Чтение онлайн

— Правда, — кивнул я и вздохнул. — Единственное, о чем я тебя попрошу, — когда мы вновь вернемся к этому разговору, ты постараешься вспомнить все. Любую мелочь, которая мне может потребоваться, хорошо?

— Я постараюсь, — пообещала девочка. — А когда мы… Ну в общем…

— Думаю, что в следующие выходные, — сказал я, уже прикидывая, как можно будет отпроситься у Черткова, чтобы посвятить этому делу субботу и воскресенье. — Раньше у меня никак не получится.

Надеюсь, пары дней мне хватит, ну а там видно будет. Может случиться так, что Александр Григорьевич вообще меня не отпустит, и тогда придется как-то проворачивать это за один день. В последнее время наставник относится к нашим урокам все серьезнее. Иногда у меня создается впечатление, что он спешит и боится чего-нибудь не успеть. Хотя, возможно, мне так только кажется.

— Спасибо, Максим, — в очередной раз поблагодарила меня девчонка.

— Пока еще не за что, — ответил я и посмотрел на часы.

Похоже с обстоятельным ужином я сегодня пролетел. Уже общаемся в два раза больше запланированного мной времени, а это еще не все. Теперь не мешало обсудить это дело с призраками, которые явно этого ждали. Если я собирался заняться этим делом на следующей неделе, то какой-никакой план уже нужно было придумывать сейчас. Да и вообще, нам не мешало бы пообщаться с «Тенями» без Крыловой.

— Варвара, ты не могла бы оставить нас с ребятами одних? — сказал я. — Нам нужно кое-что обсудить.

Судя по лицу девочки, она бы с большим удовольствием осталась и послушала, о чем будут говорить взрослые, а заодно и сама бы приняла участие в беседе. Однако возражать не стала и лишь послушно кивнула. Мы с призраками проводили ее взглядами и как только она вышла, Дориан решил поделиться со мной своими мыслями.

— Ну… Поздравляю, мой мальчик, — сказал он. — Только что ты влез в это болото по самые уши. Как и обещал, я тебе помогу, но хочу чтобы ты знал — я от всего этого не в восторге.

— Значит ты хочешь сказать, что пусть эта шайка и дальше занимается своими темными делишками, так что ли? — спросил я у него. — Зато я буду в полной безопасности. Как думаешь, после того, что я уже об этом знаю, я смогу просто взять и сделать вид, будто ничего не произошло?

— Просто я считаю, что это политика, Макс, — сказал Мор. — Грязная политика. С трупами, между прочим. Искать там правых и виноватых — это гиблое и бесполезное дело. Это работа тайной канцелярии, и мы не должны этим заниматься.

— Мы этого и не будем делать, — ответил я. — Просто займемся поиском доказательств, вот и все. Если дело выгорит, то потом уже передадим информацию Голицыну, и пусть они с Александром Николаевичем в этом разбираются и ищут виноватых. Или ты в самом деле предлагаешь оставить все как есть?

— Тьфу ты… — с досадой выдал Мор. — Так тоже плохо… Оставлять как есть нельзя. Ладно, так уж и быть. Но только поиск доказательств, слышишь?

Тем временем призраки смотрели на меня и ждали, пока я начну разговор. Я не стал тянуть.

— Так… Значит, что мы имеем? — спросил я и обвел их взглядом. — Детский приют, в котором травят детей, сумасшедшую смотрительницу, занимающуюся этим много лет, блокнот, в котором имеется куча записей… Что там еще?

— Подпольные алхимики, у которых тоже есть свой блокнот, — сказала Катя. — Точнее толстая тетрадь.

— Точно, — кивнул я. — Что-то еще?

— Получается, что работает целый синдикат! — пробасил со своего места Громобой. — Масштабно работают, гады!

— Да, занятно, — задумчиво произнес Пиявка, а на его лице появилась фирменная гаденькая усмешка. — Убивать Одаренных детей либо подавлять у них Дар до того, как он проявится, это хорошо придумано. Хотя оба варианта, считай одно и то же. Что одно, что другое — все равно убийство. Кому нужны сироты без Дара? Даже если они дворянских кровей…

— Одаренные сироты — ценный товар, — сказал Ткач. — Со слов Варвары понятно, что в приюте их не только чего-то лишают, но и усыновляют и удочеряют. Если ты можешь решать, у кого из детей Дар проявится, а у кого нет — то можно много чего контролировать, вот что я хочу сказать. Думаю, эта смотрительница получала деньги за детей. Как за хороший товар. Причем очень немаленькие деньги.

— В этом нет никаких сомнений, — высказал свою точку зрения Ибрагим. — Ясное дело, что она зарабатывала на этом по полной. Причем все сделано хитро. Никакого насилия, а просто яд, который даже имперские целители не могут почувствовать. Ребенок умер или не раскрылся. Бывает. И никто в этом не виноват, получается. Надеюсь, ты понимаешь, почему мы не могли ввязаться в это дело и пытаться помочь ей без твоего ведома, мой господин?

— Понимаю, — кивнул я. — Теперь было бы неплохо понять масштаб. Да и вообще… Сколько лет занимаются этим в приюте «Светлое детство»? Это началось с Ереминой или гораздо раньше? Явно что-то было и до Варвары, но как долго все это длится? Целая куча вопросов…

— Я тут вот что подумал… Может быть, эти алхимики работают не только с одним приютом? — спросил Педро со своим характерным акцентом. — Что, если это не конкретные заказы, которые они выполняли для Ереминой, а нечто гораздо большее?

После этого вопроса у меня во рту появился какой-то неприятный кислый привкус. Мне даже думать не хотелось о том, что все это может распространяться не только на приют, где хозяйничает Еремина, но и еще на какие-то. Что если Каштан прав и в этом деле замешан не один приют, а два или три?

Если так, то масштабы проблемы могут быть гораздо больше, чем я предполагал. Мне это казалось маловероятным, но исключать эту возможность было нельзя, Кастанеда был прав. Во всяком случае, нечто подобное вполне могло быть, так что нужно иметь в виду и такой вариант.

На некоторые время в комнате повисла тишина. Судя по всему, призраки прокручивали в голове те же мысли, что и я.

— В своей жизни я убил очень много всяких мерзких тварей, — нарушил тишину Ибрагим. — Могу сказать одно — чем опаснее зверюга, тем дольше и успешнее она прячется. Самых опасных и найти сложнее всего. Это я вам к тому говорю, мой господин, что если этот синдикат работает годами и ни одна проверка их не смогла зацепить, значит…

— Значит, что-либо они слишком умны, либо у них есть защита сверху, — закончила за него Серебро. — Вторая мысль мне нравится больше.

— Либо и то, и другое вместе, — вставил Градовский, который все это время молча слушал наш разговор.

— Вот об этом я тебе и говорил, Макс, — пробурчал Дориан. — Дело пахнет полным дерьмом.

— Если кого-то интересует мое мнение, то вот что я скажу, — вновь вступил в разговор Болотников. — Если помните мою историю, то когда-то давно я сознательно ушел в «Черный Плющ», чтобы стать Убийцей Чудовищ. Не хотел участвовать в политических играх и в родовых войнах. Однако же, это меня не спасло…