Чтение онлайн

Аллиэль молча встал, сходил в пещерку за куском пергамента, изрисованным какими-то линиями, и они с Виа принялись за работу. Вновь вспомнилась зима и замок Лише. Там они так же чертили, глядя на звёзды, и раскладывали непонятные предметы поверх своих художеств. Иния не видела в темноте, так что не могла сказать, на что похожа получающаяся магическая фигура. Огромный валун Виа установила точно в центре — они с Духом несколько минут спорили из-за разброса в толщину волоса, после чего пошли перечерчивать один из участков.

Наконец все приготовления были закончены. Ортигу велели взять своего коня и уйти в лес, что варвар и сделал. Единороги, все три, встали в определённые точки, образовав треугольник вокруг центрального валуна. Аллиэль с Инией залезли на камень. Стоять на нём вдвоём оказалось возможным, лишь обнявшись, чем супруги и воспользовались.

Виа что-то сказала, и фигура вспыхнула неярким голубовато-лиловатым пламенем. Единороги оказались в вершинах трёх самых длинных лучей, их рога замерцали едва заметным светом. Сияние, излучаемое сложным переплетением линий, собиралось в туманные пряди, которые тянулись к центру и обвивались вокруг валуна.

— Ты действительно готова разделить со мной вечность? — невесть зачем спросил Аллиэль.

— Я люблю тебя, глупый! — прошептала девушка и закрыла глаза в ожидании поцелуя. Эльф её ожиданий не обманул, но графская дочь видела, словно со стороны, как единороги одновременно вскинули головы, в небе распахнул крылья чёрно-серебряный дракон, и поток лилового огня затопил магическую фигуру.

Проснулась Иния незадолго до заката, а разбудили её голоса Виа и Духа, громким шёпотом спорящих, получилось или нет. Что именно получилось, они не уточняли, но девушка поняла и так. О чём ещё могла идти речь, как не о полуночном безумии?

Прислушавшись к своим ощущениям, графская дочь ничего нового и необычного не заметила. Хотя, может, так и должно быть? Но магия — магией, а есть хотелось ужасно, так что девушка выбралась из пещерки, и обнаружила, что недавно шёл ливень, полностью уничтоживший всякие следы художеств нелюдей. Сами они, мокрые, как утонувшие мыши, в компании Ортига сидели вокруг костра. Эльф готовил ужин, что не мешало ему опровергать гипотезы Виа с применением многоэтажной магической терминологии.

— Вот это я понимаю — чутьё! Явилась точно к ужину! — увидев Инию, Альвиарран отвлеклась от спора. — Как ощущения?

— Кушать хочется. — тоном избалованной девочки заявила графская дочь. Все засмеялись, даже Ортиг, и больше вопрос последствий невозможной магии не поднимали. В самом деле, доказать что-то теоретически невозможно, а на практике надо подождать пару десятилетий, чтобы убедиться, что старость больше не властна над Инией иль Ноэр, вошедшей в дом Авиэлльдар… или убить одного из супругов.

Костёр уже почти прогорел, а солнце село, когда Виа нарушила затянувшееся молчание:

— И что теперь? Обоснуетесь здесь?

— Не знаю. — задумчиво отозвался Аллиэль. — Мне больше по душе дорога, но я уже не один.

— Я привыкла к бродячей жизни. — заметила Иния. — Знаешь, Закатное Озеро — замечательное место. Тут хорошо отдыхать между путешествиями. Знать, что оно есть, и что мы сюда вернёмся — и идти, куда глаза глядят…

— Да ты так скоро поэтом станешь. не хуже эльфов! — усмехнулась Виа. — Останется только гитару освоить!

Иния задавила желание вздрогнуть в зародыше. От наблюдательных нелюдей не укроется странная реакция на невинную шутку, а девушка пока не чувствовала готовности демонстрировать свои успехи.

— Значит, дорога. А я вот никак не решу, то ли бродить по Алькартану, то ли сесть на «Ваарнир» и плыть за горизонт, искать новые земли…

— А зачем тебе плыть? — со смешком вопросил Аллиэль. — Ты на крыльях весь мир исследовать можешь за пару дней!

