Чтение онлайн

85

Гурко ошибается. При прямой поддержке М.Н.Каткова министром финансов в январе 1887 г. был назначен И.А.Вышне-градский, с 1883 г. печатавший в «Московских ведомостях» статьи с критикой финансовой политики Н.Х.Бунге. С.Ю. Витте занял пост министра финансов в августе 1892 г. при поддержке «Московских ведомостей», но уже после смерти Каткова (в июле 1887 г.). (См.: Ананьин Б.В., Ганелин Р.Ш. И.А.Вышне-градский и С.Ю. Витте — корреспонденты «Московских ведомостей» // Проблемы общественной мысли и экономическая политика XIX–XX вв. Л., 1972.) План С.Ю.Витте, одобренный императором, — строить Транссибирскую магистраль на средства от выпуска «сибирских кредитных билетов» — был изложен в специальной записке, разосланной 13 ноября 1892 г. всем членам Особого совещания (см.: Пролог Русско-японской войны: Материалы из архива графа С.Ю.Витте. Пг., 1916. С. 10–17.) Князь В.П.Мещерский утверждал, что Витте не находил в этом плане противоречия введению золотой валюты, считая, что «золотая валюта — это для Европы, а план строить сибирскую железную дорогу на кредитные билеты исходит из веры, что Россия все может» (Мещерский В.П. Мои воспоминания. СПб., 1912. Т. 3. С. 392). Однако, по всей видимости, правы Б.В.Ананьич и Р.Ш.Ганелин, полагающие, что «к моменту назначения министром финансов Витте еще не имел достаточно четкой экономической программы» и, видимо, не был посвящен в план подготовки денежной реформы (см.: Кризис самодержавия в России. 1895–1917. Л., 1984. С. 35). Обстоятельство это сам Витте старался скрыть. Бывший директор департамента железнодорожных дел Министерства финансов В.В.Максимов, сообщая корреспонденту газеты «День» об этом эпизоде, отметил, что «Витте страшно конфузился, когда кто-нибудь случайно упоминал об этой записке, и принял меры к уничтожению всех ее экземпляров» (День. 1915. 7 марта).

86*

Гурко здесь ошибается. А.Ю.Ротштейн переехал из Германии в Петербург в конце 1870-х и с 1890 г. был директором петербургского Международного коммерческого банка. Ротштейн имел доверительные отношения еще с предшественником Витте на посту министра винансов А.И.Вышнеградским (Мошен-ский С.З. Рынок ценных бумаг Российской империи. М. 2014. С. 119–123.).

87*

Гурко излагает ход денежной реформы несколько упрощенно. На самом деле Министерство финансов уже к концу 1893 года стабилизировало отношение кредитного (бумажного) и золотого (в импералах, золотой монете) как 3:2, допуская волатильность в пределах не более 3 %. С начала 1896 года золотую монету стали принимать в налоговые платежи по тому же курсу. В 1896 году государство стало вводить в денежный оборот золотую монету, выдавая именно монетой значительную часть платежей от казны. Таким образом, в течение 1896 года денежная система России из бивалютной (бумажный кредитный рубль и золотая монета, обмениваемые по плавающему рыночному курсу) де-факто превратилась в монометаллическую золотую. Все эти мероприятия были проведены без законодательного оформления. В законодательном порядке была проведена лишь формальная часть реформы — на купюрах появилась надпись, что их стоимость составляет 1/15 золотого имперала и они подлежат свободному обмену на золотую монету, то есть государство дало твердое обещание сохранять как постоянную ту систему, которая уже действовала. Именно этот шаг реформы, последний и достаточно формальный, Витте провел не через Государственный совет, а через Финансовый комитет, что было законным, но экзотическим путем законодательствования.

88

В книге «Национальная экономия и Фридрих Лист» (Киев, 1889; 2-е изд.: По поводу национализма: Национальная экономия и Фридрих Лист. СПб., 1912) С.Ю.Витте, характеризуя взгляды немецкого экономиста, по существу изложил собственную программу строительства «национальной экономики», важнейшими инструментами которого были протекционизм в тарифной сфере и усиленное развитие железнодорожной сети.

89

Заявление Витте, что цена на землю беспрерывно росла у нас, тоже неверно. Достигнув в черноземной полосе в половине 70х годов приблизительно ста рублей за десятину, она оставалась неизменной в течение долгого ряда лет и лишь в конце 90-х годов прошлого века, т. е. именно ко времени, к которому относится всеподданнейшая записка Витте, начала вновь довольно решительно повышаться. Но это повышение проявилось, лишь когда сельскохозяйственный кризис, достигший своего апогея в 1893–1894 гг., начал ослабевать. Повлияла на повышение стоимости земли и девальвация нашей денежной единицы, утвержденной при введении золотой валюты в двух третях ее прежней ценности. (Прим. автора)

90*

Для эпохи Гурко стоимость денег определялась не по кредитному, а по учетному проценту. Учетный процент — это процент, который банк вычитает из стоимости долгового обязательства при покупке его до срока исполнения. Учетный процент не совпадает с кредитным процентом. Например, если банк покупает вексель номиналом в 1 рубль со сроком оплаты через год с учетом 20 % годовых (учетный процент), это значит, что продавец векселя получает на руки 80 копеек. Следовательно, в современном исчислении банк дал ему кредит под 25 % годовых (кредитный процент).

