Чтение онлайн

— Что это? Хочу еще! Где взял?

— Хватит, а то сгоришь, как головешка на ветру, — ярл аккуратно спрятал пузырек, — То там, то сям, говоришь? Давеча в городе кто-то камушек с алтаря Гунноры утащил, да так ловко — ни одно охранное заклятье не потревожено. Случайно не там?

Айне взглянула в смеющиеся глаза своего непонятного спасителя, по привычке хотела слукавить, но потом призадумалась. Да будь, что будет!

— Ну, понимаешь… в общем… так монашки над ним тряслись… меня за живое задело — я не я буду, если не смогу такую задачку решить. Ну, нашла способ, ну, исхитрилась — вряд ли кто на такое способен!

Ярл лишь задумчиво покивал головой, — Что такое профессиональная гордость, это я понимаю. Но! Знаешь ли ты, что если камень считается утерянным, то храм в этом месте закрывается навсегда?

— Правда? А как же люди без целительниц? Да нельзя ведь — такой большой город — и чтоб без покровительства Гунноры! М-да… предлагаешь вернуть?

— Не просто предлагаю… и вообще, в дальнейшем изволь без моего ведома подобными делами не заниматься.

Айне блеснула глазами.

— А как же навыки мои? И жить на что-то надо, и на хлеб надо. А хлебушек я предпочитаю с маслом… Или в твоем замке подвалы ломятся от золотых монет да камушков?

Ярл, казалось, потерял интерес к разговору и стал устраиваться поудобнее на ночь. Подбил повыше охапку сена (ОТКУДА?), пристроил под голову свою сумку, и, лишь укрывшись плащом, тихо пророкотал:

— Пальчики твои ловкие мы к полезному делу используем. Не возражаешь? Жалованье — для начала сотню монет в месяц, далее как себя поведешь, и чему научишься. А насчет замков моих — увидишь своими глазами. И подвалы тоже. И кладовые.

Зловредная девчонка дану никак не могла угомониться. То ворочалась, то о чем-то своем думала.

— А не боишься, что обчищу и улизну? Или надеешься, что догонишь и примерно накажешь?

— Послушай, Айне. Ты всерьез считаешь, что боги не создали ничего ценнее золота и драгоценных камней? А деньги — что, только средство оплаты, способ, но не цель. И потом… если я требую что-то от слуг или друзей, то помогаю им и сам. Правда, доверие это заслужить надо.

На этот раз молчание длилось долго. Айне смотрела на звезды, которые заглядывали в пещеру с пронзительно-чистого неба и думала о тех великих знаниях, которые ненароком обронили боги на эту землю, проносясь мимо по каким-то своим делам. О волшебных вещах, созданных в незапамятные времена неведомыми ныне мастерами и потому бесценных. О сильных мира сего и их незаметных, но могучих помощниках.

«А ведь такими словами не шутят. И просто так не произносят. Да даже один из тысячи вряд ли задумывается о таких делах, тем более чтобы что-то предпринимать. Ярл, похоже, как раз то, что надо — и при деньгах, и с магией обращается ловчее, чем я с отмычкой. Повезло мне, выходит? Везучая я, вся в маму! А то, что черный… будем считать, что не все они такие. Сто монет — это конечно, не ахти что. Хотя, если прикинуть и удачные времена и не очень, когда по лесам меня гоняли, как косулю, то где-то так оно и выходило. Как он сказал? Для начала сотню в месяц? Нравится мне это „для начала“, ох нравится. А что касается учиться полезным делам и потом эти умения применять — так это мы со всей душой, к такому народ дану силой тащить не надо».

С этими и подобными приятными мыслями Айне ворочалась недолго. Свернувшись калачиком под толстым до колючести пледом, она уснула наконец в вечер этого тяжелого и очень-очень важного дня.

Утро в пустыне наступает совсем не так, как в городе или в лесистых районах. Только что было темно и холодно, и лишь алая полоска там, вдали, на краю неба, предвещала восход солнца. В воздухе нет ни пыли, ни дыма, ни водяных паров, и поэтому утренней зари почти и не было — мгновенно была изгнана появившимся безжалостным светилом. Раз — и опять жар охватывает тебя со всех сторон, и лишь камни потрескивают, накаляясь для нового знойного дня.

Правда, справедливости ради, следует отметить, что Айне высунула нос из пещеры, когда только-только появился свет на востоке. Принюхавшись к холодному свежему воздуху, она обратила внимание на какие-то шипяще-посвистывающие звуки снаружи и бесшумной змейкой выскользнула полюбопытствовать о причине.

