Чтение онлайн

– Достаточно, – торопливо отступила на шаг, когда поняла, что его пальцы добрались до пуговок на том месте, на которое я обычно виртуозно нахожу приключения. – Спасибо. Спокойной ночи.

– Как скажешь, – пожал плечами. – Если что, моя комната напротив.

– Никаких «если что» не будет! – возмутилась тут же. – Ты за кого меня принимаешь, демон?! У нас договорной брак, до дня Урожая и все! Потом каждый получит желаемое, и мы разойдемся в разные стороны!

В сумраке огнем полыхнули глаза демона.

– Ты не так поняла. Я имел в виду, если что-то случится, моя комната напротив. И только!

Янур резко развернулся на каблуках и быстро вышел из комнаты. Помедлив, я подошла к двери и закрыла ее на засов. Все завтра, сейчас – спать!

***

Как же хорошо, когда утром тебя никто не будит! Каринда не топает, как хорошо откормленный слоник, по коридору, служанки не выбивают во дворе ковры под громкие покрикивания жены моего отца, а сам он не стреляет по тарелочкам – любимое занятие с утра!

Я потянулась так, что все мышцы натянулись до сладкой боли, от души зевнула и открыла глаза. И вспомнила, что теперь являюсь леди Редроуз. На меня глянула комната в персиковых тонах. Обои с лебедями, немного необходимой мебели, резной туалетный столик.

Встала с кровати, подошла к нему и провела рукой по холодной столешнице орехового цвета. Потом вгляделась в зеркало, обрамленное тонко вырезанными завитушками – такими воздушными на вид, что я даже прикоснулась к ним пальцем, чтобы удостовериться – это тоже дерево.

Отражение глянуло на меня растрепанной девицей, на носу которой навыскакивали конопушки. Опять! Я скорчила недовольную рожицу. Стоит подольше побыть на солнце и на лице начинают безобразничать веснушки! Хорошо, что рядом сестрицы нет, а то ведь непременно бы отметила, ехидна этакая, что мне на лицо тараканы накакали. Любит повторять эту дразнилку из детства, пакостница.

Я подошла к окну и раздернула шторы. В комнату тут же ордой хулиганистых солнечных зайчиков хлынул свет. Раннее утро боязливо заливало поместье розовым, неокрепшим еще светом. Я с удовольствием подставила лицо солнцу. Плевать на веснушки, это же так приятно!

Отступив на шаг, заметила, что комната наполнилась янтарным светом. Снопы солнечных лучей, казалось, можно было перебирать, как струны арфы. В замке Стаффордов у меня была северная спальня – понятно, кто постарался. А здесь такая красота с утра! Даже жалко будет расставаться – после дня Урожая.

Я выглянула в коридор и обнаружила там свои чемоданы. А заодно кувшин с водой и небольшой тазик. Быстро привела себя в порядок, надела красивое домашнее платье – светло-сиреневое, надо произвести хорошее впечатление, встречают ведь по одежке.

Сунула ноги в модные туфельки, прическу соорудила затейливую, сережки вдела в уши и, покрутившись перед зеркалом, отправилась знакомиться с новым местом и его жильцами.

Под недовольное поскрипывание половиц я прошла по коридору, наполненному ароматом свежеиспеченного хлеба, который заставил меня ощутить зверский голод. Ускорив шаг, дошла до лестницы и услышала голоса.

– …это всего лишь избалованная девица, которая проживет с нами до дня Урожая, – сквозь тон Янура сквозило неприкрытое презрение. – Нужно только немного потерпеть.

– А ежели она это, – вплелся в разговор голос старика, – шухерить нас тут начнет, титька тараканья? На правах хозяйки дома?

– Как начнет, так и закончит. Я ухожу, занимайтесь своими делами, как обычно.

Услышав звук шагов, я отступила назад. По холлу первого этажа прошагал Янур, хлопнула дверь, потом раздался удаляющийся топот копыт – коня или этого черта, интересно? Избалованная девица, значит? Ничего, ты у меня дождешься, муженек! Ладно, шуточки побоку. Я прислушалась.

– Не нраааааавтится мне это все, – протянул все тот же старческий голос. – И чего Стаффорд удумал? Не зря ж его Хитрозадым в народе кличут! Не стал бы он нам свою бастардовку подсовывать без какой-то своей выгоды, не стааааал бы!

– Уймись, дед, – одернул его властный женский голос. – Главное, по миру не пойдем от таких налогов, как этот лорд бессовестный заломил, и то уже хорошо. А девицу потерпим, не велика беда.

– Дело говоришь, Соломеюшка, делооооо. Но чую, устроит нам эта титька тараканья, устроит! В роду-то ведь, слыхала, ведьмы у нее, а волосы как огонь самой преисподней! А сундуков навезла, немерено! Поди, ща явится расфуфыренная да нарумяненная! Будет нам нос утирать своими нарядами, из столиц навезенными!

– Увидим. Иди мелкую буди, каша уж готова.

Бамбошки сороконожки! Экие они тут гостеприимные, как я погляжу! И не видали еще меня, а уже помоями облили с макушки до пят. Но сама тоже хороша, расфуфырилась, как павлин, впечатление производить собралась. Кому тут, в провинции, мои наряды, туфли да украшения сдались?

Я покачала головой. Выходит, зря лучшее домашнее платье надела. Бурча себе под нос, вернулась в спальню и переоделась во что попроще. Серое платье без декольте как раз пришлось кстати. Из всех украшений лишь кружевной воротничок у него, малюсенький, только с лупой и разглядишь.

Ну, теперь не подумают, что я им богатством глаза колю. Покрутилась перед зеркалом. Сменила туфельки на каблучке на простые тапочки с плоской подошвой, даже серьги из ушей вынула. Башню на голове уничтожила, перевязала волосы простой лентой. Ну, попытка номер два!

На этот раз на первом этаже никого не оказалось.

– Ешь, кому сказала! Привереда какая нашлась! – тот же женский голос вошел в мозг раскаленным гвоздем. – Пока все не сожрешь, из-за стола не выйдешь!

Перед моими глазами тут же встала картинка из детства: я сижу за столом в доме кормилицы в деревне, куда меня отдала мать, после расставания с отцом решившая устраивать личную жизнь. В доме из светло-серого булыжника было не так уж и плохо, но вот характер «воспитательницы» оставлял желать лучшего.

Раздражительная, она вспыхивала мгновенно, и, скорая на расправу, нередко поднимала на меня свою тяжелую руку. А я ангелочком не являлась никогда и потому часто становилась камнем преткновением для ее гнева.