Чтение онлайн

– Восемь семнадцать, – торжественно объявил один из адвокатов, сверившись с Диниными часами.

Двое других склонились над ними и подтвердили заявление коллеги.

– Слава тебе Господи! – облегченно вздохнул Карл Хайнц.

Доктор Ландау передал ребенка Зандре.

– Кажется, он не дышит, – испуганно начала Кензи.

– Сейчас. – Доктор слегка похлопал младенца по спине, но это не произвело никакого эффекта.

Тогда он быстро перевернул младенца и начал вдувать ему воздух через рот и ноздри.

Раздался крик, совсем слабый, скорее даже не крик, а писк, и все же...

Ребенок жив! И дышит!

– Смотрите! – радостно захлопала в ладоши Дина. – Это мальчик. Эй, Зандра у тебя сын! Сын!

– Правда? – едва слышно прошептала Зандра, глядя на мужа.

– Сейчас сама увидишь, – широко улыбнулся Карл Хайнц.

– Ножницы! – распорядился доктор Ландау.

– По-моему, в моем армейском ноже найдутся. – Карл Хайнц полез в карман брюк.

– Если у кого есть зажигалка – прокалите их.

Специалист по разводам извлек золотую зажигалку и передал ее Карлу Хайнцу. Тот поспешно подставил лезвие под огонь.

Доктор умело перерезал пуповину и крепко связал концы.

– Чистые носовые платки!

Команда была немедленно выполнена, и доктор Ландау насухо вытер тельце ребенка. Тот возмущенно пискнул и принялся сжимать и разжимать крохотные кулачки.

– Надо непременно поместить его в тепло, – сказал доктор Ландау. – Может, это только кажется, но, по-моему, здесь слишком холодно. Ну вот и все. – Он бережно передал младенца Зандре.

– Боже, какой же он крохотный и слабый! – воскликнула она. – И совсем легкий – пушинка. – Она испуганно посмотрела на доктора Ландау. – Весит не больше трех-четырех фунтов.

– Знаю. Закутайте его покрепче, только смотрите не задушите. Ему нужно как можно больше кислорода. Легкие еще не разработаны.

Зандра послушно кивнула.

– И если не хотите потерять ребенка, надо как можно быстрее попасть в больницу.

В этот момент открылся люк вентиляционной трубы, и в образовавшемся отверстии появилась голова Чарли. Прижимая палец к губам, он улыбался во весь рот.

Кензи растерянно переводила взгляд с ребенка на Чарли и обратно. Она никак не могла взять в толк, что происходит. Слишком много для одного дня.

И тут ее охватил восторг, какого никогда прежде ей испытывать не доводилось.

– Все будет нормально, – заверила она Зандру. – Видишь, мой Чарли уже здесь и вызывает подмогу. А теперь давай успокоимся и будем вести себя смирно. А вы, мужчины, помогите Чарли спуститься на пол. Мне вовсе не хочется, чтобы мой герой сломал себе шею.

В вестибюле ожил «уоки-токи». Начальник полиции расцвел, как майская роза, и подмигнул фэбээровцу.

– Это и есть твой человек?

– Он самый. Внимание!

Участники группы захвата вскочили на ноги.

– Слушать меня! – И он кратко передал сообщение Чарли. – Вопросы?

Таковых не последовало.

– Тогда вперед!

Тяжело топая сапогами, все бросились вверх по лестнице в сторону вентиляционного люка.

Время на складе тянулось мучительно медленно. Ожидание вызволения сделалось для присутствующих самым долгим и самым трудным в их жизни.

В зале же продолжался смертельный аукцион. Намечавшийся было бунт был подавлен, и лоты со второго по одиннадцатый прошли по замыслу бандитов. Сильные мира сего и богачи, охваченные страхом, в состоянии полной беспомощности, названивали по телефонам, организуя выкуп.

Никто не захотел разделить участь Милдред Дэвис.

Объявили лот номер двенадцать.

На складе время уже не тянулось, оно, казалось, остановилось совсем.

Кензи с Чарли нашли местечко за сложенными в штабели картинами и уселись на пол.

– Слушай, с каких это пор ты заделался таким героем? – восхищенно спросила Кензи. – Ведь так не долго и с жизнью проститься!

– Не так громко, – прошептал Чарли, поднимая пистолет. Коп – всегда коп, и он, перед тем как уединиться с Кензи, бегло осмотрел помещение. – А то глядишь, кто-нибудь из этих негодяев решит сунуть сюда нос.

– По-моему, я задала вопрос, – заметила Кензи.

– Если хочешь знать, то у меня в этом деле, помимо всего прочего, и личный интерес, – сказал Чарли.

– Да ну? – Кензи с любопытством приподняла брови. – И что же это за интерес?

– А ты как думаешь, бессердечная, безнравственная двоемужица?

– Вот это да, Чарлз Габриэль Ферраро! – хрипло проговорила Кензи, не отводя от него влюбленных глаз. – Насколько я понимаю, это у тебя такая манера объясняться в любви?

– Вполне вероятно. – Чарли по-прежнему сжимал пистолет в руке, направив дуло на потолок.

– А ведь подумать только, как я тебя мучила все это время! И все из-за характера – никак не могла решиться.

– То есть сейчас наконец решилась? – сощурился Чарли.

– Похоже на то.

– И каков же приговор?

Кензи твердо выдержала его взгляд.

– Для начала надо выбраться из этой передряги живыми.

– Это у тебя такая манера говорить «да»?

– Вполне вероятно.

– Все еще боишься сказать последнее слово? – раздраженно буркнул он. – Так, что ли?

– Не боюсь, – покачала головой Кензи. – Ты мой главный герой.

– Это еще как прикажешь понимать?

– Ты что, в кино ни разу не был? В конце герою всегда достается награда.

– Какое же терпение требуется, чтобы ее получить, – усмехнулся Чарли.

Интуиция подсказывала Дине, что запасы везения истощились – следует поторопиться.

– Ручки у вас, наверное, найдутся, джентльмены, – обратилась она к адвокатам, – а вот с бумагой плохо. Но ведь для того, чтобы свидетельство имело юридическую силу, его не обязательно фиксировать на бумаге?

– Если документ составлен и заверен должным образом, – подтвердил специалист по разводам, – писать можно на чем угодно.