Чтение онлайн

– Тогда, почему она не начала сразу с толстосума?

– Толстосумам, Витюша, проблемы не нужны – у них бизнес, положение в обществе. Зачем им эти проблемы? Неизвестно ещё, какой хвост тянется за этой особой. Сделает он, допустим, ей новую ксиву, а завтра придут люди из полиции или более серьёзной конторы. Как? Что? Тут и сдулся наш толстосум – самому бы на свободе остаться. Они на это не пойдут, точно. А так: есть красотка, есть паспорт на красотку – всё норм. Прошлое сама себе придумает – особа она, как видно, ушлая. Потом пластика, да такая, что родная мать не узнает. Хотя, пластика, я думаю, уже была, судя по мордашке. Таких идеальных фейсов в природе просто не бывает.

– Не знаю, не знаю, – я пытался сосредоточиться, но мысли летали, как пылинки в луче света – стремительно и хаотично.

То, что было – неправда, то, что говорит Марина, тоже вряд ли является истиной. Не могла Диана так со мной поступить. Ангельски-чистый взгляд, наивное мышление. Нет, так притворяться невозможно.

– Да, не нужно, Витя, ничего знать, нужно действовать. Она в твоей квартире, документы все там же?

– Ну, да. Хотя, она уже месяц живёт…

– Ой, дурак, дурак!

– Ну, а если мы ошибаемся? – неуверенно сказал я.

– Найдёшь, извинишься, дашь денег. Поймёт, простит, никуда не денется. Но, милок, не придётся тебе её искать, уж поверь, не придётся. Пошли быстрее, пока она квартиру не переписала.

Ничего не соображая, ведомый Маринкой, я на ватных ногах шёл к двери своей квартиры. Шёл, чтобы сделать страшное – выгнать на улицу Диану. Она не вписывалась в картинку нашего мира, но это вовсе не значило, что она – зло. Мы сами не подарки. Каждый гребёт под себя и комфорт и выгоду, используя окружающих. Кто больше, кто меньше. Уровень цинизма тоже разный. Ещё есть какая-то совесть, но её мы усыплять умеем. Кто-то достиг в этом уровня мастера. У него совесть не просыпается вовсе. Кто-то делает первые шаги, постоянно оглядываясь на других, словно в учебник. Но все мы на этом пути.

Дверь открылась. Диана в новеньком розовом халатике стояла в проёме и улыбалась.

– Витя! Купил продуктов! Молодец!

Её взгляд переместился на Марину. Улыбка заметно спала, натолкнувшись на её колючий взгляд, сменив место растерянности.

– Ой, а это кто?

– Это Марина, познакомься, – пролепетал я.

– Слушай сюда, детка! – Марина пошла в атаку.

Она решительно двинулась в квартиру, Диана растерянно отступала под её напором.

– Мы знаем, кто ты, поэтому, запомни: у тебя ничего не выйдет. Предлагаем сейчас же покинуть квартиру, иначе придётся вызвать полицию, а уж полицейские обязательно спросят документы. Если документов не будет – посадят в камеру до выяснения личности.

– Я… я ничего не понимаю. Почему я должна уйти? Что вы знаете? – лепетала Диана.

Мне вдруг стало нестерпимо жаль её.

– Марина! – хрипло крикнул я.

Она обернулась. В её глазах я прочитал решимость отвергнутой женщины, которая готова на всё, желание довести дело до конца.

– Мы знаем, что ты – аферистка, – продолжила Марина, не отвечая на мой оклик, – Тебе нужна квартира, деньги, а не Витя. Забила ему голову красивыми сказками. Из яйца она вылупилась. Курица.

Затравленный взгляд Дианы метался по комнате, ища спасительного ответа, но не находил. Она была такой растерянной, такой беззащитной. Если она и нагло врала, то самообладание не покинуло её и в эту минуту.

– Я не аферистка! – с отчаянием крикнула Диана, – Я не могла раньше сказать правду, потому, что Витя в неё бы ни за что не поверил.

