Чтение онлайн

– Как думаете, полковник не подозревает об этом?

– Думаю, что нет. Всякий раз как полковник накричит на нее, она кладет бумагу на место. Потом "забывает". А у полковника задница - военная, терпит.

– Что еще известно про командира базы?

– Есть у него зазноба. Походно-полевая жена. Капитан Робинсон. Она -- пилот вертолета. Боевой вертолет. Про их шашни все знают. Нередко вылетают вдвоем, якобы на разведку, а сами на полянку или на бережок высаживаются, ну и это... Простите, святой отец.

– Ничего. Это нам надо знать. В том числе и про грехи прелюбодеяния врагов наших.

– Есть у них излюбленное место?

– Имеется. Километрах в пятидесяти отсюда. На берегу лесного озера. Там заимка. Полковник там любит из охотничьего ружья - у него старинный "Винчестер", говорят, что в мире их не более пяти, именно таких осталось, пострелять дичь.

– С собой, что ли привез?

– Нет. У кого-то из местных отобрал, когда оружие изымали. Он еще очень любит иконы коллекционировать наши - православные. У него весь кабинет увешан.

– Верующий такой?

– Не верующий он. Коллекционер. На Западе наши иконы больших денег стоят, вот его шакалы и рыскают везде, отбирают у прихожан. В церковь не лезут, но в соседних деревнях и селах сулили большие деньги, что если кто обворует храм, то деньги большие за иконы предлагали, а также всю церковную утварь готовы купить или украсть. Вон, у старухи в соседнем районе лампадку старинную утащили. Для них все, что закопченное и имеет вид старины - уже предмет для воровства.

– Понятно. Информации много, ее надо проанализировать, усвоить и понять, как можно для наших целей использовать. А сколько людей готовы выступить на нашей стороне?

– Мы тут прикидывали. Из нашей деревни мужиков двести пойдет железно. Еще человек пятьдесят сомневаются, думают. Что можно отсидеться. Да, и соседние населенные пункты также дадут. Люди готовы воевать. Поверьте. И когда мы узнали, что недалеко от нас вы колонну разбили, то у народа радость появилась. Вот и батюшка вчера молебен вчера служил в честь вашу.

То кто мы они знали. Телевизор смотрят.

– Ну, а как думаете. Есть среди ваших жителей те, кто американцам в рот смотрят?

– Может и есть, вернее были. Но после того как девочек они в школе убили, да, потом учительницу чуть не снасильничали, вряд ли. Все же друг друга знают, все у всех на виду. Поэтому, хоронили девочек всем миром. И когда отца святого чуть не увезли, то все горой встали. Хотели даже поубивать гадов. Да, оружия толкового нет у нас. Нам бы оружие...

– Думаю, что поможем вам с оружием. И сами тоже покупайте. Вон через того же капитана покупайте. Сначала пистолет, патроны, потом все это на пленочку снимите. А затем он сам будет вам даром отдавать. Потому что как надежды, что Москва нам поможет, у нас нет.

– А воевать-то будем?

– Обязательно будем. Мы уже начали. Нам поддержка народа нужна. Чтобы народ пошел воевать.

– Пойдем воевать.
– чуть ли не в голос все трое ответили.

И лица их горели решимостью, было видно, что все это не пустой звук, а люди давно уже все осознали, приняли решение. Да. Всем далеко за сорок лет, не мальчики. И видно, что и люди пойдут за ними.

Мы обговорили то, что коль они стали почти готовыми командирами, то и нужно собирать людей. А также, что мы или пришлем инструкторов или самих командиров вызовем и проведем занятия с ними. Обговорили способы связи. А также оказалось, что им удалось уже договорится более чем с полусотней деревень и небольших городов, что если начнется бесчинство в какой-нибудь деревне, то остальные придут на помощь. И система связи была налажена прекрасно. Условленные фразы по телефону. Вроде и ни о чем, но они много обозначают.

– Скажите, -- я обратился к священнику - а почему говорят, что вы служили в армии?

– Служил. Гвардии старшина. ВДОВ. Мы первыми в Афгани входили в январе 1980 года. Бог испытание дал - воевал.

– Награды есть?

– Есть Орден "Красной Звезды", Медаль "За Отвагу"

Ничего себе! Такие награды за просто так не дадут!

– А к Богу-то как пришли?

– А после того как в засаду попали, и от нашей роты остался взвод, под обстрелом лежал. У мертвых патроны отбирал, да, телами их от пуль вражеских прикрывался, вот тогда и первый раз помолился Богу, чтобы он помог мне, защиты, значит, попросил. Вот и выжил. Вот и уверовал. А после службы пошел поступать в семинарию. Когда в горкоме партии узнали, так скандал был. Воин- интернационалист и в попы подался. Хотели даже в сумасшедший дом определить на лечение, да, нашелся среди коммунистов добрый человек. Он воевал с немцами и понял меня. Видать не раз в бою был. И сказал, чтобы отстали от меня. Вот так и стал я священником. И, Слава Богу!
– он перекрестился на образа.

Мы с Иваном переглянулись. Пока он нам нравился.

Священник позвал жену. Она пришла с учительницей. И принесли нам в дорогу банку жаренных карасей. Берестяной туесок меда, мат сала, и прочей снеди в корзине. Отдельно выделялась бутылка самогона. Голодная и трезвая смерть в течение трех суток нам не грозила.

До машины нас проводили все кто были на встрече, когда усаживались в машину, поп перекрестил. Значит, благословил. И когда поехали, то увидели многих жителей. Они махали нам вслед. Старухи крестили нас.

– М-да. Интересная деревня. Интересные люди.
– я закурил, в доме священника не дымил, не то место.

– С почином. Надо расширять географию вербовочной работы. Но, если мы с тобой будем так объезжать, то жизни не хватит войско собрать.

– Значит нам нужны вербовщики. Займемся этим!

– Поехали!
– я начал рассматривать переведенные документы, которые нам достались из задницы американского полковника Джексона.

Конечно, было чувство брезгливости, но это были не оригиналы, а перевод. Четким каллиграфическим учительским почерком были выведены строчки. Я стал читать вслух. Одна голова хорошо, а полторы - лучше!

– Какие-то подсчеты, цифры, выкладки. Расписание на прошлую неделю. Посещение парикмахера, посещение дантиста. Вылет на разведку с капитаном "РФ". Понятно, снятие фронтовой усталости. Молодец полковник, отрывается по полной на войне. Синдром командировочного. Удивительно, отчего он целый гарем здесь не завел или с местной дамочкой роман не завел.

– Жаль. У меня знакомые есть врачи в центре антик-аспида, мы бы ему какую-нибудь пациентку бы нашли.

– Ну, ты и изверг! Мужик же все же!

– А после этого перестал бы быть мужиком. Свое хозяйство в узел бы завязал, да, лечился до самой смерти. Да, и позор бы был.

– Они там страшные все, наверное!

– Не, скажи, Николай Владимирович! Есть очень привлекательные дамочки.

– А СПИД-то где подцепили?

– Кто на маникюре, кто с мальчиком молоденьким переспала. А мальчик наркома ночку имел. Много путей.