Чтение онлайн

Он был жилистый, хотя и ненамного выше Рэйко. Его тонкие пальцы больно впились ей в запястье.

– Куда вы меня тащите? – Дерзость монаха возмутила ее.

– Скорее, – молил он, – пока они не догнали!

– Кто "они"?

Вместо ответа монах испуганно оглянулся. На вид ему было не больше шестнадцати – под носом и на подбородке пробивалась редкая черная щетина. Его гладкая кожа порозовела и покрылась испариной. В конце концов любопытство одержало верх, и Рэйко против воли побежала вслед за юнцом. Они неслись во весь дух, пока не остановились перед маленьким синтоистским святилищем. Монах протащил Рэйко через ворота-тории и увлек в тень сосен, где расположились площадка для молений, кадильница, гонг и маленький деревянный навес – приют духа божества. Там он упал на колени возле высокого каменного фонаря и затараторил, поспешно кланяясь:

– Простите, что притащил вас сюда, но я в отчаянии. Мне не к кому больше обратиться... – Подбородок юноши дрогнул, и он зарыдал, сипло, отрывисто всхлипывая.

Потребность в сведениях побудила Рэйко утешить того, кто так явно нуждался в поддержке.

– Я здесь для того, чтобы вас выслушать, – мягко сказала она. – Успокойтесь.

– Нет времени! Они знают, что я убежал. Они следят за мной. Вот почему я не мог выбраться из храма раньше.

– Кто за вами следит? – спросила Рэйко, все больше запутываясь. – Кого вы боитесь? Скажите хоть, как вас зовут!

Монах проглотил слезы и попытался унять дрожь, стиснув зубы.

– После пострига мне дали имя Истинное Благочестие, но до того, как вступить в секту, я звался Мори Гогэн. – Фамилия и правильный выговор выдавали в нем выходца из самурайского сословия. – Я видел, как вы разговаривали с настоятельницей, и краем уха услышал, что ваш муж состоит сёсакан-самой при сёгуне. – Когда Рэйко кивнула, Истинное Благочестие выпалил: – Мне нужна его помощь!

– Посмотрим, что можно сделать, – сказала Рэйко, – но сначала вы должны объясниться.

Она старалась сохранять спокойствие, однако тревога собеседника передалась ей.

– Что вас беспокоит?

– Секта Черного Лотоса творит зло! – От исступления он сорвался на крик. – Мне этого больше не вынести! Я хочу убежать!

Рэйко охватило волнение.

– Расскажите же, что случилось? – допытывалась она.

– Моя семья служит дому Курода, – начал юноша, утирая лицо драным засаленным рукавом. – У нас всегда почитали религию. Прошлой зимой мой отец подружился с двумя бонзами из Черного Лотоса. Они часто приходили к нам на совместные молитвы, а потом пригласили в свой храм. Там мы познакомились с первосвященником Анраку и убедились, что он один знает истинный путь Будды. Я решил вступить в монастырь, а старшая сестра Ясуэ – постричься в монахини. Мы надеялись снискать просветление. Увы, жизнь в храме обманула наши ожидания. – Голос Истинного Благочестия исполнился горечи. Он встал, опасливо выглянул из-за фонаря и продолжил: – Нас, послушников, заставляли ежеминутно твердить сутры, медитировать, слушать гонг и молиться Анраку. Кормили нас одним супом из водорослей, спать давали не больше двух часов за ночь. В молельнях стоял такой густой дым, что мы чуть не задыхались. Ноги от сидения на коленях болели, от жидкого супа всех мучили колики и понос. Мыться не разрешали, а тех, кто жаловался или отказывался подчиняться, жестоко избивали. Священники обзывали нас глупыми ничтожествами, говорили, что если мы не пройдем обучения, то будем снова и снова возрождаться для бессмысленных страданий.

Рэйко слышала о строгих уставах, постах и умертвлении плоти, обычных в буддийских общинах, но упомянутое больше походило на пытки, чем на соблюдение монастырских правил.

– Если все было настолько плохо, почему вы не ушли?

– Не могли, – ответил Истинное Благочестие. – Священники пристально следили, чтобы никто не выходил из храма.

– Ваша семья наверняка не допустила бы подобного обращения с вами, – сказала Рэйко. – Да и закон запрещает сектам удерживать людей против их воли.

Истинное Благочестие ломал руки и переминался с ноги на ногу, словно готовился чуть что пуститься в бега.

– Никто не знает, что здесь творится. Нам не разрешается говорить с посторонними.

– Бонзы и монахини, которых я видела в храме, выглядят вполне сытыми и довольными, они вольны находиться рядом с прихожанами.

Истинное Благочестие горько усмехнулся:

– Это посвященные, ближний круг. Им достается лучшая еда и прочее. Они заняты сбором подаяний и вербовкой новичков. Их показывают властям и народу, потому что они никому не расскажут правды о секте. Черный Лотос поработил их души.