За склоном холма, давшего им приют на ночь, ярл упражнялся с двуручным мечом. Но как! Ничего подобного девушка не видела даже на соревнованиях мечников в имперском войске. Лезвие, шипя и постанывая, разрезало воздух в самых непонятных траекториях, причем следующий оборот не совпадал с предыдущим. К тому же, это не стоя на месте, а в каких-то полупрыжках-полувыпадах с поворотами в сторону и уходами, как будто воин отбивался от стаи орков, насевших на него со всех сторон. Айне с уважением посмотрела на это дело и потихоньку удалилась по своим утренним делам.

Завтрак состоял из остатков индюшки, пучка свежей зелени, хлеба и кувшинчика совсем легкого вина.

— Теферь в гоод? — поинтересовалась Айне с набитым ртом. — Камень ве-нуть?

— И за этим тоже, — ярл уже поел и теперь придирчиво повторял вчерашний осмотр, — Годна без ограничений.

— К чему? — неосмотрительно ляпнула пациентка и быстренько замолчала — зачем напрашиваться? К тому же подозрения насчет доброго нрава некромансеров снова зароились в ее прекрасной головке.

Дорога заняла примерно столько времени, сколько и предположила Айне по давешним впечатлениям. Обогнули какой-то бугор, причем набравшаяся сил путешественница нарочно залезла на вершину и оглянулась назад. Никакой скалы с пещерой, естественно, сзади не оказалось, зато впереди до дороги оказалось рукой подать. А невдалеке, не далее лиги, в полыхающее синевой небо вздымались стены и дворцы с таким трудом покинутого на днях Асмарала.

Ловкие пальчики достали из кожаного мешочка изумительной красоты голубоватый драгоценный камень более чем изрядных размеров.

— Ну что ж, вернуть так вернуть, — вздохнула незадачливая похитительница, последний, наверное, раз наслаждаясь ощущением Силы, текущей через большой редкости добычу. — Только я верну так же, как и взяла. Тайно.

— Древние Дороги наверняка перекрыты, тайные тропы есть только в лесу, да и те известны только нам, Дану. Выходит, есть еще способы скостить полсотни лиг и не вспотеть? — Айне рассуждала примерно таким образом, а сама бегом догоняла черную фигуру, поджидающую ее на обочине широкой дороги в тени привратной башни.

Торговля еще не полностью восстановилась после войны, да и народа полегло немало, а кто остался, редко мог похвастаться лишней монетой. Поэтому оживленная некогда дорога из пограничного Асмарала вглубь империи ныне была куда как пустыннее. На своем пути к караулке стражников у городских ворот Айне обогнула лишь пару мастеровых, десятку конных патрульных и небольшой караван из какого-то морского порта.

Живым вихрем пронесясь меж людей и животных, увернувшись и от сальных шуточек патруля и от камней, которые невесть зачем бросал в прохожих какой-то мальчишка, дану шелковым шнурком проскользнула сквозь череду каравана, мимоходом взвесила в руке кошель важного бородатого купца. С сожалением оставила деньги на месте, но аппетитный апельсин из корзины какой-то тетки, сидящей на задке телеги и с упоением распекавшей мальчишку, немедленно поменял хозяйку. Обогнув здоровенных работяг с какими-то свертками на плечах, одним плавным движением Айне перетекла к ярлу как раз в тот момент, когда он отдавал стражнику два полугроша за право пройти через двойные кованые ворота в город.

Нет вокруг Асмарала ни очень богатых угодий, ни больших залежей руд, ни бескрайних лесов. Не проходят через него и важные торговые пути, а в самом городе нет таких уж искусных мастеров или сильных магов. Но стережет он единственный проход через пустыню в страну орков. Вот почему всесильный Император держит здесь войска и самых опытных наместников да военачальников. Да и налоги тут вдвое ниже — чтоб народ тянулся и торговый люд ходил охотнее. Вот почему стены высотой и толщиной могут поспорить со столицей Полночной Империи, и всегда на них вдоволь зорких глаз и острых копий. Еще прадед нынешнего Императора повелел поставить здесь крепость, а затем и город. Лишь раз враги смогли прорваться внутрь, да и то — те немногие, кому это удалось, остались на каменных плитах моста, ведущего к цитадели. Как остров в бурю, так и Асмарал в войну стоял непокоренным среди орочьего вторжения. И выходили из него войска, и крепко били в тыл захватчикам, а потом ускользали под защиту исполинских стен и башен. На восток — пустыня, на запад — степь и Империя. Пока стоит город, не будет врагам вольного пути вглубь страны. Вот и живет Асмарал, как жемчужина, и цветут его сады, и блестят его дворцы, и радуют душу фонтаны.