Чтение онлайн

– Хотели снасильничать кого-то, – догадалась Лалил. – И получили по заслугам.

– О! Ты не любишь колдунов? – делано округлил глаза Гриф.

– А то! Терпеть ненавижу!

Девушке довелось пару раз близко познакомиться с любвеобильными магами, чтобы преисполниться впечатлениями. Шлюхи, конечно, не слишком переборчивы в выборе, с кем спать, но они тоже живые люди, а не бесчувственные твари, как порой кажется иным обладателям чародейского дара и тугого кошелька.

– Так вот, милая моя крошка, я тут поездил по окрестностям, разговорил знакомых полицейских, задал пару-тройку наводящих вопросов и выяснил одну интересную деталь…

Ради этой самой детали кое-кого пришлось подпоить, а где-то приложить ухо к щелке в дверях, а кому-то пришлось дать на лапу, но оно того стоило.

– Столичные коллеги наших друзей из Хоквара весьма озабочены поиском некоей Фэймрил Бран Эрмаад из Сангарры. Тебе ни о чем не говорит это имя?

– Не-а, – пожала плечами барышня.

– А мне говорит. Был такой столичный маг – Уэн Эрмаад, тоже выпускник Академии, приезжал как-то в гости к Эарлотту. Крайне любопытная личность и редкая, даже по меркам Хоквара, сволочь. Сия Фэймрил доводится ему супругой. Интересно, правда?

Лалил забавно поморщила тонкий носик и решилась уточнить:

– Ее ищут только маги или еще и полиция?

– Вот! – обрадовался сыщик. – В самый корень глядишь, детка. И сдается мне…

Гриф задумался, прервав фразу на полуслове, но, против ожидания, Лалил не собиралась продолжать расспросы. Она лучше всех знала золотую истину «Меньше знаешь – крепче спишь». Если сыщик промолчит, то сделает это исключительно для того, чтобы впоследствии не навлечь на голову любовницы крупные неприятности. Она – девушка простая, зачем ей чужая беда? Зачем ей знать о том, о чем шепчутся меж собой зловредные маги? Гриф – взрослый, Гриф – умный, он разберется сам.

– Словом, я на пару деньков уеду из города, – молвил Деврай после получасового созерцания осеннего пейзажа за окном.

И ничего хорошего там он не увидел, судя по всему. Только полуголые, мокрые от дождя ветки, серое низкое небо и кирпичная стена соседского дома, чрезвычайно похожая на подлинный лик судьбы: твердая кладка одинаковых дней-кирпичей, скрепленных раствором предопределенностей, и если случаются какие перемены – то лишь уродливые трещины невзгод. Вот как, скажите, тут не напиться?

– Денег оставь.

– Разумеется, дорогая, – ласково улыбнулся Гриф. – А ты веди себя хорошо, договорились?

– Ты ж меня знаешь, котик. Я буду паинькой, – мурлыкнула девушка.

Какой-нибудь другой барышне бывший рейнджер не поверил бы, но только не Лалил. Да – чувство стыда ей совершенно чуждо, да – она не знакома с хорошими манерами, но у юной содержанки имелся замечательный дар – она исступленно хотела учиться. Когда Гриф спрашивал у искусной и весьма опытной, невзирая на юный возраст, проститутки, чего бы ей хотелось в подарок, он имел в виду конфеты или отрез на платье. Ответ «Научи меня читать, солдатик» потряс циничного дядьку до глубины души.

Так что переживать не о чем, пока Гриф Деврай будет в отъезде, Лалил запасется небольшим мешком сластей, обложится книгами и станет поглощать то и другое с одинаковой жадностью. Все подряд будет читать – любовные романы, жизнеописания путешественников, королей и ученых, энциклопедии и справочники, дневники знаменитых куртизанок и детские сказки.

Холодные, буро-зеленого цвета воды Аверна и могучее ровное течение столетиями завораживали коренных обитателей его берегов и любознательных чужестранцев. Люди приходили сюда, влекомые богатствами великой реки, ее рыбными косяками и пышными пойменными лугами, и оставались навеки, прорастая корнями поколений в жирную почву. Из века в век они строили здесь свои крепости и замки, они смешивали свою красную теплую кровь с ледяными и мутными волнами Аверна. Кто вспоминает теперь, что прекрасный Эарфирен семьсот лет назад был всего лишь поселением рыбаков, но зеленые и коричневые полосы и поныне сплетаются на государственном флаге Империи Эльлор в хитрый узор, свидетельствуя, откуда началось величие ее народа. От этих исполненных печали в осеннюю пору берегов, откуда же еще?