— Могу, наверно. — согласилась Виа. — И дальше что? Так же неинтересно!

— Ну, пока мы всяко можем бродяжничать вместе. Что к Аридару, что в Озёрный Край отсюда дорога одна. А там посмотрим… — предложил эльф.

— Неужели мы с Ортигом вам ещё не окончательно надоели?

— Раз у нас теперь впереди вечность, вдвоём мы точно успеем побыть. — присоединилась к супругу Иния.

— Тогда предлагаю расползаться спать, а завтра с утра — в путь. — Виа никак не прокомментировала ничем не обоснованную уверенность Инии в успехе невозможной магии.

Несколько дней странная кавалькада — всадники отдельно, лошади отдельно — пробиралась по заросшим буйным, чуть ли не тропическим лесом предгорьям, спускаясь всё ниже. По молчаливому сговору способностями единорогов никто не пользовался. И в самом деле, какой смысл в дороге, если ты можешь мгновенно переместиться в искомую точку? В пути охотились, по вечерам эльф демонстрировал кулинарное мастерство, а потом до глубокой ночи разговоры перемежались песнями под гитару. Инии больше не удавалось сбегать подальше с драгоценным инструментом, а без постоянных упражнений всё, чего она сумела добиться, могло сойти на нет. Девушка долго уговаривала себя, что настало время раскрыть свою тайну и преподнести всем сюрприз, ведь Дух объяснил, чем занимался и какие цели преследовал!

Поддавшись на собственные уговоры, графская дочь весь день в ожидании привала дрожала, как лист на ветру. Но, тем не менее, отступить себе не позволила, и сразу после ужина достала заветный чехол. Выражение лица Аллиэля окупило все её страдания разом. Ошеломлённый эльф, похоже, временно утратил дар речи и мог только наблюдать, как супруга неторопливо и аккуратно извлекает инструмент.

Первые несколько минут девушка, как обычно, просто разминала пальцы, потом начала играть несложную, но очень красивую мелодию. Все молчали, даже Дух. Иния последовательно сыграла всё, что успела выучить, ожидая, когда же терпение мужа лопнет и он, не в силах больше выносить такого надругательства над музыкой, кинет в неё сапогом. Но против всяческих ожиданий сапог остался стоять на месте. Вместо него эльф взял свою гитару, и в какой-то момент мягко, исподволь вплёл её звучание в игру жены. То, что получилось в результате, заставило графскую дочь раствориться в шёпоте струн, шелесте крон, журчании дальнего ручья… это состояние чем-то напоминало боевой транс, но в то же время в корне от него отличалось.

Последние отголоски музыки потерялись меж деревьями, а Иния всё сидела, прикрыв глаза и поглаживая полированное дерево. Никто не рискнул нарушить молчание, оно почему-то казалось необходимым и естественным. Неизвестно, как долго бы длилась пауза, если бы где-то недалеко в лесу не треснула сломанная ветка. Ортиг мгновенно обнажил меч, у Виа в руках словно сами собой возникли метательные ножи, Аллиэль сначала убрал гитару, и только потом потянулся за луком. Одна Иния никак не могла освободиться от гипнотической власти мелодии, всё ещё звучащей в её голове.

Звуки приближались, не оставляя сомнений, что кто-то, не слишком хорошо умеющий ходить по лесу, направляется к костру. Дух с Виа переглянулись, и оставили в покое оружие. Значит, этот кто-то один. А вот Ортиг решил на всякий случай не терять бдительности, и скрылся в кустах.

Хоть все и приготовились к появлению гостя, удивления не смог скрыть никто. В рваном и грязном, хоть и некогда богатом наряде, с единственным кинжалом, заткнутым за пояс ввиду отсутствия ножен, шатаясь, словно пьяный или умирающий от усталости, из-за деревьев вывалился Кодар. Вывалился в буквальном смысле слова — споткнулся об какой-то корень или сук и неловко упал, едва не угодив в огонь. Иния с трудом заставила себя молчать и посмотрела на Виа. Каменно-спокойное выражение лица, устремлённый в никуда взгляд и переплетённые пальцы яснее ясного говорили — она тоже еле сдерживается.