Чтение онлайн

— Вестники Смерти! — сделал вывод один из офицеров. — Шире шаг!

***

Тени, рожденные светом, до крайности забавны. Они творили чудеса для тех, кто умел видеть. А Ор никогда не жаловался на воображение. Простые листья становились книгой, полной тайн, где сами боги оставили откровения для сына Быстрого Как Молния Аха… Где сейчас Ах и где его великие племена?

Небесная вспышка настроила Ора на более воинственный лад. Он неспешно двинулся к лагерю хэлготов. Достиг первых костров и остановился. Выждав, покуда солдаты обратят внимание на непрошенного гостя, он обвел широким жестом стоянку и невозмутимо сказал:

— Вы все. Козлы.

Наступила мертвая тишина. Паломники удивленно переглянулись, ошарашенные наглостью чужака. Некоторые потянулись за оружием, некоторые привстали… Реакция слабая, недостаточная. Ор молча прошел к храму. Он ненавидел многословие, ибо действительно важные мысли и чувства мог выразить одним-двумя словами. Достигнув хэлготской святыни, Ор плюнул на стену. Завеса молчания мгновенно рухнула; фанатики разразились дикими криками, вскочили. И атаковали.

Защитник отбил первые выпады и метнулся в сторону. Перелетел через багровое пламя костра, прокатился по земле, уходя от вражеских клинков. Противник по фронту. «Сильны» — мельком отметил Ор. Сзади навалилось что-то тяжелое, доспехи неприятно проскреб стилет. Силясь устоять на ногах, он ударил локтем назад… Тяжесть исчезла. Ор нырнул в пелену дыма, пробил стену кустарника и прыжком вознесся над головами врагов.

Хэлготы только рты пооткрывали, следя за полетом святотатца. Опомнились быстро — оскверненная Святыня Ракха взывала к отмщению. Стараясь не вслушиваться в яростные вопли преследователей, Ор рванул в направлении, указанном Миком.

***

Четрн и Лаони устали спорить. Им надоело выяснять отношения, болтать о мелочах и просто сидеть на холодных камнях. Монотонные шорохи леса только усугубляли ситуацию.

— Бегут вроде. — Курьер приник к скале.

— Ты прав, — облегченно вздохнула Лаони. — Готовься.

Среди деревьев мелькнула пятнистая броня Защитника. Следом катила волна праведного хэлготского гнева. Рев, грохот и треск наполнили пространство.

— Зачет, — восхитился Чет. — Чисто спринтер.

…Михаил догнал ряды левоев и прислушался. Крики вдалеке. Он успел — пора прибавить скорости. До поля брани рукой подать.

— В атаку! — прогремел вопль. Авангард усмотрел темную массу хэлготов, выплеснувшую на противоположное окончание поля.

Михаил опередил левоев метров на пятнадцать…

— Куда тебя несет? — крикнули вдогонку. — Смерти ищешь?!

— Как же без этого… — Михаил высмотрел фигуру Ора, споро одолевавшего россыпи чахлого кустарника. Они встретятся посреди поля, как и рассчитано.

Что-то белым клочком промелькнуло рядом с лицом. Листок с портретом Арды. Карманы — дрянь… Ветер мгновенно подхватил листок, закружил в причудливом танце, стремясь отобрать память, сокрыть в бог знает каком уголке Средоточия. Михаил хватанул руками воздух: промах. Еще разок… Эпичный сюр: черная монолитная цепь левоев, холодный блеск стали и дикий рев стремительно приближались к Михаилу, сосредоточенному на охоте за белым клочком бумаги.

— Хватит! — Ор остановился, потянулся за «Малюткой Санди»…

— Поймал! — Михаил бросился прочь от надвигавшейся волны тел. На ходу облачился в доспехи; ярко-синяя угловатая фигура сбила дерн.

Димпы встали спиной к спине и приготовили оружие.

— Почему он медлит? — Михаил оглянулся. Сквозь покачивавшиеся кроны деревьев виднелась скала, где предполагалось дислоцироваться Чету и его силе, способной перебросить родню… — Ты видишь что-нибудь?!

— Нет, — ответил Ор. — Щит?

— Твоя сила блокирует Курьера! — Михаил перехватил меч. — Попробуем уйти на своих двоих…

Волны солдат с грохотом схлестнулись, взаимно пробили строй и сотворили ад.

Интерлюдия 6

Центральную улицу поселка с грохотом перемалывал смерч. Блестевший влагой асфальт, и без того разбитый колесами машин, кусками уносился вверх. Белые крытые оранжевой черепицей дома — гордость поселкового совета — один за другим отрывались от земли. Превращались в вихрь кирпичей и балок, чтобы найти успокоение в хаосе.

Сама планета застонала, корчась в судорогах боли.

— Я рядом, маленький! — Женщина подняла с тротуара мальчика лет семи, подтолкнула вперед: — Беги!

Она проверила остальных детей. Им не успеть, они двигались слишком медленно: падали, спотыкались о разломы… Заплакала одна из девочек; ее коленку словно полоснули крупной теркой. Рана набухла капельками крови…

— Сейчас. — Женщина бросилась к ребенку. — Вставай…

Хаос низко басовито рычал, ломая реальность. Предметы потеряли очертания, стали зыбкими как раскаленный воздух.

— Мне страшно, учительница.

— И мне. Догоняй своих…

— А вы?

— Я сразу за тобой.

Женщина с трудом распрямилась. Только об одном жалела она, что не было у нее своих детей. Одни боги ведали, как она мечтала о ребенке. Собирала детские безделушки, отыскала где-то старую потрескавшуюся колыбель… А подруги смеялись над ней…

Повернувшись лицом к черной стене Хаоса, она вскинула руку в древнем, как само Средоточие, жесте защиты…

Глава 14

Грубый рывок отбросил Четрна к краю скалы. В попытке не упасть он взмахнул руками, повернулся… и увидел троих хэлготов на исходе удара. Шипы вражеского оружия не предвещали ничего хорошего. Один удар сердца… Первая палица встретила пустоту; Курьер скатился вниз на пару с каменной лавиной. Менее всего он хотел покидать доверенную ему позицию… Необходимо вернуться! Черные отделанные металлом сапоги перекрыли панораму. Мелькнули в смертельном выпаде клинки…

Лаони раскрутила посох — четвертая позиция ванката, искусства боя. Ей удалось сбросить с каменной площадки двоих — с нелепым взмахом рук они устремились к земле. Осталось трое. Рывок назад; мечи впустую резанули пространство. С яростными воплями паломники, крайне огорченные промахом, предприняли новую атаку.

Лаони успела активировать треть рассекающего заклинания, прежде чем враги добрались до нее. Первое попадание; мантия серебристо вспыхнула. Лаони рухнула на колени и укрыла голову посохом. Собраться, забыть про боль… Растянутый фланг хэлготов зацепил их лишь краем, но этого хватило.

***

— Налево! — Михаил двумя пинками поверг врага на землю. Облаченная в защитное поле нога действовала под стать добротному тарану. Харкая кровью, трехметровый громила съежился на истоптанной траве.