Чтение онлайн

– С удовольствием, – поднимаясь со стула, равнодушно бросил Пашка, сделав новую затяжку.

– Я тоже пойду, пап Саш, – робко произнесла Настя. Она знала, в такие минуты, лучше не попадать ему под горячую руку.

– А, идите вы все куда хотите, – устало махнул рукой Александр, а желваки так и заходили на бледном лице.

Настя даже не вбежала, а влетела на кафедру. Так не терпелось ей показать кладовую запись своему научному руководителю.

– Людмила Рашидовна, где вы?! – в нетерпении окликнула Настя.

– Тут, не кричи.

Среди пыльных стеллажей с книгами, сидела за столом средних лет женщина, с не прокрашенными седыми корнями волос, и хорошо сохранившейся фигурой.

– Что у тебя стряслось? Разбудила ни свет, ни заря. Показывай свою кладовую запись.

Людмила Рашидовна долго и внимательно изучала ветхий манускрипт, который, казалось, вот-вот рассыплется у неё в руках и, наконец, сказала:

– Что же, я бы оценила её возраст в триста лет. Если говорить точнее, год её создания тысяча семьсот двадцатый.

– Правильно я перевела на современный язык, что в ней указывается на Золото Гетмана Полуботка? Того самого, который был арестован по приказу Петра Великого и скончался в Петропавловской крепости в тысяча семьсот двадцать третьем году?

– Да. Гетман Украины действительно был сказочно богат. Но, когда бригадир Румянцев прибыл к нему для описания имущества, то с удивлением обнаружил, что всё золото Полуботка исчезло. И долгое время считалось, что тайну о своих несметных богатствах он унёс в могилу. Хотя народные предания утверждают, что, узнав об аресте отца, его сын зарыл семейные богатства в, одному ему, известном месте.

– А в каком именно, молва не знает? – с неподдельным интересом, спросила Настя.

– Есть несколько версий на этот счёт: одна из них – село Подставки в Полтавской губернии. Но ни один кладоискатель найти там ничего не смог.

– А что, много кто искал?

– О, - протянула Людмила Рашидовна. – На протяжении всех трёх веков, количество этих людей неустанно растёт.

– А второе место – Крым?

– Да, куда сбежал сын Гетмана, под защиту крымского хана.

– Выходит, эта кладовая запись подтверждает версию о Крыме, – поняла Настя. – Скорее всего, сын Гетмана, не знавший о смерти отца, ждал его возвращения именно там. Но с началом похода на Крым армии Миниха, был вынужден бежать. И тогда место закопанных сокровищ зашифровал в этой самой записи.

Сделав эти выводы, Настя на глазах просияла от удовольствия. Зрачки её расширились, как у кошки и дыхание участилось. Такая удача улыбалась редким археологам.

– Людмила Рашидовна, вы понимаете, что это сенсация? Мне нужно обязательно ехать туда, – уверенно заявила Настя. – Я соберу группу археологов и поеду на поиски клада. А если не найду клад, то точно наберу материал, которого хватит и для докторской диссертации.

Мечтательно потирая пальчики рук, Настя стала ходить по кафедре взад и вперёд, начиная продумывать все детали предстоящей поездки. Воодушевлённая подлинностью кладовой записи, она была уверена, что и Людмила Рашидовна разделяет её энтузиазм, и тут же предложила ехать вместе.

– Куда? – растерялась вдруг та.

– Как куда? – удивилась Настя. – В Крым, конечно же, в экспедицию.

– Нет! – категорично отказалась Людмила Рашидовна. – Никогда. Я занята… я не могу. И тебе не советую. Пустая это затея, только время потеряешь.

Настя в полном одиночестве шла по морскому берегу. Впереди показались фигуры археологов. Солнце светило прямо в глаза, заставляя жмуриться.

Настя пребывала в очень хорошем настроении, ведь она так давно хотела приехать сюда, в Крым, и не важно, что из всей археологической группы она знала только одного человека – свою мать Ольгу.

А Ольга не обращала на неё никакого внимания, будто Насти и вовсе нет. Наверное всё дело в том, что Ольга настолько энергично руководит раскопками, что ей нет никакого дела до посторонних. А вот на супруга, такого же археолога, судя по взгляду, у неё есть время всегда. Насте радостно было смотреть, как Ольга нежно обнимала его.

– Я уверена, «Чёрный принц» здесь, Олег. Мы в одном шаге от того, чтобы поднять его, – сказала Ольга супругу, и Настя услышала эти слова.

Насте неожиданно сделалось очень тепло на душе от голоса матери. Ей хотелось слушать этот голос бесконечно. И от присутствия родного отца рядом тоже заколотилось сердце. Вот только разглядеть его лицо никак не удавалось, солнце продолжало слепить глаза.

Вот рядом зашумели подъёмные краны, опуская в воду свои громадные крюки для того, чтобы подцепить сундуки с кладом и поднять на поверхность. Следом за огромными клешнями кранов, к морю пошлёпали четыре аквалангиста. Им предстояло погрузиться в его пучину, чтобы подплыть к затонувшему в далёком 1854 году английскому паровому фрегату и заглянуть в трюмы, которые, по легенде, заполнены золотом.

Но сорвавшийся, откуда не возьмись ураган, стал угрожать этим планам. С моря покатили высокие волны. Башни кранов накренились, и казалось, вот-вот рухнут.

– Мам, останови погружение! – закричала Настя. – Останови их!

Но Ольга не слышала её и продолжала наблюдать, как аквалангисты заходят в бурлящее море.

– Мама, остановись! – захрипела Настя. – Мама! – крикнула она, проснувшись.

Настя потёрла костяшками пальцев глаза и посмотрела на часы. Стрелки показывали одиннадцать. Встав с кровати, она подошла к туалетному столику и посмотрела на стоящую на нём фотографию. Из рамки, украшенной рубинами на неё смотрела платиновая блондинка с короткой стрижкой, нежная, хрупкая, но даже через фотографию в ней чувствовалась сила, темперамент, скрытый огонь внутри.

«Мама», – сказала про себя Настя и ласково улыбнулась.

Настя часто выдела мать во снах. И сны эти всегда были такие ясные, будто на машине времени возвращали в прошлое.

Много лет назад, когда Настя была ещё студенткой, подруга затащила её к гадалке, и та, с одного взгляда, заявила, что у Насти есть особый дар и приходит он во снах. Можно было бы и посмеяться над словами чудаковатой старухи, но ведь Насте и в самом деле открывались многие тайны через сны. Например: что подруга написала в сообщении мальчишке, в которого влюблена или в какой последовательности преподаватель разложит экзаменационные билеты на столе. Так почему бы не поверить и в то, что сегодняшний сон открыл тайну родителей?

И взяв фотографию матери, Настя вышла из комнаты.

Настя уже сорок минут ждала Феликса в ресторане Laduree a-la Russe, кутаясь в белое пальто, надетое поверх кружевного платья. В Москве Настя постоянно мёрзла, ведь тут в ноябре уже зима, а в марте ещё не весна.

«Поскорее бы в Крым», – думала она про себя.

Когда Феликс, наконец, появился, кофе Насти уже совершенно остыл, а от разноцветных пирожных макарон рябило в глазах.

– Прости, зайчонок, – поцеловал Феликс Настю, дыхнув перегаром. – Я немного опоздал. Ты что, подстриглась?