– Так скажи её сейчас! – крикнула Марина.

– Не могу, – рыдала Диана.

Слёзы лились из её глаз, взгляд метался как у зверька, угодившего в ловушку.

– Почему?

– Вы не поверите!

– Может, поверим. Говори, Дианочка, не стесняйся, – притворно-ласково запела Марина.

Диана подняла на неё красные полные слёз глаза. Перевела взгляд на меня.

– Витя, а ты почему молчишь? Ты тоже так считаешь? Скажи ей что-нибудь! – дрожащим голосом произнесла она.

Я молчал. Диана смотрела мне в глаза. Её потерянный, затравленный взгляд вдруг переменился и остановился на мне, словно нашёл точку ответа. Что в нём было сейчас? Боль, ненависть? Она смотрела мне в глаза, не отрываясь, я же прятал малодушно взгляд, словно таракан от пучка света.

– Говори! – повелительно сказала Марина.

– Уже не вижу смысла, – удивительно спокойно произнесла Диана, – Отвернитесь, мне нужно переодеться и умыться.

– …Оба! – добавила она, поймав мой запоздавший взгляд. Я отвернулся.

Спустя некоторое время, Диана предстала перед нами в розовом спортивном костюме, том самом, который был ей чуточку великоват. На ногах кроссовки. Она внимательно оглядела комнату, словно стараясь запомнить всё, вобрать в себя, чтобы оставить в памяти, сгребла с тарелки золотые скорлупки, оставшиеся от яйца, положила их в карман.

– Счастливо оставаться! – крикнула она, направляясь к двери.

– Диана, а вещи, деньги? – изумился я, заметив, что и её платье, и туфли, и прочие предметы гардероба остались на своих местах. В руках Дианы не было совершенно ничего.

– Она пусть забирает, – кивнула она на Марину, не оборачиваясь в её сторону.

Громко хлопнула входная дверь. Марина шумно выдохнула.

– Вот и всё.

Я тоже вздохнул, чуть позже.

Через некоторое время Марина очнулась.

– Так, Витя, проверь документы, деньги. Если что не так – вызываем полицию.

Но всё было на месте. На плите стоял приготовленный ужин, блестели от чистоты окна и полы. Мне стало нестерпимо стыдно.

– Она вообще, в чём ушла? – спросила Марина, разглядывая ящик комода, где хранились вещи Диана.

– Спортивный костюм, кроссовки, – машинально проговорил я.

– А под ним? Тот лифчик, что был на ней, висит на дверце шкафа.

– Не знаю.

Марина прижалась к моей груди.

– Витя, ты что, расстроился? Мы всё сделали правильно. Нужно быть честным перед тем, кого называешь своим мужем.

Марина осталась в моей квартире на ночь.

Рано утром в дверь квартиры позвонили. Я осторожно поднялся с постели, чтобы не разбудить Марину. Отчего-то мне не хотелось, чтобы она стала свидетельницей разговора, кто бы там ни пришёл. На пороге стоял Ромка – грязный, трясущийся с похмелья. В руке он держал замусоленный пакет.

– Вот, – прохрипел он сипло, протянув мне свёрток, – Николаич сегодня нашёл.

– Что?! – сон тут же испарился, – Опять яйцо?

– Да не, – взмахнул рукой Ромка, – Шмотки.

Я, пошарив в кармане джинсов, что висели на вешалке у двери, дал ему сотку. Запер дверь на замок, опустился на небольшой диванчик в прихожей, открыл пакет. Внутри оказался розовый спортивный костюм, кроссовки, носки. Я вытряхнул содержимое пакета на пол, пытаясь найти записку или что-то подобное, но в пакете было только это. Казалось, одежда ещё хранила тепло её тела. От ткани пахло сеном, свежескошенной травой, дымком. И Дианой. Неслышно подошла заспанная Марина, положила руки мне на плечи.