Черный Ярл
Шрифт:
— Когда отряд ярла разносил подвалы жрецов, я до последнего мига был уверен, что некромант присвоит Глаз Сета себе.
— И я тоже, — негромко призналась королева, глядя куда-то сквозь подернутое зеленоватой дымкой стрельчатое окно.
— Правда, не скажу, чтоб огорчился своей ошибке. Так вот, матушка. Уже больше года прошло с тех пор, когда, как ты утверждаешь, этот черый маг взял себе наследство Яромора.
Женские глаза цвета сочной зелени полыхнули гневом. — Никогда! Никогда не смей произносить проклятого имени здесь! Или ты забыл, скольким нам пришлось пожертвовать, чтобы смести с лица земли его и его империю?
— Прости, — сын на миг обнял мать, — Прости. Я ничего не забыл. Ни тысяч наших братьев и сестер, ни десятилетий тяжких испытаний.
— Не забывайся больше, сын мой. — королева вновь выглядела мудрой и величественной красавицей. — Он это сделал, ибо иного способа уничтожить Книгу Заклинаний нет. А течение магического эфира стало намного чище. А после событий в Стигии так даже и мне дышится легче. Продолжай.
— Возможно. Но — с тех пор никаких подвижек и даже намеков. Либо мы где-то ошибаемся и этот хуманс все-таки сумел окончательно похоронить книгу иным способом, либо он держит свою силу в такой узде, что… — и Тирион развел руками.
— Что из этого следует? — спокойный тон правительницы эльфов говорил о том, что все эти думы давно уже передуманы.
Принц несколько мигов помедлил. — Надо спровоцировать его на нечто… чтобы он раскрылся.
— А зачем? Мы оба знаем, что каким бы хорошим не прикидывался некромант, рано или поздно черные уши вылезут.
Тирион кивнул, — Да, горькие уроки истории позволяют избежать многих ошибок. Однако, ты уже вынесла ему приговор, хотя этот хуманс еще ничего не сделал?
Королева прошлась по комнате, задумчиво ставя шаг.
— Не знаю. К тому же, пока я не вижу силы, чтобы привести в исполнение, как ты говоришь, приговор. Я имею в виду, без особых катаклизмов и жертв.
Эльф несколько раз качнулся с пяток на носки, словно пробуя новую обувь, а затем сообщил давно задуманную идею, — В любом случае надо присмотреться поплотнее и к этому Черному Ярлу, и к его окружению. Эта… Жюстина Йоргенсен, — с трудом выговорил Тирион, — набирает отряд боевиков.
— И — под какой личиной ты собираешься там обосноваться? — мгновенно догадалась мать.
— Правда, сказанная в нужное время и в нужном месте — это надежное оружие.
На лице королевы, исполненном холодной красоты, появилась слабая улыбка.
— Ты быстро взрослеешь, мальчик мой.
— Спасибо, мама. — принц чуть поклонился. — Так вот. Не самый старший сын, надежд на что-либо никаких. Скука, так может, в чужих краях… И так далее.
— Да. У хумансов это уважительная и достойная причина. Правда, возможен и другой, более многообещающий путь. Вывести из игры эту выскочку Айне и попасть в окружение самого некроманта.
— Полегче на поворотах, матушка. За смерть этой «леди Айне» некромант отомстит так, что боги с небес разбегутся. Ты ведь помнишь — у людей горячее сердце.
На несколько мигов глаза королевы затуманились, и ее прекрасный облик чуть оттаял.
— Ты опять прав, сын мой. Я… помню.
— К тому же, этот черный маг очень, очень силен.
— Да, он сумел пройти через Танцующее пламя. Хотя он и не осознает свою силу даже на четверть.
— Не знаю, не знаю, матушка. Элинор, которая преподает целительство в этом их Университете, утверждает, что он блестящий теоретик и практик магии.
— Ах да, портал. Насколько это близко к Истинному Знанию?
— Трудно сказать, — пожал плечами Тирион. — Хумансовские маги берегут свои Книги Заклинаний. А чужому заглядывать в них бесполезно.
Королева задумалась. Рассеянным взглядом проводила иволгу, впорхнувшую в окно в поисках мошек. Поправила без нужды складки платья.
— Да, может оказаться, что все наши трепыхания бесполезны. К тому же Дева Полей сказала…
— Что она изволила сообщить, матушка?
— У него странный дар привораживать к себе людей. Я имею в виду — безо всяких заклинаний или талисманов. Дружба, уважение или как там у них это называется.
— У грязных хумансов? Это невозможно!
Королева Эльфов вздохнула. — Когда речь идет о хумансах, трудно сказать, что возможно, а что нет. Они слишком… вариативны и непредсказуемы. Представляешь, когда Дева Полей с сестрой, Лесной Девой, перехватили некроманта на Тропе…
— Еще одна странность, — быстро вставил жадно внимающий Тирион.
— Да-да. Так вот. Его подружка из рода дану, Аэлирне, вступилась за него и готова была сражаться на его стороне ПРОТИВ дев.
Тень набежала на лицо принца, — Предатели бывают всегда.
— Дело в том, что она НЕ предательница. Лично я гордилась бы такой дочерью, как Аэлирне. Поэтому я потихоньку внедряю в головы народа дану идею избрать Бриарвуд своей родиной и предложить этой волшебнице корону.
Невероятно трудно увидеть удивленного до ошеломления эльфа, но мать на пару мигов видела сына именно таким.
— Так… — Тирион медленно пришел в себя. — Так ты не осуждаешь ее?
— Не осуждаю. — взгляд королевы чуть потеплел. — Правда, и не понимаю. Как бы он ни был хорош сегодня, но он черный маг. А это не профессия, а призвание. Стиль жизни. Мировоззрение. И то, что это ее не отталкивает, наводит меня на недоумение.
— А ее дочь?
— Та еще молода. Не смогла сделать выбор. Кстати, во всех местах, где он бывает, о нем отзываются более, чем хорошо.
— Да что же это за некромант такой?
— Ты прав, мальчик мой. Прежде, чем что-либо предпринимать, надо поближе на него взглянуть.
— Так пригласи его и поговори. А то у меня уже голова кругом идет.
Королева несколько мигов обдумывала. — Блестящий ход, сын мой. Просто беспроигрышный.
Ярл осмотрел свою работу еще раз. Затем привычно потянулся за трубкой, набил ее и откинулся на спинку своего любимого кресла-качалки. Перед ним в комнате раскинулся обьемный алый чертеж с диаграммами, формулами и пометками. Линии ощутимо дрожали от внутреннего напряжения.
— Ну еще бы, даже ежу понятно, что слишком уж приблизительно все это, — задумчиво пробормотал он и потянулся за «Справочником Мастера Огня». Мышцы, натруженные во вчерашнем состязании с Императором, протестующе заныли.
— Он у меня, — отозвалась Айне с другой стороны конструкции, где терпеливо что-то подбирала в узле сопряжения потоков.
В распахнутое настежь окно забрел легкий зябкий ветерок. На широкой мягкой тахте заворочалась Аэлирне, которая сладко дремала все это время. Ярл бросил в ту сторону неожиданно потеплевший взгляд и осторожно укрыл женщину мохнатым пледом.