Чтение онлайн

— Добро, капитан. Можешь быть свободным. О разговоре нашем никому не слова…

— Разрешите войти, товарищ комиссар?

— Входите, Игорь Николаевич, присаживайтесь! Давно вас жду!

— Прошу меня простить, но самолет совершал промежуточную посадку. Туман… Москва не принимала. Пришлось проторчать на том аэродроме около двух часов. Да и потом не сразу добро на вылет дали — немцы были в воздухе.

— Да, я уже в курсе ваших приключений. Ладно, проехали. Рассказывайте, что удалось выяснить по интересующему нас вопросу.

— В архивах моя группа ничего не нашла. Впрочем, это и неудивительно — их просто не успели целиком вывезти, поэтому вынуждены были уничтожить.

— Так!

— Нам удалось разыскать и опросить троих сотрудников районного управления НКВД, которые работали там в это время. Они рассказывают любопытные вещи!

— А именно?

— Приблизительно в тридцать пятом-тридцать восьмом году в окрестностях указанного монастыря действительно проводились обширные работы. Для этой цели там был организован временный лагпункт. Его курировал кто-то из сотрудников центрального аппарата. Он же отвечал и за производство работ.

— Кто именно?

— Неизвестно… Никто из них с этим сотрудником не пересекался и в лицо его не видел. Доступ в это место тщательно контролировался, местное население знало только то, что в лагере содержат особо опасных преступников. Так что желающих посмотреть на них поближе не было. В тридцать восьмом году работы были завершены, лагпункт расформирован, и его персонал был куда-то вывезен. Примерно полгода ничего не происходило.

— А потом?

— Потом… мы не знаем, когда именно, но в это место было направлено несколько автоколонн со снаряжением.

— С каким?

— Тут проще. Удалось найти часть документов на груз. Это продовольствие и боеприпасы.

— Кто подписывал эти бумаги?

— Старший майор Фрумкин, Яков Валентинович.

— Так-так-так… Фрумкин, вы говорите? А ведь я его помню! Высокий такой, с залысинами… Да, точно, это он! И где он сейчас?

— Осужден в сороковом году за шпионаж. Приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение.

— Вот черт! Вы связи его проверили?

— За два дня? Он отвечал за формирование складов длительного заложения. И по роду своей деятельности общался просто-таки с громадным количеством людей. Как вы понимаете, товарищ комиссар, я просто физически не мог их проверить за это время…

— Досадно… Что еще удалось установить?

— По документам следует, что на некий объект в лесу была направлена рота связи. Для его оборудования и оснащения. Мы нашли документы об отпуске им продпайка. Из расчета на два месяца работы.

— Кто подписывал документы со стороны связистов?

— Старший лейтенант Кавгородний, Виктор Петрович. Командир отдельной роты связи Новгородского гарнизона.

— И где он сейчас?

— По имеющимся сведениям, рота была разгромлена три месяца назад. Сведениями о судьбе командира роты мы не располагаем…

— Час от часу не легче! То есть, если я вас правильно понял, мы даже толком и не знаем, где именно сидит майор Осадчий со своими людьми?

— Так точно, товарищ комиссар, не знаем. Известно, что это какой-то скрытый объект, но мы не знаем что это, и для чего он был предназначен. Есть сведения, что на нем имеются запасы снаряжения, но опять же — неясно, где именно они расположены.

— Хм… Значит, помочь Осадчему…

— Мы не можем.

— Пессимистично… Однако не будем торопиться. Вот что… приготовьте группу для выброски в тыл противника. Их задачей будет установление связи с Осадчим. Для этого включите в ее состав радиста. Согласуем действия по их прорыву, а заодно и выясним, что же такое там они отыскали…

— Все настолько серьезно?

— Более чем, Игорь Николаевич! Мы проверили номер, который сообщил в своем донесении Майборода.

— Номер сопроводительного документа на…

— На металлический ящик. Да, именно на него. Капитан ошибся всего на одну цифру. Там не семерка, а единица. Такой документ действительно был.

— Был?

— Да. И подписан именно Меркуловым. Содержимое пакета относится к секретным сведениям государственной важности. Это касается разработок в военной области. Причем настолько секретных, что даже я не знаю, о чем таком там написано… Сами понимаете, что идти т у д а, — палец комиссара указал на потолок, — с подобными известиями, не имея данного пакета на руках…

Не успеваю я хоть что-то сказать, как Лацис с размаху бьет заводной рукояткой от генератора по телефонному аппарату.

Хрясь!

И осколки эбонита разлетаются во все стороны…

— Ты что?!

Он растерянно оглядывается по сторонам. Его сильные руки дрожат мелкой дрожью.

— Я… это… испугался я, командир… Как-то неожиданно все вышло… вот и…

Ребята переминаются с ноги на ногу. Они тоже сильно озадачены. Да и мне немного не по себе, честно говоря. «Пришел лесник и послал нас всех…» А что? Может быть, на том конце провода как раз «лесник» и сидит. За складом этим приглядывает. И ему наши здешние художества могут сильно не понравиться…

Присаживаюсь на корточки и рассматриваю осколки телефонного аппарата. Да… этот вертолет не полетит…

— Осмотрите склад. Может быть, тут есть еще один телефон?

Поиски результата не принесли. Телефонов тут больше не было.

— Ладно… черт с ним. Давайте-ка делом займемся.

Насколько я помню, сегодня второй день поисков. То есть завтра к нам может прибыть подкрепление. Придут ли они пешим ходом, или их тоже подвезут? Если командование и в этот раз выделит автомобиль, то у нас есть, чем его загрузить.

До наступления темноты таскаем к дороге ящики с тушенкой и консервами. Вскрыв бочку, вытаскиваем оттуда мешки с мукой и тоже уволакиваем это туда же. Ходим через нижнюю грузовую дверь по дну оврага, там удалось найти удобный выход наверх.

Часа через три командую отбой, и мы все валимся на землю. Снова хочется есть. После перекуса выставляю у дороги пост (заодно и за добром присмотрит) и гоню всех к складу. Задраиваем двери, сажаю у амбразуры Асановича и проваливаюсь в глубокий сон…

Разбудили меня уже под утро, как и приказывал. Наскоро умываюсь водой из фляги и топаю к дороге.

Сыро, холодно и промозгло. Если бы не трофейный комбез — зубы уже выстукивали бы плясовую. Чаю бы горячего! Некогда…

Меняю на посту Шифрина — тот прямо-таки дрожит.

— Замерз?

— Есть малость…

— Там, во второй штольне, связка ватников лежит. Выбери себе по росту. А то долго эдак не проходишь. Шинель, как я вижу, тебя не очень-то согревает.

— Это оттого, что я не двигаюсь. Пост ведь… нельзя…