Чтение онлайн

Приготовления к свадьбе и турниру занимали все наше время. Так что только накануне свадьбы я заметил, что Фрей уже не один, а леди Франческа уже вовсю командует всей прислугой в замке. Ещё меня удивил тот факт что мессир быстро сошелся с Маркусом и они коротали почти все свое время в его башне. Ларчик открывался просто, — при осмотре головы дракона, которая была выставлена на всеобщее обозрение в центральном зале недалеко от моего кресла — трона я обнаружил отсутствие одного зуба. Причем оба мага клялись мне, что он сам "выпал", а что бы не пропадать добру, они его подняли и сейчас изучают. Так же с шеи дракона был срезан кусок кожи. Дабы предотвратить дальнейшее "случайное разбазаривание", леди Мила наложила на него свое заклятие из тех старинных, которое местные маги снять не могли. И если кто дотрагивался до дракона, то громко звенел колокол и дежурная стража перехватывала злоумышленника.

За два дня до намеченного торжества в замке появились гости. Прибыли послы из Азории и вновь их возглавлял архимаг Стронций. Помимо богатых даров он передал нам две короны, что предназначались для нас и силой своего волшебства создал самые настоящие королевские троны, резонно заметив, что король и королева Азории являются таковыми где бы они не находились.

Главной же целью его визита был разговор со мной без свидетелей (не считая сэра Фрея) по поводу короля Винсента. Понизив голос Стронций мне сообщил, что в его королевстве стали практиковать черные культы жертвоприношений и не только животных, но и людей. Правда все это пока прикрывается казнью преступников, но увы, зло уже пустило свои корни.

— Совет магов обеспокоен сложившимся положение дел и предлагает вам утвердить следующий план действий: — Послать предупреждение королю Винсенту и потребовать от него немедленного прекращения черных служб и жертвоприношений. Если предупреждение не возымеет действия, то для начала еженедельно разрушать по одной крепостной башни вокруг королевского дворца, а потом разрушить и сам дворец. Вместе с этим часть архимагов будет выслеживать адептов черной магии и неспешно уничтожать их, не вызывая пристального интереса со стороны других, ибо несчастные случаи встречаются довольно часто с теми, кто играет с запретными силами…

Я предложил свою помощь, но Стронций покачал головой: — Ваше величество вам осталось не так уж много времени отдыхать и вскоре вы отправитесь в такое путешествие, где все наши проблемы могут показаться вам детскими игрушками. Не хочу вас расстраивать, но Уроборос — Ёрмунганд опять вздохнул, и на побережье хлынула волна высотой в тридцать метров, что смыла несколько портовых городов и около сотни поселений. К тому же проснулись несколько вулканов в центральных королевствах. К сожалению нам не удалось установить, что сделал Дрон и как он повлиял на Великого Змея. Он замкнул свои уста молчанием, так что никто не знает, что вам придется там исправлять и с чем столкнуться. Несомненно только одно, Уробороса — Ёрмунганда что то беспокоит и беспокоит очень сильно. Раньше он вздыхал только один раз в двести пятьдесят лет. А тут за неполных три месяца уже дважды. Страшно представить что будет, если он пошевелиться: Горы рассыпятся на песчинки, моря высохнут, реки потекут вспять, а земля разверзнется и потоки огненной лавы будут выжигать все живое на земле. Существует поверие, что когда он проснется и хаос поглотит землю, то она будет отдана на откуп огненным драконам и станет их пристанищем. К счастью никто этого не увидит, так как все погибнут задолго до этого.

Не смотря на такие совсем не радостные новости, мое настроение было приподнятым. Завтра в замковом храме мы совершим обряд по канонам нашего королевства, и несмотря на то, что мне 21 год стукнет только через несколько месяцев, мы станем мужем и женой и по церковным законам. О том, сколько лет Миле я старался не думать, на вид она была или моего возраста или чуть моложе.

А гости все прибывали и прибывали. Хотя как сказал Фрей:

— Главное это не ваша свадьба милорд, свадьбы проходят каждый год и мало чем отличаются друг от друга, главное голова дракона. Вот именно она и собирает такое большое количество гостей. Ведь легенды и предания об огненных днях Армавира ещё очень живы в памяти людей, так что не очень обижайтесь, когда вам будут уделять немного внимания по сравнению с этим артефактом. А ещё я вам советую, для однообразия изъять из пасти ещё один зуб, обрамить его золотом и сделать главным призом рыцарского турнира. Вот драчка за него будет…

Свадебный пир так же как и турнир длился три дня. Мне, как организатору участвовать в нем не полагалось, хотя руки так и чесались. Но леди Милослава была непреклонна. Свою непреклонность она объяснила очень просто: — Негоже молодому супругу уделять больше внимания игрищам нежели молодой жене.

