Чтение онлайн

И Ханна взглянула на него, как если бы она не могла его видеть.

Мирнин даже не повернулся в его сторону.

— Он здесь, — сказала Клэр, в горле внезапно стало сухо. Она могла чувствовать боль там, где его руки схватили, скрутили и сломали. — Он в дверях. Прямо сейчас.

Мирнин повернулся и уставился в этом направлении, но было совершенно ясно, что все, что он увидел, было пустое пространство. Ханна тоже. Клэр схватила пистолет Ханны в обе руки, подняла его и выстрелила.

У него была отдача, но не настолько сильная как у ружья; шум был более резким, как удар по ушам, после которого звенит в ушах. Ее глаза немного горели, и в нос ударил резкий запах горящего пороха… и она поразила Магнуса, прямо в грудь.

Это не имело значения. Пуля прошла навылет и вонзилась в противоположную стену. Ну, подумала она, в слой обоев. Майкл выйдет из себя.

Ханна выхватила у нее оружие, убрала его в кобуру и бросила Клэр ружье, заряженное серебром… но было слишком поздно.

Потому что Магнус превратился в тошнотворную жидкость без костей и теперь как щит прижимал к себе Мирнина.

Клэр подняла ружье, но она не могла выстрелить.

— Убей его! — кричал на нее Мирнин. — Клэр, я не имею значения. Убей его!

Она не могла. Она обошла вокруг для лучшего выстрела, но Магнус повернулся к ней, его серебристо-острые зубы сверкнули на плече Мирнина. Если Магнус укусит Мирнина, то он заразит его так же, как и Амелию. Угроза была очень ясна.

— Я не хочу этого, — сказал Магнус. Его голос был бледным и шепчущим, и у Клэр было жуткое ощущение, что она была единственной, кто мог его слышать. — Его кровь испорчена.

Но я убью его, если ты не положишь свое оружие.

Хана попятилась в дальний угол комнаты, и Клэр почти сразу забыла о ней. Мир сузился до ствола ружья, нескольких рядов блестящих зубов Маркуса, бледной, открытой шеи Мирнина и ужаса на лице.

— Убей его, — снова сказал Мирнин. Его голос был мягким, нежным и очень уверенным. — Я не имею значения, пока он не остановится, Клэр. Есть более важные вещи, чем одна жизнь.

— Как я не имела значения, когда ты связал меня здесь как приманку? — спросила она. — Я не ты. И ты действительно имеешь значение. — Клэр почувствовала на себе взгляд Ханны, внезапно, из-за угла, как если бы Ханна пыталась ей что-то сказать. Что-то тихое, но важное.

Внезапно Клэр поняла, что это было. В конце концов, это не было столь глупой идеей.

Если бы они могли вытащить…

Она сделала шаг назад, в сторону зала. Магнус толкнул Мирнина перед собой, следуя за ней.

— Брось оружие, — сказал он снова. — Представь. Это будет быстро.

— Как и в прошлый раз? — сказала Клэр. — Не очень нравится. И я не сделаю это снова. — Она чувствовала себя легкомысленно, как если бы она была с Шейном или Евой. Боже, она хотела, чтобы они были здесь. Хотела быть с людьми, которым доверяла. — Не во второй раз. — Она сделала еще один шаг назад. И еще.

Магнус последовал за ней и встал спиной к Ханне.

И Ханна вытащила пластиковый мешок с белым порошком, открыла его и швырнула содержимое прямо на него.

Магнус уклонился в последнюю секунду, но часть порошка попала на него. Он отпустил Мирнина и завопил, когда вещество оказалось на его плече и стало серым, вытягивая его жизненную влагу. Это был тот же самый крик, который испускали его создания, но глубже, дольше и громче. Клэр тоже закричала и попыталась не уронить ружье; желание закрыть уши было почти непреодолимо. Мирнин сделал выпад в сторону Клэр и выхватил из ее рук ружье, когда он грациозно развернулся вокруг нее.

— Сюрприз, — сказал он и улыбнулся Магнусу звериным оскалом. — Ты не так невидим, когда тебе больно.

Серебряные шарики ударили Магнуса прямо в грудь и прошли через него, раскалывая дерево, ткань и стены, разбивая окна.

Но это не сработало. Ружье не сработало.

Порошок не впитывал его. Серебряные гранулы ничего ему не сделали.

Магнус продолжал идти.

— Да поможет нам Бог. Вперед, — тихо сказал Мирнин и толкнул Клэр в зал. — Беги!

И она побежала.

Оливер

Я почувствовал, как рука Амелии напряглась на моей руке и, взглянув на нее, увидел, что она тоже смотрит на меня. Ее глаза больше не были прежними — все еще серые, но грязные, водянисто-серые, не сверкающая сталь, какими они всегда были.

Она словно тонула, как и все остальные жертвы драугов, но выглядело это гораздо хуже, чем я ожидал. Она была поймана в ловушку в своем собственном теле, утопая в своих же инфицированных жидкостях. Я ничего не мог сделать, чтобы спасти ее.

— Тебе нужно больше крови, — сказал я, обнажая запястье, но она покачала головой.

— Это только подпитывает другую часть меня, Оливер. Я не могу. Я не могу справиться с этим.

— Ты должна, — ответил я.

— Убей меня или уходи. В моем городе еще осталось то, что ты должен защитить. Мои люди. — На мгновение вернулась королева, взирающая на меня, как на своего вассала. — Ты спасешь их, Оливер. Ты должен. Не важно, какой ценой. Ты понял?

Я слегка улыбнулся.

— Это всегда было моей целью. У нас просто были несколько разные представления о том, как их нужно спасать.

— Это касается и обычных людей. Не предавай мои мечты. Мои обещания. — Ее глаза медленно закрылись. — Я очень устала. Так услала. Это сражение было долгим, не так ли?

— Века, — сказал я. — Против Бишопа. Против меня. Против тысячи других противников, поверженных к твоим ногам.

Это вызвало сухой шелест смеха.