Чтение онлайн

— Поторопись, — сказал я. — Иначе он удивится, куда я пропал.

— У Ворона есть фургон и упряжка. Он держит их в другом конце города. Обычно выезжает поздно ночью.

Я опять кивнул. Мы уже установили, что охотники за трупами промышляют в ночную смену.

— Но… — продолжал Гоблин. — Я полагаю, тебе понравится это «но». Однажды он взял фургон среди бела дня. По странному совпадению, как раз в день ограбления Катакомб.

— Бог ты мой!

— Я осмотрел его фургон, Костоправ. И нашел там кровь. Довольно свежую. Судя по всему, она появилась там в ту ночь, когда исчез этот процентщик со своими приятелями.

— Ох, блин! Ни фига себе! Мы влипли по самую макушку. Слушай, теперь ты лучше исчезни. Мне нужно еще сочинить какую-нибудь историю для Вола.

— До встречи.

— Ага.

В тот момент я готов был опустить руки и сдаться. Меня переполняло отчаяние. Этот проклятый придурок Ворон — я прекрасно понимал, что он делает. Собирает тугую мошну для побега, продавая трупы и грабя гробницы. Угрызения совести его не мучают. В его мире покойникам не придают такого значения. К тому же у него есть причина: Душечка.

Я никак не мог отделаться от Вола. Мне отчаянно хотелось поговорить с Ильмо, но приходилось брести вслед за инквизитором из одной дыры в другую и задавать вопросы.

Взглянув на северный склон, на черный замок, я подумал, что смотрю на крепость, которую построил Ворон.

Нечего так волноваться, сказал я себе. Улики-то косвенные, не окончательные… Нет, все это ерунда. Улик вполне достаточно. Моих работодателей не волнуют такие юридические тонкости, как стопроцентные доказательства.

Ильмо тоже вышел из себя:

— Мы можем убить его. Тогда он точно ни о чем не проболтается.

— Ты серьезно, Ильмо?

— Не совсем. Но ты знаешь: я сделаю это не колеблясь, если положение станет безвыходным.

— Н-да.

Все мы сделаем это не колеблясь. Во всяком случае, попытаемся. Ворон ведь может и не дать нам себя убить. Такого крутого сукина сына, как он, поискать.

— Знаешь, Ильмо, по-моему, нам нужно найти его и просто сказать, чтобы он убирался из Арчи к чертовой матери.

Ильмо сердито зыркнул на меня:

— Ты что, совсем ничего вокруг себя не замечаешь? Убраться отсюда сейчас можно только по воздуху. Гавань замерзла. Все проходы в горах завалило снегом. По-твоему, нам удастся уговорить Шепот, чтобы она сделала нам одолжение и переправила на ковре одного из местных жителей?

— Двоих местных жителей. Гоблин говорит, Душечка по-прежнему с Вороном.

Ильмо глубоко задумался. Я открыл было рот, но он махнул на меня рукой, требуя тишины. Я ждал. Наконец он спросил:

— Интересно, что он сделает, когда увидит тебя? Если учесть, что он якшается со сбродом Кратера?

Я прищелкнул языком:

— Н-да. Об этом я не подумал. Мне надо кое-что уточнить.

И побежал искать Вола.

— У вас или герцога есть свои люди в банде Кратера? — спросил я его.

— А если и есть? — удивился он. — Что с того?

— Давайте потолкуем с ними. У меня идея. Надеюсь, нам все-таки удастся раскрутить это дело.

Он долго в упор смотрел на меня. Возможно, он был сообразительнее, чем прикидывался.

— Ладно. Только не ждите от них слишком многого. Если повстанцы не отделались от наших людей, то лишь потому, что мы их не трогаем. Они просто собираются вместе и вспоминают о прошлом. Боевой пыл в них давно угас.

— И все же давайте попробуем. Чем черт не шутит! Может, они вовсе не такие невинные овечки, как кажется.

— Дайте мне полчаса.

Через полчаса мы с ним уже сидели в компании двух тайных агентов и по очереди задавали им вопросы, каждый со своей собственной целью.

Агенты не знали Ворона, по крайней мере по имени. Я облегченно вздохнул. Но что-то там было не так, и Вол это сразу учуял. Он терзал их вопросами, пока не выудил все подозрительные подробности.

— Мне пора к начальству, — заявил я. — Думаю, Шепот захочет об этом узнать.

И я изложил ему план захвата. Волу, похоже, он понравился.

— Я поставлю в известность Аргадона. Мне и в голову не приходило, что ограбление может быть делом рук беженцев. Политических. Потому-то, наверное, и монеты в ходу не появились. А может, они и трупы тоже продают?

— Повстанцам всегда нужны деньги, — заметил я.

Мы выступили на следующий вечер, по настоянию Шепот и вопреки возражениям герцога, зато при поддержке главного Хранителя. Герцог по-прежнему не желал, чтобы нас видели в городе. А Хранителям было плевать. Они просто хотели спасти свою репутацию.

Ильмо тихо возник из вечерней тени.

— Готовы? — шепнул он.

Я посмотрел на свою четверку.

— Готовы!

В операции приняли участие все до единого члены Отряда, бывшие в Арче, а также сотрудники тайной полиции герцога и дюжина людей Вола. Какой бы глупой ни казалась мне его работа, я все равно удивился, узнав, как мало народу у него в конторе. Налицо были все подчиненные Вола, кроме одного. Но тот не явился по уважительной причине — он болел.

Ильмо подал сигнал, промычав три раза.

Бывшие мятежники собрались на свое регулярное толковище. Я хихикнул при мысли о сюрпризе, который их ожидает. Они-то надеялись, что от Госпожи их отделяют семь лет плюс пятнадцать сотен миль!

Операция длилась меньше минуты. И прошла без единой жертвы. Они просто тупо смотрели на нас, уронив безвольно руки. Потом кто-то узнал нас и простонал:

— Черный Отряд! В Арче!

— Все кончено, — отозвался еще чей-то голос. — Кончено раз и навсегда. Она победила.

Казалось, их это не очень волнует. Некоторые даже испытывали облегчение.

Мы провернули все так тихо, что в городе никто ничего не заметил. Самый мирный захват в моей жизни. Повстанцев отвели в Черепичник, и Шепот с Пером принялись за работу.

Мне оставалось только надеяться, что никто из мятежников не знает слишком много.

Я все поставил на одну карту, надеясь, что Ворон не рассказал им, кто такая Душечка. Но если моя карта будет бита, то получится, что вместо дымовой завесы я устроил настоящий пожар, в котором погорим мы все.