Чтение онлайн

Ковер задрал нос. Мы стали взбираться вверх. Земля вращалась и уменьшалась под нами, пока не стала похожа на карту. Ветер стал холоднее.

Мой желудок все еще давал о себе знать.

Далеко слева я заметил на поверхности леса черное пятно. Это был тот лагерь, который мы захватили. Потом мы вошли в облако, и Ловец Душ снизил скорость.

— Немного по дрейфуем, — сказал он. — Мы в тридцати милях к югу от Хромого. Он уходит от нас, но мы быстро его догоним. Когда будем к нему как можно ближе, но так, чтобы он не смог меня обнаружить, пойдем вниз. Он сказал это деловым женским голосом. Я попытался заговорить.

— Тихо, Костоправ, не отвлекай меня, — прервал он.

Два часа мы проторчали в этом облаке, невидимые, и сами не в состоянии ничего увидеть.

— Пора вниз, — наконец сказал Ловец Душ. — Держитесь за раму и не отпускайте. Может немного покачать.

Опора подо мной исчезла. Мы падали вниз, как камень, летящий с обрыва.

Ковер начал медленно вращаться, и казалось, что лес под нами поворачивается.

Затем он стал качаться вперед и назад, как падающее перо. Каждый раз, когда он наклонялся в мою сторону, я думал, что сейчас кувырнусь через край.

Хороший вопль, наверное, помог бы мне, но, находясь рядом с такими людьми, как Ворон и Ловец Душ, я не мог себе этого позволить.

Лес все приближался. Вскоре я мог уже различить отдельные деревья когда решался туда посмотреть. Мы разобьемся. Я был уверен, что мы рухнем прямо вниз, через ветви деревьев и уйдем в землю на пятьдесят футов. Ловец что-то произнес. Я не уловил. В любом случае он сказал это своему ковру. Качка и вращение почти прекратились. Наше падение замедлилось. Ковер накренился вперед и заскользил над лесом. Наконец мы очутились над речкой, которая текла среди деревьев. Мы пронеслись в дюжине футов над водой. Ловец Душ засмеялся, когда потревоженные птицы начали в панике удирать.

Он посадил ковер на небольшом лугу возле реки.

— Слезайте и приведите себя в порядок, — сказал он нам. Мы зашевелились и слезли.

— Хромой в четырех милях к северу. Он уже в условленном месте, сказал он. — Дальше пойдете без меня. Он вычислит меня, если я приближусь еще хоть немного. Давайте сюда свои эмблемы. Их он тоже почует.

Ворон кивнул, отцепил эмблему, проверил лук, постучал по нему стрелой, сунул ее назад и расслабился. Я проделал то же самое. Это поуспокоило мои нервы.

Я был так рад снова очутиться на земле, что готов был ее целовать.

— Вон тот большой дуб, — Ворон указал на другую сторону реки.

Он выпустил стрелу. Она вонзилась в ствол в нескольких дюймах от центра. Я глубоко и свободно вздохнул, отпустил тетиву. Моя стрела сидела на дюйм ближе к центру ствола.

— Надо было принимать тогда пари, — заметил он. — Мы готовы, сказал он Ловцу.

— Нам надо поподробнее знать, как туда добраться, — добавил я.

— Идите по берегу реки. Здесь навалом звериных троп, так что идти будет не тяжело. Хотя торопиться, в общем, не надо. Шелест не будет здесь еще несколько часов. — Но река течет на запад, — я огляделся.

— Она поворачивает назад. Идите вдоль нее три мили, потом повернете на северо-запад и дальше прямо через лес.

Ловец нагнулся, разгреб листья, освободив небольшой кусок земли, и палкой нарисовал план.

— Если окажетесь у этой излучины реки, значит, вы проскочили.

Затем Ловец застыл и целую минуту прислушивался к чему-то, что только он один мог услышать. Потом продолжил.

— Леди сказала, что, когда вы дойдете до рощи с огромными вечнозелеными деревьями, это значит вы у цели. Там было священное место народа, вымершего еще до Правления. Хромой ждет в центре этой рощи.

— Понятно, — сказал Ворон.

— Вы будете ждать здесь? — спросил я.

— Не бойся, Костоправ. Я еще раз вздохнул.

— Пошли, Ворон.

— Секунду, Костоправ, — сказал Ловец Душ. Он извлек что-то из своей поклажи. Это была стрела.

— Стреляй ею. Я взглянул на нее и рассеянно сунул в колчан.

Ворон захотел идти впереди. Я не возражал. До того, как поступить в Гвардию, я был городским парнем. В лесу мне всегда было неуютно. А особенно в лесу такого размера, как Облачный Лес. Слишком тихо. Слишком одиноко.

Слишком просто заблудиться. Первые пару миль меня больше волновало то, как я найду дорогу назад, чем то, что мне предстоит. Я все время пытался запомнить местность.

За целый час Ворон не произнес ни слова. Я был погружен в свои мысли и не возражал. Он поднял руку. Я остановился.

— По-моему, хватит, — сказал он. — Теперь пойдем в ту сторону.

— Хм.

— Давай отдохнем немного, — он уселся на огромный корень. Отвратительно тихо сегодня, Костоправ.

— Мне тоже так кажется.

— Да-а, — он улыбнулся. — Интересно, какую награду нам приготовили?

— А кстати, — я вынул стрелу, которую мне дал Ловец. — Видел это?

— Тупой наконечник? — он потрогал его. — Почти мягкий. Какого черта?

— Вот именно. Это означает, что я не должен ее убивать.

Кто в кого будет стрелять, такого вопроса не возникало. Хромой все равно принадлежал Ворону.

— Наверное. Но я не собираюсь подыхать сам, пытаясь взять ее живой.

— Я тоже. Это меня и волнует. Кроме еще десятка вопросов, таких, как — почему Леди на самом-то деле выбрала тебя и меня и зачем нужна ей Шелест живой… А, черт с ним, на этом только язву наживешь.

— Готов?

— Похоже.

Мы начали удаляться от берега. Идти стало тяжелее, но вскоре мы перебрались через высокую каменную гряду и вышли к вечнозеленой роще. Под деревьями почти ничего не росло. Сквозь ветви пробивалось очень мало солнечного света. Ворон остановился помочиться.

— Потом будет никак, — объяснил он. Он был прав. Такого рода проблемы совершенно ни к чему, когда, сидя в засаде, находишься на расстоянии броска камнем от Поверженного.

Меня опять начало колотить. Ворон положил мне руку на плечо.

— У нас все будет в порядке, — пообещал он. Но сам он в это не верил.

Его рука тоже подрагивала. Я залез рукой под куртку и дотронулся до своего амулета. Помогло.

Ворон посмотрел на меня вопросительно. Я кивнул, и мы продолжили путь.

Я кусал завязку на куртке, и это меня немного успокаивало. Мы опять шли молча.

Среди деревьев виднелись какие-то развалины. Ворон осмотрел высеченные на камнях письмена и пожал плечами. Они ему ничего не говорили.

Мы оказались среди больших деревьев, предков тех, которые нам встречались раньше. Они возвышались на несколько сот футов вверх и были похожи на башни. Стволы — в два обхвата толщиной. Сквозь ветви там и сям пробивались лучи света. Воздух был наполнен запахом смолы. Царящие тишина и безмолвие просто подавляли. Мы шли в ногу, в общем ритме, стараясь производить как можно меньше шума.