Черный Страж
Шрифт:
– За тобой охотятся, Бром. О чем ты только думал, когда шел сюда? – Магнус был глубоко благодарен ему за спасение, но ему очень не хотелось бы видеть кого-либо из детей герцога Эктора схваченными и заклейменными как Черные Стражи.
Бром бросил на друга серьезный взгляд, а раненский жрец поднял с пола длинный меч.
– Ты сомневался в том, что я вернусь? Эти красные ублюдки убили моего отца, Магнус… они обезглавили его, как предателя. – У Брома всегда было суровое выражение лица, но Магнусу показалось, что со времени их последней встречи взгляд лорда стал еще более жестким.
– Они заставили меня смотреть на то, как его убивают… я тоже скорблю по нему. – Северянин угрюмо взглянул на друга.
– Я знаю, что ты помешал бы им, если бы это было возможно. – Бром начал вытирать с клинка кровь тюремщика и, обернувшись, оглядел узкий коридор с каменными стенами. – Почему здесь так мало рыцарей? – спросил он, меняя тему разговора. – Ланри видел, как через город прошла огромная армия, но он не понял, куда они делись.
– Риллиону оставили чисто символический отряд для того, чтобы удерживать город, а король отправился на север, – ответил Магнус.
Бром был искренне удивлен этой новостью:
– Король? Сам король Тор Фунвейра? Король Себастьян Тирис?
– По-моему, ваш народ называет его именно так, – ответил Магнус. – Вижу, ты еще многого не знаешь, мой друг.
– Это и к тебе тоже относится, – сказал Бром, продолжая переваривать новость о том, что король побывал в его городе. – Мы наткнулись на Коли и Дженнера, так что знаем, что Хасим был здесь и отправил мою сестру на север. Прошу тебя, скажи мне, что с ней случилось? – Они направились к выходу из темницы. – Прошу тебя, скажи мне, что она еще жива.
– Я уверен в этом, друг мой, но не видел ее с того дня, как Хасим помог ей бежать из города.
– Если она в Ро Хейле, ей не грозит опасность?
Магнус нахмурился:
– Трудно сказать. Если они выберутся оттуда до прибытия короля… – Он помолчал. – Для того чтобы все Свободные Отряды собрались в единую армию, требуется время.
Бром подошел к комнате дежурных часовых, находившейся в конце коридора, и Магнус увидел еще двух мертвых рыцарей. Молодой герцог Канарна оставался таким же хладнокровным и опасным, как и прежде, и Магнус был поражен тем, что Бром вошел в темницу и убил троих тюремщиков, не производя ни малейшего шума.
– Давай сейчас поговорим о более простых вещах, – сказал Бром, перешагивая через тела. – Сколько рыцарей осталось в главной башне замка?
– Пятьдесят Красных рыцарей и сто простых воинов. Думаю, у Певайна в городе имеется пара сотен наемников… с ними нам не справиться.
– Я знаю насчет Певайна и его ублюдков – у Ланри имеется для них сюрприз, – заявил Бром.
– Нескольких человек недостаточно, чтобы отвоевать город, – сказал Магнус, начиная удивляться про себя: неужели Бром намеревается устроить нечто вроде последнего славного боя?
Бром завернул за угол и на миг остановился у лестницы, ведущей в главную башню, затем шагнул в переднюю, в полу которой имелся давно не использовавшийся канализационный колодец.
– Мы привели с собой нескольких друзей. Они ждут знака, чтобы присоединиться к нам в главной башне. У нас есть шанс, вот и все.
На лице его появилось зловещее выражение, и Магнус увидел, что Бром жаждет крови, и как можно быстрее. И действительно, его друг буквально дрожал от предвкушения боя.
Магнус заметил, что железная решетка, прикрывавшая бывший канализационный колодец, открыта изнутри, и догадался, каким образом Бром смог попасть в темницу, миновав дежуривших во дворе замка рыцарей.
Раненский жрец остановился, а Бром быстро направился к поднятой решетке.
– Бром, – тихо произнес он, и друг обернулся. – Тебе нужно успокоиться. У тебя руки дрожат.
Бром взглянул на руку, державшую меч, и улыбнулся:
– Чувствую себя так, словно впервые в жизни собираюсь драться.
– Риллион и его рыцари – опытные воины. Тебя убьют, если ты не сконцентрируешься. Ни ты, ни я не обладаем дарами Рам Джаса, Бром… простые люди вроде нас должны полагаться на свои боевые навыки, оружие и удачу. Подожди минуту, сосредоточься, друг мой.
Молодой лорд, с трудом борясь с нетерпением, сделал несколько глубоких вдохов.
– Рам Джас ждет наверху, нельзя здесь задерживаться, – сказал он, поднимая взгляд на раненского жреца. – У него есть какой-то план.
– Чем больше времени мы дадим ему, тем дольше он сможет потирать руки и поражаться собственной изобретательности.
Заброшенная траншея вела наружу из внутренней башни, и похоже было, что Бром, придя на выручку Магнусу, совершенно миновал внутренний двор.
– А в этом плане предусмотрено остаться в живых? – спросил Магнус.
Лорд ро обернулся и слегка улыбнулся:
– Если план сработает, мы останемся в живых и, кроме того, сможем отвоевать город.
– Тогда это звучит как великолепный план, – сказал Магнус. – Если он сработает.
– Не волнуйся, кроме нас с кирином, есть еще кое-кто. – Бром вздохнул и медленно поднялся. – Мы нашли себе неожиданных союзников… и передали Ланри кое-что такое, благодаря чему можно будет расправиться с Певайном.
Магнусу было любопытно, но ему также не терпелось очутиться на свободе. Если у них есть союзники и план, это замечательно.
– Нам надо идти, – сказал Бром, отодвигая в сторону стальную решетку.
– Ты успокоился? – спросил Магнус.
– Нет, вовсе нет… но нам все равно надо идти.
Магнус не собирался указывать молодому лорду, как себя вести. Он сумел проникнуть в Ро Канарн, пробрался в город, имея в качестве спутника только киринского пройдоху и негодяя. Если он смог сделать это, подумал Магнус, то, возможно, он не просто лорд ро, играющий в бандита.
– Хорошо, тогда идем, – сказал он, когда Бром начал спускаться в дыру. – Надеюсь, твои союзники умеют хорошо драться.
Они спустились в узкий каменный туннель, в который широкоплечий Магнус едва протиснулся. Стояла почти полная темнота, иногда сверху проникали лучи лунного света, и Магнус радовался тому, что его другу хорошо знакомы ходы в стенах замка его отца. От туннеля в стороны расходились многочисленные боковые ответвления, но друзья сейчас направлялись вниз, по коридору, который некогда был частью канализационной системы Канарна. Герцог Эктор не пользовался темницей много лет, и коридор был покрыт слизью, грязью и зарос мхом.