Чтение онлайн

Увидев буревестника, Дуремаг на мгновение поглупел и, как шаман, принялся бубнить странные, ни на что не похожие стихи. Стихи звучали дико и грозно, так что Алхимус немного оробел.

– Над седой равниной моря ветер тучи собирает, – хрипел Дуремаг, пуская по ветру длинные слюни. – Между тучами и морем гордо реет буревестник, черной молнии подобный!

– Учитель, вы меня пугаете! – прошептал Алхимус. – Вам плохо?

– Дурак ты, Витя! – вздохнул шеф. – Такую песню испортил! И ничего мне не плохо, а очень даже хорошо. Смотри, какой простор! Как ты думаешь, если сейчас броситься вниз, сильно треснешься?

Витя вспомнил свой отчаянный полет на ковробусе и поежился.

– Очень сильно!

– А если часто-часто махать руками, как птица? Может, полетишь?

Тут Алхимус перевел взгляд на правый карман шефа. Карман оттопыривался. Оттуда выглядывала полупустая бутылка коньяка «Белый аист».

– Нализался! – неприязненно подумал Алхимус. – И когда только успел?

Между тем шеф буравил своего ученика глупыми глазами, и Алхимус вынужден был отвечать:

– Не. Все равно упадешь. Потому что… потому что перьев нету! Если обклеиться перьями, может, и полетишь!

– Это хорошая мысль! – Дуремаг вскочил и зашагал по палубе. – Значит, нужны перья. Но их нет. Вопрос – что делать? Ответ – искать и не сдаваться! Мы прихватили метлы. Ну эти, которые у богатырей были… кстати, зачем они им понадобились?

– Шеф, вы отвлеклись! – напомнил ему Витя.

– Ну да. Так вот. Если к одной руке привязать метлу и к другой, то, наверное, полетишь! Сейчас мы проведем эксперимент. Витя!

– Шеф, я боюсь!

– Не бойся, Витя, я с тобой! – сладко улыбнулся Дуремаг.

– Вообще-то все ученые сначала экспериментируют на себе, – начал было Алхимус, машинально отыскивая взглядом бейсбольную биту. Бита лежала рядом, под рукой у шефа. И тут Витю осенило: – Учитель!

– Ась? – прищурился Дуремаг. Его ухмылка была одновременно глупой и хитрой.

– А что, если попробовать на этих… на одуревших богатырях? Их не жалко!

Дуремаг на секунду замер, затем окинул внимательным взглядом Алхимуса с ног до головы, словно впервые увидел.

– Садист! – сказал он убежденным голосом. – Ведь не просто убить захотел, а с вымыслом! С особым, так сказать, изощрением. Хвалю!

– Шеф! Но это ваша идея! – застонал Алхимус, но Дуремаг его не слушал.

– Капитан! – крикнул он и хлопнул в ладоши. Капитан высунул из трюма прокопченную, в желтых разводах физиономию и с ходу принялся жаловаться:

– Шеф! Эти богатыри совсем не хотят работать! Стукнул одного по зубам, руку отбил! – он помахал в воздухе растопыренными пальчиками. – Может, в топку их? Они здоровые, жирненькие, долго гореть будут!

– Еще один садист! – улыбнулся Дуремаг. – Ладно, тащи их сюда, сейчас разберемся.

– Сю-сю-сю! – поманил капитан. – Кис-кис-кис!

Через минуту на палубу вылезли поглупевшие богатыри. Попович с любовью уставился на Дуремага. Добрыня тоже захотел уставиться на чародея с любовью, но обзор ему загородила сутулая спина капитана. Недолго думая Добрыня шмякнул по этой спине, и капитан, протяжно завывая, полетел за борт.

– Ты что натворил? – испугался Дуремаг, мгновенно приходя в себя. – Ты же капитана угробил! Капита-ан!

– Слушаю-усь! – донеслось далеко снизу, а вслед за этим послышался шумный всплеск.

– Ну и хрен с ним! – успокоился Дуремаг. – До берега близко, глядишь, и доплывет, как-никак капитан! А вот как мы корабль сажать будем? Придется, Витя, тебе постараться. Не посадишь – сам знаешь, что я с тобой сделаю! – и Дуремаг погладил ручку бейсбольной биты. У Алхимуса моментально зачесалась голова.

– Сделаем, учитель, в лучшем виде!

– Ну что? – Дуремаг перевел взгляд на богатырей. – Хотите, летать научу?

– Гы-гы! – осклабились богатыри, преданно глядя на чародея.

– Витя, тащи метлы!

Алхимус притащил метлы и принялся за дело. К каждой руке богатыря он привязал по метле. Получилось красиво.

– Гордо реет буревестник! – провозгласил Дуремаг и скомандовал: – По-одному за борт, марш! И на остров!

Богатыри безропотно перешагнули через борт. Алхимус на мгновение зажмурился, но тут же услышал восторженное восклицание шефа и открыл глаза. Богатыри, словно гигантские птицы, парили наравне с кораблем. Боевые метлы пехоты хорошо знали свое дело.

– Ур-ра! – закричал Дуремаг и забил в ладоши. – Получилось! Я великий ученый! Я Галилео, я Невтон! А вы, блин, чего толчетесь? Кому сказал, лететь к острову, об исполнении доложить!

– Вот так! – повернулся к Алхимусу великий чародей. – А теперь, Витя, твоя очередь. У нас есть еще одна метла, вон валяется!

– Это веник, а не метла! – возразил Алхимус.

– Хрен редьки не слаще. – Дуремаг похлопал себя по карману, вытащил бутылку с Ильей Муромцем, хотел хлебнуть, но в последний момент понял, что это не то, и полез в другой карман.

– Не пей, шеф! – закричал Алхимус.

Дуремаг скривился:

– Ты еще скажи, мол, козленочком станешь. – Быстро вынув бутылку с коньяком, он свинтил крышку. Алхимус повис у него на руках.

– Учитель, ты и так…

– Что? – кротко осведомился Дуремаг. – Ну говори, говори, договаривай!

– Шеф, от этого глупеют!

– Ах, Витя, какое это имеет значение? – отмахнулся Дуремаг. – Мы с тобой поглупеть уже не сможем, потому что мы гении. Да. Мы – два гения! – С этими словами он запрокинул бутылку.

– Мы два дебила! – выкрикнул Алхимус и выхватил бутылку из рук шефа.

– Ах так! – взревел чародей и потянулся к бейсбольной бите, но Алхимус ловко откинул ее ногой. – Ну Витя, держись! – крикнул Дуремаг и, выхватив из кармана бутылку с Ильей Муромцем, с размаху опустил ее на голову ученика. Брызги от стекла полетели во все стороны. Витя закрутился на месте и, не помня себя от обиды, врезал учителю по башке бутылкой, в которой томился Яромир. В следующую секунду учитель и ученик, сцепившись, покатились по палубе, не обращая внимания на окруживший их дым. А когда дым рассеялся, они увидели страшное. Яромир и Илья Муромец стояли возле них.

– Пощадите! – пискнул Алхимус. Но что-то ему говорило, что просить пощады бессмысленно.

В трапезной Дормидонта творилось неописуемое. Первый раз в жизни черти-подпольщики дорвались до настоящей пищи. Объедки, оставшиеся на столе, были неописуемо вкусны. Никогда в жизни Альфред не грыз таких косточек! Да что там косточки! Многие блюда вообще были нетронуты. А водки было даже больше, чем надо.

– Сейчас пожрем и выставим караул! – сказал Альфред, торопливо глотая тушеного зайца. – Ребята, разливай!