Чтение онлайн

Я сжал кулаки, меня захлестнула волна гнева и разочарования.

– Ты не останавливаешься на одном. Твои поручения не прекращаются. Но я должен был подвести черту. С тем же успехом я мог пойти работать в эскорт.

Он наклонился вперед, сверкнув глазами.

– Чертов говнюк…

– Я уже не школьник, который только и ждет, как бы выполнить твои чертовы поручения по чертовому щелчку пальцев. У меня есть жизнь.

– Жизнь? – он озлобленно рассмеялся. – И что это за жизнь, собственно? Катаешься на коньках? Это не жизнь, Линкольн. Это называется пустой тратой времени.

Я ощетинился от его слов, ощутив прилив сил на оборону.

– Не то чтобы это должно быть для тебя новостью, ведь мы это уже обсуждали, но хоккей – не пустая трата времени. Это моя страсть, моя карьера. Я зарабатываю миллионы без твоего вмешательства.

Мой отец презрительно фыркнул.

– Страсть? Карьера? Ты всего лишь прославленная мартышка, пляшущая на потеху публике.

Кровь вскипела от его оскорблений.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, – прорычал я.

– Твой брат был всем. Он был рожден, чтобы возглавить эту компанию. И из-за тебя его больше нет. Выстроенное мной будущее исчезло. И если ты думаешь, что я позволю такому нытику, запасному варианту, разрушить, мать твою, что-то еще, то ты, черт тебя дери, выжил из ума. Ты пойдешь на свидание с этой девицей. И трахнешь ее. Тогда ее отец согласится с нужными мне условиями контракта. Так все и будет.

Я наклонился вперед, пытаясь не обращать внимания на то, как его слова кромсали мою долбаную душу. Убедился, что не отрываю от него взгляда, и сказал:

– Это ты, черт тебя дери, выжил из ума.

Он откинулся на спинку стула, его глаза сверкали от злобы.

– Парень. Ты принадлежишь мне, и я легко могу тебя уничтожить.

Я вскочил с дивана, от его слов по коже пробежал мороз. В наших взаимоотношениях с отцом он и в самом деле обладал абсолютной властью. Черт возьми, да его воле подчинялась половина этой долбаной страны. И дня не проходило без того, чтобы я не чувствовал, что в его присутствии словно хожу по минному полю.

Но не сегодня. На сегодня с меня было достаточно.

– С меня хватит, – твердо сказал я. – Я ухожу.

Отец выпучил глаза от удивления.

– Что? Ты, мать твою, отсюда не уйдешь.

Мои глаза вспыхнули.

– А ты смотри.

Я неторопливо вышел из кабинета с высоко поднятой головой и как только проехал на лифте сорок гребаных этажей, прошел через шикарный вестибюль и вышел на улицу… Я добрался до ближайшего мусорного ведра и выблевал в него все содержимое желудка.

Когда в подобных разговорах отец упоминал Тайлера, он разрушал меня. Я делал один судорожный вдох за другим, пока мои внутренности пытались прийти в норму.

Вдруг зажужжал телефон, и я попытался достать его из кармана.

«Надеюсь, у тебя хороший день», – написала Монро.

Тошнота и страх сразу же прошли. Она была такой чертовски милой. Я должен пойти к ее дому, мне необходимо увидеть ее хотя бы мельком.

Едва взглянув на нее, я понимал, что все будет хорошо.

Зазвонил мобильный, и я вздрогнула, увидев имя на экране.

– Монро, дорогая, – промурлыкала моя начальница.

Черт, я уже знала, по какому поводу она звонит. Кларис была главой кейтеринговой компании, в которой я работала, и единственный раз, когда она соизволила со мной заговорить, был тогда, когда ей требовались сотрудники. А на этой неделе у меня не осталось свободных вечеров.

– Здравствуйте, Кларис, вы чего-то хотели? – спросила я, стараясь говорить профессионально.

