Черный прах
Шрифт:
Его опять поразило, что энергии здесь были странными.
Очень странными, и становились все страннее, чем дальше они ехали.
«Ты у Шипрока?»– послала она.
Он покачал головой.
«В пути, - послал он.
– Нам пришлось поехать в объезд. Мы обнаружили след Волка».
«Правда? Ты его почувствовал?»
«Возможно, - он поколебался, затем поправился.
– Да, я его почувствовал. Часть нашей команды отделилась и теперь следует за ним. Люди Красного».
Он почувствовал, как она даёт понять, что услышала его слова.
На мгновение он ощутил её желание поговорить о чем-то другом, о чем-то, связанном с местом, куда он направлялся. Что-то о Шипроке, что-то её беспокоило - может, что-то, что она увидела или почувствовала. Она хотела спросить его о чем-то или, может, сказать ему что-то.
Ощущалось все почти так, как если бы она хотела предостеречь его...
«Хватит пытаться прочесть меня,– послала она, и её мысленный голос прозвучал жёстче.
– Ты можешь просто позвонить мне? Или пусть Мэнни или Красный позвонят мне?»
«Просто скажи мне, что не так, док, - послал он.
– Что сказали тебе лабораторные крысы?»
Он почувствовал, как она вздрогнула от прозвища, и очередная волна раздражения выплеснулась из неё.
Противоречивость этой волны ударила его по сердцу, ещё сильнее боли.
«Мири...»– начал он мягче.
Она его перебила.
«Они не могут идентифицировать ткань, Блэк, - послала она более холодно и бесстрастно.
– Ты меня слышишь? Специалисты лаборатории в Санта-Фе... они не могут её идентифицировать».
Его подбородок напрягся.
Когда он ничего не сказал, она продолжила, её мысли зазвучали чуть громче.
«Они сказали мне, что это изготовлено из материалов, которых они никогда прежде не видели. Они в полном недоумении, постоянно спрашивали меня, кто это носил, откуда они пришли, где они были, как мы это обнаружили. Они предположили, что это какая-то искусственная ткань, изготовленная в лаборатории, но тесты показали, что это сделано из природных материалов. Они считают, что это соткано или спрядено из шерсти какого-то животного. Похоже на шерсть, но не то же самое. Они спросили меня, не сделано ли это из какого-то генетически модифицированного животного».
И вновь она замолчала.
И вновь Блэк ничего не сказал.
После очередной паузы она продолжила, мысли звучали почти раздражённо.
«Более того, они сказали, что материя относительно старая. Достаточно старая, чтобы они захотели попытаться определить её возраст... не знаю, как. Я знаю, что датирование по углероду не работает для таких проб, о которых они говорили. Думаю, сочетание давности и происхождения из совершенно незнакомого источника действительно обеспокоило их. Они задавали мне много вопросов, Блэк. Вопросов, на которые я никак не могла ответить. И в этот раз не по обычным причинам».
Она помедлила, затем добавила.
«Они определённо подумали, что я знаю больше, чем говорю. И Рамирез тоже так подумал. Он также подумал, что с федералами что-то не так, раз они не торопятся это расследовать. Он не доверяет Ли, тому агенту, для беседы с которым меня послал Красный».
Между ними повисло тяжёлое молчание.
Когда Блэк по-прежнему ничего не сказал, он ощутил, как по её свету прошлась рябь злости.
«Они сумели идентифицировать значительную часть веществ, собравшихся на ткани,– послала она затем, и её мысли все ещё доносились тем бесстрастным, деловым тоном.
– Пыль с горы, пыльца, кое-какие виды растительного детрита, даже кое-какая шерсть животных, заячья или кроличья. Они также обнаружили кровь некоторых животных, которых сумели идентифицировать».
Её разум помедлил, как будто оценивая его, затем добавил:
«Они также нашли человеческую кровь. Не от одного человека. Она отчасти тоже была странной. Новые пятна были им знакомы. Первая отрицательная, третья положительная, немного четвертой положительной. Однако там были и более старые пятна. Они тоже считают, что это человеческая кровь, но с такой группой они прежде никогда не сталкивались. Они сравнивают её с некоторыми видами животных на случай, если ошибочно приняли её за человеческую».
Блэк почувствовал, как это тянущее ощущение в животе усиливается.
Кивнув, в этот раз скорее самому себе, он посмотрел на красную скалу в пустыне, стискивая челюсти. Почувствовав на себе взгляд, он посмотрел в левую сторону джипа с открытой крышей и обнаружил, что Красный смотрит на него с водительского места, поджимая губы.
«Они попытались дать объяснение?– послал он.
– У них есть теории, объясняющие их находки?»
«В какой части?»– язвительно послала она.
«В любой? У них вообще есть какие-то объяснения?»
«А у тебя?» - парировала она.
«Не очень, нет».
«Дерьмо собачье, Блэк, - рявкнул её разум.
– Какого черта происходит? Чего ты мне не говоришь? В этот раз», - холодно добавила она.
«Мири, богами клянусь... я ничего не знаю. У меня есть кое-какие мысли, да... и кое-какие опасения... но думаю, мне стоит подождать и не делиться ими, пока мы не будем знать больше. Мы пошлём к тебе некоторых детей завтра. Они должны приехать к полудню, может, к часу. Нация разрешила нам воспользоваться их школьным автобусом на день, так что это не должно вызвать шумихи, если...»
Но она его перебила.
«Пошлёте их ко мне? Я думала, это я приеду туда? Мэнни сказал, что мы все снова поедем к Шипроку в зависимости от того, что вы найдёте...»
«Я не думаю, что это хорошая идея, Мириам».
Последовало молчание.
«Почему нет?»– послала она.
По какой-то причине сейчас он ощущал от неё меньше злости.
И вновь он ощутил её желание спросить его о чем-то. Или сказать что-то.
«Что у Шипрока, Блэк?»– послала она.
Он испустил вздох.
«Я не знаю, Мири. Клянусь богами, не знаю».
«Но ты о чем-то думаешь. Что там, как ты думаешь?»
Он щёлкнул себе под нос, качая головой.
«Могу я приехать?– импульсивно послал он.
– Могу я приехать к тебе, с детьми? Мы могли бы поговорить там, Мири, в Санта-Фе. Мы могли бы поговорить по-настоящему. Я отведу тебя поужинать».