появилась черная шляпа с колышущимся плюмажем. Месье де Берни направлялся на полуют, чтобы присоединиться к попутчикам.

Майор считал его приход непрошеным вторжением, но глаза мисс Присциллы засветились доброжелательством к учтивому французу. А когда она пересела к изголовью кушетки, словно освобождая для него место рядом с собой, майору ничего не оставалось, как скрыть свою досаду под маской холодной корректности.

Мартиника уже таяла в дымке за кормой, и «Кентавр», слегка кренясь на левый борт, шел в западном направлении под полными парусами.

Месье де Берни похвалил северо-восточный бриз в выражениях человека, хорошо разбирающегося в этих вопросах. По его мнению, им повезло, поскольку в это время года здесь преобладает северный ветер. Затем он высказал предположение, что, если ветер удержится, то перед рассветом они подойдут к Доминике.

Майор, не желавший отставать от де Берни в проявлении осведомленности в карибских вопросах, выразил удивление, что капитан Брансом собирается зайти на остров, населенный, главным образом, карибами, на котором находилось единственное, не имеющее какого-либо значения, французское поселение в Розо. Готовность ответа француза удивила его.

– При обычных обстоятельствах я бы согласился с вами, майор: посещение Розо не принесет выгоды. Но для капитана, ведущего торговлю на свой страх и риск, это может оказаться весьма прибыльным. Оставим это дело капитану.

Правильность его догадки подтвердилась на следующее утро, когда они стали на якорь возле Розо, на западном берегу Доминики. Брансом, торговавший в компании с совладельцами судна, сошел на берег, чтобы закупить шкуры, ради которых ему пришлось оставить уютную каюту под палубой. Он знал здесь несколько торговцев-французов, у которых можно было купить товар за половину той цены, что пришлось бы заплатить на Мартинике или где-нибудь еще. Это объяснялось тем, что карибы, убивавшие и обдиравшие скот, довольствовались значительно меньшим по сравнению с тем, во что обходились доставка и содержание негров-рабов, работавших в более благоустроенных поселениях.