– Мне просто нужно от тебя одно маленькое одолжение, дорогая…

– И какое?

– Нас наняли в последнюю минуту, чтобы мы обслуживали какую-то крутую вечеринку в центре города. Судя по всему, у другой компании не было подходящих веганских блюд, так что, понимаешь, это одна из тех самых вечеринок. Для работы потребуется вдвое больше персонала, чем обычно, а у меня недобор. Можешь помочь? – прозвучало как вопрос, но я достаточно хорошо знала Кларис, чтобы расслышать предостережение в ее голосе. Если я не скажу «да», то могу не возвращаться.

– Конечно. Могу быть в центре через час, – ответила я, хотя чувствовала, что от усталости готова разрыдаться.

– Постарайся, пожалуйста, быть через сорок минут, – отрезала она и назвала адрес так, будто делала мне одолжение.

Кларис повесила трубку, не попрощавшись. Я вздохнула, спрыгнув с кровати, и ощутила, как на плечи рухнула тяжесть прошедшего дня.

Ну, погнали…

Я добралась до центра через сорок минут, потратив драгоценные сбережения на такси, поскольку автобусов, которые могли бы доставить меня на место вовремя, не существовало.

Поднявшись в кухню отеля по лестнице черного входа, я очутилась в знакомой обстановке: вокруг кипела бурная деятельность, отовсюду раздавались крики поваров и звон сковородок. Кухни на разных мероприятиях отличались, но в воздухе всегда витал аппетитный аромат жареного мяса, смешанного с запахами свежей зелени и специй. Невзирая на хаос, в подобном безумии всегда присутствовал порядок: все шеф-повара компании идеально синхронизировались и создавали кулинарные шедевры, сводившие гостей с ума. Симфония кулинарного таланта и безупречно поставленный танец кастрюль и сковородок завораживали.

По крайней мере, могли бы завораживать, если бы я не наблюдала подобную картину миллион раз.

Я улыбнулась, когда увидела, что Калеба тоже пригласили. Из всей команды он нравился мне больше всех. Калеб постоянно со всеми флиртовал, но ему каким-то образом удавалось не ставить людей в неудобное положение. С таким как он я бы на самом деле могла подружиться, а может, и встречаться, если бы позволила себе пойти на такой шаг. Однако, посмотрев на него сейчас, я осознала, что он уже не казался мне таким привлекательным, как прежде. Всему виной дурацкий пресс Линкольна.

– Она и тебя притащила сюда? – спросил Калеб, изучив меня с ног до головы.

– Не хочу это обсуждать, – простонала я раздраженно.

Парень кивнул.

– Не могу сказать, что сильно злюсь, – пробормотал он и подмигнул мне.

Мы повязали фиолетовые фартуки для кейтеринга поверх тесных белых рубашек и подготовили подносы.

– Черт, должно быть, вечеринка что надо. Здесь крабовые котлеты с чесночной корочкой, – Калеб одобрительно присвистнул.

Я кивнула, хотя меня мало волновал размах этой вечеринки. Я лишь надеялась, что по ее окончании на кухне останется то, что можно будет унести с собой домой, только бы отложить поход за продуктами, то есть за вечной лапшой быстрого приготовления, еще на пару дней.

Жужжание в заднем кармане заставило меня потянуться за телефоном.

На щеках вспыхнул румянец, и я не смогла удержаться от улыбки. Меня словно прошил разряд электричества, и по телу разлилось тепло, которое ничем иным, кроме как реакцией на его сообщение, не объяснить. Я ощущала волнение, предвкушение, надежду. И в этот момент моя улыбка угасла. Потому что я поняла, что западаю на него.

И я знала, что пожалею об этом.

Нужно встретиться с ним лично. Покончить уже с этим. Выяснить раз и навсегда, не законченный ли он чудак, не придется ли мне лишиться того, кто почему-то стал мне так важен.