Чем дальше, тем невероятнее!

– Сколько там всего послушников вроде тебя? – спросила Рэйко.

– Многие сотни. Я не знаю точного числа, ведь нас держат раздельно и видимся мы мимоходом.

– Но где же они? Как секте удается скрывать их от всех?

– Наши кельи находятся в здании возле монастыря, – сказал Истинное Благочестие. – Стены в них обиты толстой тканью, чтобы заглушать звуки. Посторонних туда не допускают.

Рэйко вспомнила обособленные постройки, спешащую мимо них Дзюнкецу-ин и еле слышное бормотание изнутри.

– Храм больше, чем все думают. – Истинное Благочестие наклонился к Рэйко, его глаза заговорщически блеснули. – То, что вы видели, – лишь надземная часть, ширма для отвода глаз. У Черного Лотоса всегда найдется что и где спрятать. Существуют подземные застенки, туннели, ведущие наружу. Он словно чудовищный муравейник – все опутал своими ходами!

Качая в изумлении головой, Рэйко спросила:

– Неужели никто этого не замечает? Как такое произошло?

– Произошло и сейчас происходит. Я сам видел, – клялся послушник. – После шести месяцев обучения нас отправили на рытье туннелей. Мы работали по ночам. Туннели тянутся под улицами, поэтому наши соседи не слышат шороха под полом. – От возбуждения его била нервная дрожь. – Днем мы трудимся в лавке на храмовой территории, переписываем на продажу изречения первосвященника Анраку. Я должен был быть там, но сбежал. Не успел я добраться до ворот, а они уже выслали патрули на поиски. Сейчас им известно, что я покинул храм. Они будут все обшаривать, пока не найдут меня.

Я пропал!

– Но если вас, недовольных, так много, почему вы не сплотитесь и не выберетесь наружу? – спросила Рэйко в замешательстве.

– Все не так просто. Они засылают шпионов в наши ряды, чтобы доносить на тех, кто замышляет побег. У нас никому нельзя верить. Рано или поздно от всех этих барабанов и гонгов, дыма, чтения сутр, тяжкой работы и недосыпания рассудок слабеет. Начинаешь волей-неволей подчиняться, потому что на другое уже недостает ума. И они добавляют нам что-то в пищу – отраву, которая отупляет нас еще больше. Я это случайно выяснил, когда заболел в прошлом месяце. Меня постоянно рвало, желудок ничего не усваивал. Зато мои мысли совершенно прояснились – в первый раз с тех пор, как я попал в храм. Я понял, что со мной произошло, решил освободить сестру и бежать с ней...

Рэйко совсем не то ожидала услышать, но эта невероятная история пленения и рабства звучала так искренне... Что, если пожар тоже был каким-нибудь кошмарным обрядом?

– Когда я поправился, то вернулся к работе и вел себя как ни в чем не бывало, – продолжил Истинное Благочестие, – только перестал есть. Дожидался, когда священники отвернутся, и выбрасывал свою порцию...

Только теперь Рэйко обратила внимание на его заострившиеся черты и выпирающие кости.

– Дух мой окреп, и я стал готовиться к побегу. Ночью третьего дня я дождался, когда все заснут и патруль, стерегущий нас, уйдет в другую часть здания. Потом выбрался из окна и пробрался тайком в монастырь – разбудить Ясуэ. Я хотел провести ее через двор, но мой план провалился. Ведь я никогда не бывал ночью снаружи и думал, что в такой поздний час там темно и безлюдно. Оказалось, что в постройках горит свет, из дома в дом снуют священники и монахини. До нас доносились всякие странные звуки. Ясуэ испугалась и стала проситься обратно, так что мне пришлось тащить ее силой. Уже показались ворота, как вдруг я услышал топот и увидел позади нас священников с фонарями. Потом они рассыпались по участку. Я понял, что нас хватились.

Послушник часто дышал, в его остановившемся взгляде читался ужас от пережитого.

– Мы скрылись в лесу, но они заполонили всю округу. Сестра была настолько опоена их зельем, что вырвалась и убежала от меня. Кто-то сразу закричал "Вот она!", и на моих глазах трое мужчин схватили и уволокли ее прочь. Остальные отправились следом. Судя по всему, они не знали, что нас двое. Я хотел броситься за ними и освободить Ясуэ, однако бонз было слишком много. У меня оставался шанс убежать, но я не мог бросить сестру. Поэтому пробрался обратно в спальню в надежде, что другая ночь будет удачнее. Утром Ясуэ предстояло публичное наказание, обычное для всех, кого поймали при попытке бежать, но ее нигде не было. Когда я спросил, где сестра, мне сказали, что ее перевели в другую группу. Но меня им не обмануть! – Истинное Благочестие прижал ко рту ладонь, чтобы сдержать душившие его рыдания. – Ее убили!