Чтение онлайн

– Мы эту тушу не поднимем в тачку. Если вообще такой вес можно на ней увезти.

– Значит, надо распотрошить прямо здесь. И тушу разрубить. По длине она не влезет, хотя в толщину несколько раз можно уложить. Вон какая длинная и узкая.

Прокопали канаву на берегу, куда спиной вниз перевалили добычу.

Михаил вскрыл брюхо и выпустил кишки прямо в воду – пусть мелочь питается. Среди внутренностей определил длинную печень. Она когда-то в детстве очень нравилась ему в жареном виде. Так же, как и молоки, толстые ленты которых он вытянул из петель кишок.

– Эх, была бы сметана и лучок!

Андрей облизнулся вслед за другом – он также считал это за деликатес.

– Может, корову поймать? – Предложил он, то ли в шутку, то ли в серьёз.

– Пока будем ловить, продукт пропадёт. Помнишь тот цветок, который медведица откопала? Корешок у него немного остренький, как у сладкого лука, с мучнистым соком. Думаю, будет в самый раз.

– Думаешь, собрать цветочки получится быстрее?

– Собрать можно за час или два. А корову сколько ловить? Надо сначала определить ту, которая молоко даёт. Потом отбить живой от стада. Кормящую корову наверняка будут защищать, да и сама она стоять на месте не будет. Только этот этап займёт пару дней. Потом привязать, уворачиваясь от копыт. Надоить. А эти субпродукты испортятся уже завтра.

– Ладно, дома решим.

Разрезали и разрубили тушу на три части, положили в тачку. Печень и молоки сложили внутри брюха. Сверху бросили расковерканную лебёдку. Тащить почти сломанный агрегат не имело смысла. Но и бросать дорогое железо не стоило. Поэтому отрубили длинные ноги, без них лебёдка прекрасно поместилась на тачке. Обратно груз всю дорогу пришлось везти Андрею. Михаил потихоньку ковылял рядом, опираясь на копьё и распевая песни.

Вернулись с первыми сумерками. Девушки издалека услышали заунывный вой:

Голова подвязана, кровь на рукаве.

След кровавый стелется по сырой траве.

О-у! Йе!

По сырой траве!

Михаил сразу же заковылял к аптечке. Вроде была какая-то мазь от ушибов. Нашёл. Обработав колено, спустился во двор. Здесь при свете костра полным ходом шла разделка туши. Ольга предложила нарезать толстые стейки и пересыпать их солью. Жаль, что осталось её немного. Но на рыбину должно хватить. Через час бочка, только сегодня освобождённая от предыдущего улова, снова наполнилась добычей.

– Так, хозяйки! – Бросил клич вождь с самого порога. – Есть какие приправы для рыбы? А то притащили вкусняшку, а сметаны нет, чем-нибудь заменить бы.

– Сейчас закончим, и сделаю. – Ответила Ольга. – Я уже придумала, чем приправить. Зажарю – пальчики оближешь!

Не обманула. Приготовила печень, молоки и филе, вырезанное из одного стейка. Отсутствие хлеба делало вкус слишком приторным. Но человек – гибкое создание. Вот и попаданцы начали понемногу отвыкать от мучного.

После ужина нога почти перестала болеть, и опухоль немного спала. Михаил надеялся, что завтра болеть совсем перестанет. И что серьёзных последствий не будет.

К утру колено вождя микро-племени снова распухло. Мазь помогала какое-то время. Но следовало поберечь ногу. Потому повседневными делами занялся Андрей. Он сбегал с утра на скалу: часы завести и с медведицей пообщаться. Кроме небольших подачек, ребята с ней немного разговаривали. Сама медведица беспокоилась, слыша человеческую речь. Зато медвежата радостно сопели и плямкали – как же, что-то новенькое и непонятное. Любопытные малыши регулярно пытались залезть по стене. Мамашка с той же частотой переживала за них. Сама-то она не могла подняться из-за веса. Мирно поругавшись с Машкой – снова эти обезьяны совращают молодёжь, Андрей развернул подзорную трубу. Ветер сегодня юго-западный, если верна теория перекочёвки травоядных, то на северо-востоке должен кто-то уходить вдаль. Смотреть приходилось почти против солнца, но Андрей кое-что заметил. Действительно, вдали у горизонта мелькали холмы мамонтов. Более мелкие зубры выглядели точками, а уж остальную мелочь – вообще не рассмотреть. Впрочем, для охотников уход добычи ничего не менял – с противоположной стороны уже шло новое стадо. Звери как раз обогнули голубеющий в утреннем тумане массив леса и расползлись по долине. Как всегда, впереди старая пара. Самец, непонятно – вожак он или нет, шагает немного сбоку, а самка ведёт остальных. Сразу за ней – несколько молодых, но уже достаточно подросших особей. А между ними бегает мелкий мамонтёнок. Или мамонтёнка? То есть – девочка. Как же Миха определял по форме ушей и задницы? Интересно узнать – мальчик или девочка? Может, это то самое стадо, что встретилось им в первый раз. Оно могло сделать круг и снова вернуться сюда.