Так что я вместе с почетными гостями, которых набралось с избытком, наблюдал за всеми схватками со стороны. Теперь мне стало понятно, почему зрители кричат, орут, топают ногами и вскакивают со своих мест. Леди Мила несколько раз хватала меня за рукав камзола и усаживала на место, когда я вскакивал и размахивая руками и воображаемым мечом отбивал атаку или проводил прием. Наверное со стороны это выглядит смешно, но так оно и было. И не только я один вел себя так. Многие убеленные сединами рыцари и вельможи орали, кричали и топали ногами. Все дело было в том, что в нашем турнире могли принять участие только рыцари не старше 23 лет, а также претенденты на рыцарское звание. Тем самым, по совету сэров Эбергарда и Ольдерома мы отсекли профессиональных любителей легкой наживы и предоставили возможность молодежи показать свои навыки и умение. А допуск к основным схваткам пяти лучших претендентов привлек к турниру ещё больше участников из числа тех, кто желал быть возведенным, а не пожалованным рыцарем. Ну и естественно многие молодые люди прибыли на турнир в сопровождении своих родителей или ближайших родственников. Так что ор во время схваток ор стоял такой, что переговариваться между собой даже соседям было невозможно. Строгая комиссия из сэров Морта, Ольдерома и Эбергарда следила за строгим соблюдением правил турнирных схваток, а также помечала в специальном списке имена тех претендентов, что заслужили похвалы с тем, что бы в последствии представить их к возведению в рыцарское звание. И среди них были не только победители схваток, но и проигравшие.

Рядом со мной "бесновался" его величество сэр Стефан третий, который к счастью прибыл один, без своей венценосной супруги и в сопровождении малой свиты как равный к равному.

Накануне у нас с ним состоялся серьезный разговор. Я передал ему "реликвии" которые остались после гибели его племянника и его жены, а также рассказал некоторые подробности смерти четы Дорианов и сэра Чарльза де Расинг и принца Фаргус.

Король здорово изменился, я бы сказал даже помолодел. Куда только делась его одутловатость и мешки под глазами, нездоровый цвет лица. Оказывается леди Диана резко изменила его образ жизни заявив, что с рождением ею ребенка появляется новая королевская династия, и что воспитание наследника или наследницы — прямая обязанность короля… Не смотря на жалобы на деспотизм супруги, его величество выглядел счастливым и довольным жизнью.

По его словам "сильные мира сего", которые мнили себя (и не без оснований) вершителями судеб в королевстве, значительно притихли. Де Фронде, де Расинги и Гоуфирстбурги остались без прямых наследников и наследниц и теперь наступало право короля передать их имя титул и земли тому, кто по мнению короны наиболее достоин, правда из числа родственников, даже очень дальних. Он даже мне предложил то ли в шутку, то ли в серьез стать впоследствии герцогом де Фронде: — Ведь всем известно, что вы продолжительное время жили вместе с принцессой Лаурой как муж и жена…

Я естественно отказался, но выторговал для себя (своих ещё не пристроенных рыцарей) несколько поместий и замков в землях де Расинга, которые примыкали небольшим клинышком к моим владениям. Королевские грамоты на их пожалование " за верную службу короне" были уже готовы и оставалось только вписать туда имена. Грамоты подписывались двумя королями, что обеспечивало практически вечное владение этими землями моими рыцарями и их потомками, так как лишение их лена или феода было возможно только по согласованию обоих королей.

Турнирный схватки и сшибки начинались с утра, но не раннего и продолжались до пяти часов по полудню, после чего возобновлялся свадебный пир, который длился… до начала очередных схваток очередного дня турнира.

По согласованию всех заинтересованных сторон: мой замок Росвил был передан в управление моим родителям и отныне принадлежал моей сестре — маркизете Венере Ля Конт, принцессе Устфорд; Сэр Фрей и леди Франческа окончательно перебрались на постоянное жительство в мой замок, который теперь носил гордое имя Ланкастер; по достижению пятилетнего возраста Венера и сын барона — Поль, поступают на обучение к сэру Фрею сроком на десять лет, кое должно будет проходить в замке Ланкастер.

Были и другие соглашения в которых закреплялось, — что маркизат Ля Конт отходит к моей сестре, а её избранник и супруг должен будет в обязательном порядке принять имя и титул моего деда; — моей наследницей является леди Милослава, до рождения совместных детей, причем приоритет наследования передается по мужской линии…, по достижению пятилетнего возраста мои дети передаются на воспитание сэру Фрею…

Наша свадьба и рыцарский турнир удались на славу. Сразу семь претендентов были возведены их королевскими величествами в рыцари, мои "не пристроенные" друзья получили владетельные грамоты и отпуска для обустройства своих вновь приобретенных земель и владений. Первый приз — Зуб дракона инкрустированный золотом и драгоценными камнями достался сэру Альберту, двадцатилетнему сыну барона Тибольда, который вышел победителем и в схватках на мечах и в копейных сшибках. И хотя официальная свадьба закончилась, пир продолжался ещё четыре дня — чествовали возведенных рыцарей и победителя турнира, провожали отъезжающих гостей, пили "стременную" и "на посошок"… Только после семи дней по окончанию официальных торжеств разъехались последние гости и в замке наступила относительная тишина.