Чертова дюжина
Шрифт:
– Вот здорово, – прошептала она, свернула бумагу трубочкой, завязала ниткой и с сожалением подумала, что теперь каникулы. Будь сейчас учебное время, Саша непременно рассказала бы всему классу о том, что Костя сочиняет Динке стихи, и уж разыграли бы они и поэта и именинницу.
Саша догнала ребят, подала Дине сверток и сказала насмешливо:
– Маша-растеряша!
Дина вспыхнула, взглянула на Сашу, и по тому, как та сразу же посмотрела на Костю, ей показалось, что она читала стихи. Костя все это видел. Он нахмурился и вскоре, улучив удобный момент, схватил Сашу за длинные косы и со злостью в голосе крикнул:
– Но, чалка длиннохвостая!
Он дернул так больно, что Саша закинула кверху голову и на ее глаза навернулись слезы.
– У, Пушкин! – сердито сказала она.
Теперь Костя окончательно убедился, что Саша читала его стихи.
Они шли через пустырь. В стороне зияла ровная четырехугольная яма. Здесь еще в давние времена был приготовлен фундамент, очевидно предназначенный для дома с подвальным этажом. Яма глубиной около двух метров, была завалена большими камнями и поросла высокой густой травой.
Впереди шли Дина и Ната. Когда они были вместе, то Дина казалась особенно высокой и хрупкой, а Ната здоровой и коренастой. Несмотря на торжественный день – именины лучшей подруги, – Ната была одета небрежно. Пояс коричневого платья придерживала большая английская булавка. На спине из четырех пуговиц две отсутствовали.
Девочки подошли к краю фундамента. Саша с Варей шли шагах в десяти, оживленно перешептываясь. Мальчики скрылись под яром.
– Спрячемся! – шепнула Ната, указывая на яму.
Дина быстро оглянулась, убедилась, что ее и Нату подруги не замечают, присела и, посмеиваясь, осторожно спрыгнула вниз. Ната последовала за ней.
Они забились в угол, прислушиваясь к шагам и разговорам наверху.
– А где же девчата? – услышали они удивленный голос Вари. – Неужели к реке спустились?
Послышался дружный топот ног, должно быть, девочки побежали.
Дина с Натой переглянулись и засмеялись. Они продолжали сидеть на корточках в углу ямы и разговаривали шепотом.
– Динка-а-а!
– Нат-ка-а-а! – доносилось издали.
Их искали. Хотелось спрятаться подальше. Дина изо всех сил прижималась спиной к холодному камню, словно от этого она становилась менее заметной. Неожиданно на плечи ей посыпалась земля. «Подкрались, увидели», – подумала она, осторожно приподнимая кверху голову. Но наверху никого не было.
Земля осыпалась между ровными четырехугольными камнями, к которым прижималась Дина. Она повернулась и заметила, что камень, около которого она стояла, отличался от других камней – гладкий и темный, он скорее походил на плиту. Она наклонилась, взяла щепку и ткнула ею между камней. Щепка без усилий вошла туда.
Земля посыпалась опять, и между камней образовалась дыра. Дина просунула туда руку и громко сказала:
– Там пусто!
– Тише ты! – зашептала Ната. – Они же тут.
Но Дину теперь больше всего на свете занимала дыра между камней.
– А что, если там клад?! – серьезно сказала она. – Ну-ка, попробуем сдвинуть камень!
– Смотри! Да он совсем плоский, – нащупывая пальцами плиту, громко удивилась Ната.
Они обе просунули пальцы в щель, схватились за край плиты, изо всех сил потянули ее и чуть не свалились – так легко подалась она вперед и упала. Девочки отскочили и со страхом смотрели то на черное отверстие, зияющее в фундаменте, то друг на друга.
– Что же это такое? – наконец сказала Ната, приближаясь к отверстию. – Там ступеньки, Дина. Что же это – погреб?
Дина подошла, заглянула. Свет падал на две каменные ступеньки – дальше ничего не было видно.
– Нет, это не погреб, – в раздумье сказала она. – Разве бывает погреб под домом? А ведь тут должен был быть дом. Что же это такое? Темница? Подземный ход? Кто же начинал строить этот дом?
– Давай позовем ребят, – предложила Ната.
Они стали кричать.
Первый отозвался Костя:
– А, вот они где!
– Костя, зови скорее всех! Тут что-то страшное, интересное! Смотри – подземный ход! – кричала Дина, заглядывая в темное отверстие, но не решаясь туда войти.
Костя, не раздумывая, прыгнул в яму, за ним прыгнул Витя Беленький.
Костя с Витей внимательно осмотрели ход.
Спуститься вниз по каменным ступенькам оказалось невозможно без света, а спичек ни у кого не было.
– Я сбегаю за электрическим фонариком, – предложила Дина.
С помощью ребят она выкарабкалась из ямы и что было сил помчалась домой.
Около дома Дина встретила Куренкова. Худой, высокий, он шагал как-то отлично от всех, сутуля широкие плечи, приподняв голову, выставив вперед подбородок. В сером костюме, с седыми непокрытыми волосами, Дине казалось, он походил на американца.
– Куда это, Динушка, такими темпами? – спросил он и, как обычно при виде Дины, улыбнулся широкой отцовской улыбкой.
– Игорь Андреевич! – сказала Дина, останавливаясь и тяжело дыша. – Мы нашли подземный ход! Знаете, там, в фундаменте недостроенного дома.
И Дина торопливо рассказала Куренкову свое открытие.
Удивила она его своим рассказом или нет, Дина не знала. Красивое лицо Куренкова всегда было однообразно-спокойно, и никакие переживания не отражались на нем. Таким же спокойным оно было и теперь. Ни удивления, ни любопытства, ни сомнения не появилось на нем. И Дину это огорчило. Но когда Куренков изъявил желание посмотреть подземный ход, она обрадовалась и представила себе, как будут довольны ребята, что она приведет главного инженера военного завода посмотреть на их открытие.
У Куренкова были с собой спички, и Дина не пошла домой за фонариком. Они повернули и быстро направились к реке.
С зажженной спичкой Куренков первым спустился вниз по каменным ступенькам в темноту неизвестного отверстия. Он шел медленно, согнувшись почти вдвое. За ним, также согнувшись, шла Дина, остальным ребятам свод подземного коридора не мешал идти почти не сгибаясь.
Впереди чуть мелькал свет от спички Куренкова, пахло сыростью, землей… Было душно и тревожно.
– Вот и конец, – громко сказал Игорь Андреевич. – Кто-то, видно, затевал подземный ход, да пороху не хватило, оставлено на половине. Поворачивайте, ребята!