Чёртово колесо
Шрифт:
Макс замечает тень за своей спиной. Это Эрих. В призрачном свете уличных фонарей лицо его кажется неестественно плоским, как блеклая карнавальная маска. Навстречу ему, с таким же неестественно безжизненным лицом, идет Лиз. У нее неуверенная походка, словно асфальт под ней стал зыбким. Встреча кажется неизбежной... Но Лиз проходит мимо, а Эрих остается стоять, глядя невидящими глазами в черное беззвездное небо. Макс подходит ближе и понимает, что Эрих мертв, и мертв очень давно. Именно поэтому его лицо напоминает маску - лицо мумии.
Вдруг один из манекенов в витрине подмигивает Максу:
– Это же надо было умудриться быть таким дураком?
– говорит манекен голосом Виктора.
Макс хочет ответить, но не успевает: огромная крылатая тень врезается в стекло витрины. Виктор взвизгивает и убегает. Крылатая тень слабо бьется на хрустальном ковре, пачкая осколки кровью.
– Ведь я летел, правда? Ведь летел? Я долго летел. Я бы еще мог долго летать... Просто крыло подвернулось...
– хрипит Дитрих.
– Теперь подохнет, - говорит Прайс с холодным равнодушием взирая на истекающего кровью Дитриха.
– Выживет, - неуверенно возражает Макс.
– Они, писатели - живучие. А впрочем...
Мимо проходит Каролайн.
– А эта до сих пор жива... Странно, - Прайс провожает Каролайн задумчивым взглядом и поправляет на плече автомат.
– У нее тринадцатый номер, - говорит бесшумно возникший из мрака Харди и вопросительно смотрит на Макса.
– СОРОК ДЕВЯТЫЙ, - спокойно отвечает Макс на немой вопрос.
– Прекрасно!
– кивает Харди, и легко подпрыгнув, взмывает в ночное небо, спокойно и уверенно работая огромными крыльями.
Автоматная очередь разбивает тишину на множество несуразных осколков.
– Напрасно, вы так, - укоризненно говорит Прайсу Макс, глядя как медленно заваливаясь на левое крыло начинает падать Харди.
– Для него так будет лучше, - спокойно говорит Прайс, любовно поглаживая ствол автомата.
"Игра в ОДИНОЧЕСТВО. Бег по заколдованному кругу. Бег до изнеможения До смерти. ОДИНОЧЕСТВО!" - Макс тяжело разбегается и неуклюже взмахнув пару раз крыльями, совершенно вялыми и атрофировавшимися, неожиданно для самого себя начинает подниматься. Рядом иронически ухмыляясь летит Прайс.
– А теперь профессор, делайте как я!
– яростно выкрикивает Прайс и сложив крылья камнем падает на булыжную мостовую. Под ним появляется огромное ЧЕРНОЕ пятно. Пятно начинает медленно расползаться, захватывая все больше и больше пространства вокруг. И когда пятно становится уже совершенно беззастенчиво бесстыжим и всеобъемлющим, Макс складывает крылья...
И подступает мрак. ЧЕРНОЕ.
– ЧЕРНОЕ!
– объявляет Харди.
Дитрих вздрагивает ("Какая нелепая ИГРА!"), а Виктор с досадой констатирует:
– Вам везет, Прайс.
– Как обычно, - откликается Прайс, и в голосе его сквозит скука.
А шарик все катится...