Чтение онлайн

В то время как американский летчик Ральф Томпсон, скрыв свое настоящее имя, стоял перед голландским военным судом на Яве, обвиненный в доставке груза индонезийским повстанцам, человек с его документами в кармане встречал рассвет в Америке. Этот человек орудовал рычагами в застекленной будке подъемного крана. Кран, в длинном ряду ему подобных, возвышался на молу товарной пристани близ Нью-Йорка.

У причалов стояли теплоходы, лайнеры и пароходы, тревожно свистели паровозы и позванивали электровозы, подавая к подъемным кранам вагоны. Металлические хоботы элеваторов вонзались в открытые люки трюмов.

Это был очень большой и оживленный порт. Здесь одновременно грузились десятки океанских пароходов. До войны с этим портом могли конкурировать только пристани на Темзе, но сейчас пустуют пшеничные пристани Милуол на Темзе. Не ломятся от замороженного мяса, доставлявшегося из Новой Зеландии, Аргентины, Уругвая и Западной Африки, пристани короля Альберта. Мало на пристанях Сэррей Коммерчил канадского леса. Не загромождены ящиками склады пристаней Виктории, не видно шерсти из Австралии и Уганды в обширных складских зданиях пристани Святой Екатерины. Товаров так мало, что они не залеживаются на складах.

Крановщик Ральф Томпсон грузил лайнер табаком для Англии в счет плана Маршалла, но этот табак тоже не залежится на складах. К нему прибавят опилок, пропитанных синтетическим никотином, набьют этой смесью сигареты, и он сразу же поступит в продажу.

Но экспортируют не только табак. Американские рефрижераторы грузят и сливочное масло для молочной Дании в счет плана Маршалла. В Италию, продававшую всей Европе свои автомобили «Фиат», грузят американские автомобили и напиток «кока-кола», огромная рекламная вывеска которого заслоняет собою часть храма Петра в Риме.

В Германию и Японию грузят консервированную конину и азотные удобрения. По плану Маршалла, огромная азотная промышленность Германии и Японии как конкурентов должна быть уничтожена. Для других стран грузят яичный порошок, сухие фрукты, сыр, молочный порошок, хлопок и прочие продукты. Этот «дар», по плану Маршалла, должен был подрывать сельское хозяйство и независимость маршаллизованных стран. Как заявил Пирсон, «Франция обязана разводить цветы, а не производить пшеницу».

В будке крановщика зазвенел звонок, и из переговорной трубки донесся хрипловатый веселый голос:

— Отзовись, старина!

Человек с документами Ральфа Томпсона, пожилой американец, выплюнул на ладонь резинку, быстро повернулся к переговорной трубке и тихо спросил:

— Ты один?

— Старая обезьяна вышла на минутку из диспетчерской, вот я и пользуюсь случаем. Смотри в оба… Значит, когда крикну: «Чего заснул, старый кашалот!..» — Говоривший замолчал, и потом из трубки послышался тот же голос, но звучащий требовательно и официально: — Ускорь темпы, парень!

В девять утра судно, нагруженное табаком, ушло в океан, взяв курс на Англию, и на его место поставили другое. Это было французское судно «Д'Артаньян». «Иностранцев» было мало в порту. Перевозки в счет плана Маршалла даже в приморские страны, обладавшие своим флотом, совершались главным образом на американских судах.

Под кран подали железнодорожный состав. На платформах стояли ящики.

В десять часов крановщик услышал из переговорной трубки: «Чего заснул, старый кашалот!» И вот тогда-то он и дернул кран кверху. Верхний ящик с фирменной маркой «Мак-Кормик — сельскохозяйственные машины» сорвался, упал на мол и раскололся. Удивленным взорам французских матросов представилась груда новеньких американских автоматов вместо сельскохозяйственных машин.

«Что и надо было доказать», — подумал Томпсон; его губы чуть заметно дрогнули в улыбке. Французские матросы сгрудились на борту, о чем-то споря. Некоторые сбежали на пристань и подошли к автоматам. Один из них щелкнул фотоаппаратом. Но матросов оттеснили подбежавшие полисмены.

— Мы не будем принимать этот груз, — сказал французский моряк.

— Наши докеры не выгрузят его во Франции! — крикнул другой.

— Какого черта! — донесся грубый окрик из переговорной трубки.

— Что-то с механизмом, — сказал Томпсон и поспешно добавил: — Сейчас опять работает нормально.

— Посылаю механика! — рявкнул тот же голос в трубку.

Рослый, голубоглазый и очень спокойный механик-швед сел на место Томпсона и молча дважды проделал операцию погрузки и выгрузки, то ускоряя, то замедляя темп движения. Кран работал исправно. Механик вопросительно посмотрел на Томпсона. Тот недоуменно пожал плечами и улыбнулся. Швед нахмурился и сообщил в переговорную трубку, что механизм в полном порядке.

Вот тогда-то Томпсон и получил приказание передать кран механику и тотчас же явиться в диспетчерскую.

Крановщик не спеша спускался по железной лестнице с горделивым сознанием выполненного долга. «Старая обезьяна», как прозвали главного диспетчера, худощавый, высокий мужчина с длинными руками, стоял, слегка наклонившись вперед, упершись волосатыми пальцами о стол. Выпятив нижнюю губу, он испытующе посмотрел на вошедшего. Рядом с ним стояли двое мужчин в одинаковых серых костюмах и шляпах.

«Агенты ФБР», — сразу же определил их крановщик, но ничем не выдал своего беспокойства.

— Коммунист? — резко спросил один из агентов.

— Нет, не коммунист и имею пять наград за войну, — ответил крановщик.

— Вы коммунист? — опять повторил свой вопрос агент, сверля крановщика маленькими темными глазками.

— Я не коммунист и не красный. Я все время работал летчиком-испытателем до аварии. Это было год назад. С тех пор работаю на кранах… — Крановщик замолчал. Молчали и агенты. — Меня проверяли, — добавил крановщик.

Оба агента переглянулись. Крановщик заметил появившуюся у них неуверенность.

— Позвоните в фирму «Дженерал Моторс», — сказал он. — Я известный летчик-испытатель. Обо мне писали в газетах. Повторяю, меня проверяли. Вот вырезка.

Он привычным жестом сунул пальцы в нагрудный карман и извлек несколько потрепанных вырезок. Один агент взял их, внимательно просмотрел и передал другому. Тот прочитал и возвратил крановщику. Неуверенность агентов возрастала.

— Если что, можете вычесть штраф… — сказал крановщик и тотчас же пожалел. Этого никак нельзя было говорить. Ну какой человек «американского образа мыслей» сам предложит отдать часть своих денег! Неуверенность агентов мгновенно исчезла. — Лучше уплатить штраф, чем потерять работу и попасть в армию безработных, — тотчас же поправился крановщик.

— Армию безработных? — быстро спросил агент. — Где вы видели такую армию? Может быть, вы хотели сказать: толпу неполноценных, э?

— Об «армии безработных» говорят только красные агитаторы, это их слова, — заметил второй.

— Позвоните на завод. Меня проверяли. — И крановщик зевнул с деланной усталостью.

— Хотели узнать, что в ящиках, э? — допытывался первый.

— Мне это ни к чему, — коротко ответил крановщик. — Все газеты пишут, что по плану Маршалла и по Атлантическому пакту мы должны послать оружие в Европу для защиты от коммунистической опасности.