Черный свет
Шрифт:
Серый человек не протянул Самсонову руку. Он вообще не шелохнулся, если не считать поворота головы.
– Три дня назад к нам обратились представители компании «Фармасьон Прайвит Энтерпразис» с просьбой, – заговорил он все тем же бесцветным голосом. – Дело в том, что кто-то запустил в компьютеры компании вирус. Злоумышленник обошел все препятствия самой современной защиты, и вирус поразил часть информации. Он действует как охотник: выбирает жертву и уничтожает.
– У меня два вопроса, – проговорил Самсонов, как только гость сделал паузу.
– Какие? – осведомился тот.
– Первый: какое отношение к вам имеет «Фармасьон Прайвит Энтерпразис»? Второй: какая именно информация пропала?
– «Фармасьон Прайвит Энтерпразис» выполняет для нас важные заказы. В том числе в настоящий момент. Мы непосредственно заинтересованы в защите данных компании.
Серый Валентин неожиданно встал и направился к стеллажу, на котором Башметов держал несколько любимых книг. Самсонов никогда не разглядывал корешки, а вот гость, похоже, обращал внимание буквально на все, что находилось в поле его зрения.
– Я вижу у вас здесь одну книгу, – проговорил он. – Вы позволите? – добавил он, обращаясь к Башметову.
Шеф неопределенно промычал. Валентин воспринял это как согласие и ловко взял книгу с полки.
– Как вы понимаете, род нашей деятельности таков, что мы постоянно балансируем на границе света и тьмы. Вернее, находимся в том месте, где они смешиваются, образуя серую… тень, – Валентин раскрыл книгу и пролистнул несколько страниц. – Я обожаю «Волшебную гору», – сказал он. – Слышали о таком романе? – вопрос был обращен к Самсонову.
– Томас Манн? – припомнил старший лейтенант.
Серый Валентин кивнул.
– Он самый. Мне книга очень нравится. Вот уже много лет… она поддерживает меня. Особенно я люблю вот это место, – Валентин ткнул пальцем в невидимые Самсонову строки. – «Мне хочется верить, что вы не имеете ничего против злости, поскольку, по моему мнению, она – сверкающее оружие разума, направленное против сил тьмы и хаоса», – Валентин поднял глаза на полицейского, словно ожидая от него реакции.
Самсонов промолчал, не зная, что сказать, и серый человек захлопнул книгу – как показалось Самсонову, несколько разочарованный.
– Ладно, – сказал он обыденным тоном. – Это все так, философствования. Не забивайте голову. – Он вернул «Волшебную гору» на место. – Теперь что касается исчезнувшей информации. Вся она относилась к исследованиям в области генетики. А вернее, евгеники, – Валентин подвигал тонкими губами, словно пробуя последнее слово на вкус.
– Звучит знакомо. Кажется, это одна из лженаук, – заметил Самсонов.
– Предвестник генной инженерии. Наука об улучшении природы человека. На самом деле никуда не делась, только перекочевала в подполье.
Самсонов понимающе кивнул.
Само собой: стремление сделать человека совершеннее неистребимо. Всегда найдутся энтузиасты, готовые заниматься этим, и те, кто станет платить за это. Помнится, фашисты в свое время отметились в этой сфере. Предлагали скрещивать «чистые» гены и отсеивать «неугодные», чтобы получить совершенное потомство.
– Что требуется от меня? – спросил Самсонов.
– Нам не удалось выяснить, откуда проник вирус, – ответил Валентин. – Не смогли мы и уничтожить его. Пока. Это говорит о том, что против «Фармасьон Прайвит Энтерпразис» действует профессионал высочайшего класса.
Было заметно, какого труда стоило серому человеку произнести эти слова.
Самсонов деликатно промолчал.
– Мы не знаем, зачем преступник уничтожает эти данные. Мотивы могут быть самые разные. От проплаченной диверсии до банальной демонстрации возможностей каким-нибудь хакером.
– Либо бывший сотрудник мстит… – начал было Самсонов, но Валентин остановил его решительным жестом.
– Эту версию мы проверили сразу. Уволенные тут ни при чем, уж поверьте.
– Как скажете.
– Вам разрешено искать убийцу. Говорите с сотрудниками, проверяйте алиби, в общем, делайте все, что необходимо. Мы не станем вам мешать. Но, – тут Валентин даже едва заметно повысил голос, – не пытайтесь узнать, чем занимается «Фармасьон Прайвит Энтерпразис»! Не лезьте в их секреты. Потому что это наши секреты. И о них вам знать не положено. Это ясно? – Валентин постарался задать вопрос как можно любезней.
– Предельно, – ответил Самсонов. – А что, если их убили именно из-за того, чем занимаются в «Фармасьон Прайвит Энтерпразис»?
– Тогда мы поможем друг другу.
– Вернее, мы вам.
Валентин пожал плечами.
– Такой порядок. Ничего не поделаешь. В любом случае все, что вам удастся выяснить по ходу расследования, является строго секретной информацией. Вам придется дать подписку о неразглашении. То, что потом понадобится обнародовать для передачи дела в суд, мы обговорим особо.
С этими словами Валентин ловко раскрыл свой портфель из мягкой свиной кожи и извлек несколько листков. Он положил их на стол Башметова со словами:
– Для вас тоже имеется экземпляр.
Самсонов видел, как набычился начальник.
– Все это в интересах национальной безопасности, – добавил Валентин.
На это возразить было, конечно, нечего.
– Мы подпишем, – сказал Башметов, глядя в упор на серого человека. – Я перешлю вам… экземпляры.
– Прекрасно! – Валентин защелкнул замки на портфеле и встал. – Тогда желаю удачи. Держите меня в курсе расследования.
Самсонов пожал холодную сухую ладонь, которую на этот раз ему протянул серый человек, и удивился неожиданной крепости рукопожатия.
Когда за Валентином закрылась дверь, Башметов разразился руганью.
Самсонов взял один из листков, пробежал глазами, затем сравнил с остальными. Это оказались подписки для всех работников «Серийного отдела» с уже проставленными фамилиями.
– Кстати, где все? – поинтересовался Самсонов, взглянув на шефа.
– Я позвонил им и предупредил, чтобы пришли попозже.
– По своей инициативе или по его? – старший лейтенант кивнул в сторону двери.
– По своей. Не хотел, чтобы парни видели, как нас тут строят.