Мамонтиха подняла хобот, через несколько секунд до мужчины донёсся рёв, низкий, как гудок парохода. Что-то встревожило опытную предводительницу стада. Следом за ней остальные мамонты задрали хоботы. Слитный рёв глушился туманом и отражался лесом, но Андрей равно услышал его на скале. Что же их обеспокоило?

Понятно! Мужчина наконец-то заметил тёмные холки, еле-еле проглядывавшие через белый кисель. Волки. Мамонты повернулись к опасности головой. Бреши между ними заняли зубры. Вся мелочь, всё разноплемённое стадо потекло, собираясь за спинами гигантов. Это выглядело, как растекание капли, показанное наоборот. Всякие пони, козы и овцы сливались вместе, потом эти кучки ныряли в общее стадо.

Минута или две – и перед волками только стена из рогов и бивней. Хищники не стали рваться прямиком, пытаясь прорвать строй – они же не дураки. Волки обогнули оборону по самому краю и вышли к другой стороне стада. Здесь оставались те, кто не видели ситуации через толпу сородичей и потому не очень беспокоились. Несколько козочек спешили, но недостаточно быстро. Увидев волков, они заблеяли – отсюда не слышно, но Андрей представил это очень натурально. Ещё мгновение назад они бежали к спасению, а теперь впереди смерть. Остаётся только обороняться. Волки растеклись лавой, переходя к последнему этапу. Нападали не первые, и даже не вторые – они отвлекали. Как только перепуганная коза кого-то собиралась боднуть или лягнуть, этот волк отскакивал, а потом возвращался, сделав круг. Коза, бодавшаяся в одну сторону, неизбежно – рано или поздно, открывала своё горло. Тогда тот волк, который оказывался в нужном месте, переключался с роли отвлекающего на роль нападающего. Вот упала одна козочка, другая. Остальные заметили прореху в волчьем строю и рванули к стаду. Пара хищников побежала следом. Но как-то вяло. Как будто насмехаясь. Бегите, мол, бегите – вырастайте побольше, позже вас съедим. С паническим меканьем козочки проскользнули внутрь построения. Навстречу хищникам вылетел крупный козёл и грозно повёл рогами, подметая бородой землю. Он топал копытом, наскакивал, вызывая на бой, но парочка хищников только проносилась мимо, не реагируя на его вызов. В это время остальная стая утаскивала добычу. Двое волков тянули коз за шкирку, пятясь задом наперёд. Время от времен кто-нибудь из них случайно или от усталости разжимал пасть и бросал ношу, вливаясь в коллектив. Тушку моментально подхватывал следующий, а остальные кружили, не подпуская возможных конкурентов. Так постепенно они скрылись в лощине от глаз встревоженного стада. Дождавшись окончания акции группа сдерживания тоже убежала в овраг, проскользнув под кустами. Разочарованный козёл убрёл к своим.

Постепенно травоядные успокаивались. Они откочевали подальше от запаха крови и занялись обычным времяпрепровождением – поеданием растительности. То, что двоих из них только что зарезали, как будто вылетело из их блеющих головок. С глаз долой – из сердца вот. Только мамонты продолжали беспокойно вертеть головами. Но постепенно и они вернулись к травкам-кустикам.

В отличие от копытных, Андрею было прекрасно видно, как волки пожирают добытое мясо. Без подробностей – слишком велико расстояние, и туман мешает, хоть и заметно поредел. Но на фантазию мужчина никогда не жаловался.

– Все мы когда-нибудь станем чьей-то добычей. Костлявая с косой припрётся к каждому. – Философски пробурчал мужчина под нос и спустился вниз.

Осмотрел будущий урожай. Огород постепенно зеленел. Хотя до сих пор не прошло ни одного дождика, но влаги из ручья хватало. Тот до сих пор тёк длинной петлёй, орошая весь огород. Всё росло и благоухало под ярким солнцем. Картошка дала по несколько ростков. Они не тянулись ввысь, как привык Андрей, а дали тут же, у земли, густую кучерявую листву тёмно-зелёного цвета. Лук и чеснок тоже выбросили перья. Андрей сорвал несколько узких листков от тех и других, создав во рту микс вкусов. Очень похоже на черемшу. Миха рассказывал в своё время, что очень тосковал по привычному вкусу детства. Так ему только чесночные перья напоминали о нём. Думал, что до конца жизни придётся заменять таким эрзацем. Ну, теперь-то порадуется. Вон она, черемша, краснеет на полянках.

На огороде сквозь перевёрнутые пласты дёрна уже начала пробиваться трава. «Надо подрезать тяпками», – отметил Андрей, – «иначе зарастёт – и картошки не видать. Во всех смыслах».

Под кустом ивы сидел косой. Так и не научился бояться человека. Носится совсем рядом. Хоть руками лови. Как тот мужик из мультика. «А кому зайца? Зайца побегайца!» – Гнусавым голосом пробормотал Андрей. Голоса заяц всё-таки испугался. Но тоже лениво – просто шмыгнул в кусты и замер. Стоп! Ведь русские, кто жил в лесу или возле него, издревле ловили этих грызунов в силки. Почему они забыли о таком простом способе? Окрылённый идеей, Андрей прибавил шагу.