91

См.: Влияние урожаев и хлебных цен на некоторые стороны русского народного хозяйства: Статьи Н.Ф.Анненкова, В.Н.Гри-горьева, Н.А.Каблукова и др. / Под ред. А.И. Чупрова и А.С. Посникова. Т. 1–2. СПб., 1897. Защищаемый авторами тезис о предпочтительности для развития российского народного хозяйства поддержания низких цен на хлеб вызвал бурную полемику. См.: Ходский Л.В. По поводу книги «Влияние урожаев…»: С приложением ответа проф. Чупрову. СПб., 1897; Пшено Д.И. По поводу полемики о дешевом хлебе. Ответ гг. Чупрову и Посникову. Киев, 1897; Самарин Д.Ф. О низких ценах на хлеб: По поводу книги «Влияние урожаев…» М., 1902.

92*

Смысл варрантной системы в том, что землевладелец сдает на хранение зерно (в мешках) на элеватор, где оно проходит очистку и обезличивается, ссыпаясь в общий резервуар. Элеватор выдает продавцу варрант, то есть складское свидетельство. Этот документ продавец зерна может продать, и элеватор выдаст зерно тому, кто предъявит варрант. Продать варрант проще, чем товарную партию зерна, так как зерно в элеваторе имеет стандартное качество, гарантируемое элеватором, так что партия товара не нуждается в осмотре; соответственно, продажу варранта можно произвести без личной встречи.

93*

Речь идет о том, что мелкие производители продают зерно различного качества (как по фактуре, то есть по удельному весу, так и по засоренности), а оптовые заграничные покупатели желают покупать зерно одной или нескольких известных им марок, гарантированно соответствующее определенному стандарту качества. Предполагалось, что какие-либо ассоциации производителей или российских торговцев должны выполнить эту задачу, очищая и смешивая мелкие партии зерна в портах.

94

Книга Д.И.Менделеева «К познанию России» (СПб., 1906), подводящая итог его исследований народного хозяйства страны, имела большой успех — второе и третье издания были выпущены в том же году.

95

В своих воспоминаниях С.Ю.Витте писал, что «экономическая, а потому в значительной степени и политическая мощь страны заключаются в трех факторах производства: в природе — природных богатствах, капитале, как материальном, так и интеллектуальном, и труде». Далее Витте утверждал, что Россия «чрезвычайно богата природой», но основная масса трудового населения — крестьянство — «находится в рабстве произвола, беззаконности и невежества», и государство «не может мощно идти вперед, не может в будущем иметь то мировое значение, которое ему предуказано природой вещей, а может быть, и судьбою». Однако, продолжает он, «несмотря на то ужасное время, которое мы ныне переживаем, я все-таки убежден в том, что Россия имеет громадную будущность, что Россия из всех тех несчастий, которые ее постигли и которые, вероятно, будут, к несчастью, еще следовать, выйдет из всех этих несчастий перерожденной и великой, то я убежден в том именно потому, что я верю в русское крестьянство, верю в его мировое значение в судьбах нашей планеты» (см.: Витте С.Ю. Воспоминания. М., 1960. Т. 2. С. 499, 526, 532).

96

Витте выражал пожелание, чтобы в России стал «невозможен такой порядок вещей, при котором величайшая нация находится в вечных экспериментах эгоистической дворцовой камарильи». Он утверждает далее, что «при дворе дворянская камарилья, требовавшая все больших и больших подачек, работала против него вовсю». Однако Витте обходит стороной вопрос о выдаче им этой самой камарилье значительных «неуставных ссуд (то есть долгосрочных ссуд, выдававшихся по специальным высочайшим повелениям, что противоречило уставу Государственного банка); особенно широко практиковал это Витте в период 1900–1903 гг. (см.: Витте С.Ю. Воспоминания. М., 1960. Т. 2. С. 500, 501, 504, 505, 533, 624, 625).

97*

Говоря о тяжелых условиях, Гурко имеет в виду землевладельцев, самостоятельно ведущих хозяйство и, следовательно, зависимых от уровня цен на продукцию и производственных издержек. Сдача земли в аренду (если она не заложена в обеспечение ипотечного кредита) всегда даст владельцу операционную прибыль; для такого случая тяжелыми условиями можно считать лишь падение прибыли ниже того уровня, к которому землевладелец привык.

98

Здесь (как и в нескольких других местах) Гурко без изменений вставляет в текст фрагменты из своей статьи «Что есть и чего нет в "Воспоминаниях графа С.Ю.Витте"». Статья эта писалась до выхода русского издания «Воспоминаний» Витте «по французскому изданию воспоминаний, а следовательно, все цитаты представляют перевод с французского текста» (Русская летопись. Париж, 1922. Кн. 2. С. 62). В русском тексте воспоминаний Витте нет упоминания о мелком дворянском землевладении. Витте пишет, что состав Особого совещания о нуждах дворянского сословия, действовавшего в 1897–1902 гг., был таков, что, «очевидно, имелось в виду поднять не благосостояние народных масс, а исключительно поднять благосостояние земельных частных собственников и преимущественно нашего задолженного и искусственно поддерживаемого дворянства», большинство же дворян, на его взгляд, «в смысле государственном представляет кучку дегенератов, которые, кроме своих личных интересов и удовлетворения своих похотей, ничего не признают» (см.: Витте С.Ю. Воспоминания. М., 1960. Т. 2. С. 514, 519).