Поэты утверждали, что у этой великой реки есть своя собственная душа, короли видели в ней преграду для завоевателей, артерию, связующую воедино подвластные земли и неиссякаемый источник богатств, а Росс Джевидж – широкую дорогу домой. Обратно. К своей памяти и жизни. К утраченному.

Фэймрил говорила, что у него есть взрослый сын, внебрачный, правда, но признанный, как полагается по закону. Ольрин Кариим Джевидж, двадцати лет от роду, очень похожий на отца. Настолько похожий лицом, что не пришлось обращаться к магии ради доказательств их кровного родства. Неужели и он не догадался о подмене? Все-таки общая кровь, узы родства. Да быть такого не может!

Ольрин, сын неведомой женщины по имени Кариим, ты кто – друг или враг? За те несколько дней, которые они плыли по Сийфарскому каналу, Росс успел нафантазировать целую историю о двух юных невинных влюбленных, оказавшихся как-то наедине, без присмотра, и открывших для себя запретные чувственные радости. Чему удивляться – классика жанра. Особенно по части последствий.

Либо Ольрин замешан в заговоре, либо настолько запуган, что не способен сопротивляться давлению, рассуждал Росс, когда думал об участи сына. По словам мистрис Эрмаад, Джевидж скрепя сердце признал бастарда только лишь потому, что других наследников у него не было. В своем единственном браке с запойной пьяницей-аристократкой детей он так и не нажил, а другие любовницы претензий не предъявляли. Отец лорд-канцлера не так давно скончался, пережив мать лет на четверть века, братьев и сестер тоже не имелось.

Одним словом, рассчитывать на семью не приходится, ибо ее попросту нет.

Зато есть соратники и единомышленники, особенно в армии, где генерала, а впоследствии маршала Джевиджа до сих пор вспоминают добрым словом. И, с одной стороны, армия – это, конечно, хорошо, а с другой стороны, есть ли в этом почитании хоть какой-то практический толк в нынешних-то жизненных обстоятельствах? Явиться, что ли, на заседание Генштаба и устроить публичное опознание?

Но тут взгляд Росса наткнулся на подходящую для путешествия посудину – довольно вместительную лодку на паровом двигателе, возле которой крутились двое – мужчина и подросток. Паренек сосредоточенно красил трубу, а его папаша прилаживал кусок доски к небольшому пролому по левому борту.

– День добрый, господин офицер, – сказал хозяин лодки, заметив постороннее внимание к своей собственности, и растянул рот в щербатой ухмылке. – Нравицца?

Мальчишка тут же воспользовался заминкой и уставился на пришлого.

– Отличная лодка, – согласился Джевидж. – Быстрая?

Росса ничуть не удивляло, что каждый встречный безошибочно опознавал в нем армейскую выправку. Годы и годы службы наложили неизгладимый отпечаток на все: осанку, походку, взгляд и тембр голоса. Тут захочешь – не спутаешь.

– Самая быстрая в Бриу, – похвастался лодочник. – Надысь пивом кореша проставлялися. Выиграл у Котяры Инни гонку.

Сомневаться в его словах не приходилось – от дядьки разило, как из пивной бочки, и к удивительному по мощи амбре примешивался запах чеснока.

– А до Эарфирена за сколько дойдем?

– За трое суток, но могем и быстрее… Ежли под всеми парами и… коли сойдемся в плате…

– А сколько возьмете?

Лодочник задумчиво поскреб небритую, поросшую рыжей щетиной щеку, на глаз прикидывая степень доверчивости служивого. Если судить по кривой ухмылке, то на слишком большой куш хозяин «Белой птицы» не рассчитывал. Отставник в потертом плаще и мятой кавалерийской шляпе растяпой не выглядел, а потому названа была вполне приемлемая цена. На четверть меньше, чем они с Фэйм рассчитывали.