Чтение онлайн

С 27 августа по 3 сентября 1995 года САНО проводит национальную и международную консультацию по поводу методов своей борьбы. На их вопросы отвечает более миллиона человек в Мексике и более ста тысяч за границей. Большинство опрошенных требуют от правительства и сапатистов поиска мирного решения конфликта и заявляют о своей поддержке требований восставших.

1 января 1996 года создается Сапатистский Фронт Национального Освобождения — общенациональная гражданская организация, выступающая с теми же требованиями, что и САНО, но легально и без оружия.

С 27 июля по 3 августа 1996 года САНО проводит на территории пяти новых сапатистских Агуаскальентес Первую Межконтинентальную Встречу за Человечество и против Неолиберализма. В ней участвуют более 5 тысяч делегатов из 42 стран. На встрече принято решение о создании всемирной сети за человечество и против неолиберализма для поддержания связи и обмена опытом между различными участниками сопротивления «новому мировому порядку».

В 1997 году усиливается военное давление на сапатистские территории: с одной стороны, продолжается милитаризация Чьяпаса, а с другой, — власти и местные отделения ИРП проводят подготовку ультраправых боевиков из соседних с сапатистскими «традиционных» общин с тем, чтобы спровоцировать столкновения между индейцами и создать повод для вмешательства армии.

В сентябре САНО отправляет в Мехико 1111 сапатистов для встреч с гражданским обществом и независимыми организациями. Цель этих встреч — организация мирных мобилизаций с требованием выполнения договоров Сан-Андреса, демилитаризация Чьяпаса и освобождение десятков заключенных сапатистов.

Официальные власти все чаще говорят о необходимости «восстановления национального суверенитета» над сапатистскими территориями. Боевики регулярно убивают представителей гражданских сапатистских властей и угрожают иностранным наблюдателям. Жители многих сапатистских селений под давлением боевиков вынуждены бежать из родных мест в лагеря для беженцев, находящиеся под контролем международного Красного креста и неправительственных организаций. 4 ноября, накануне визита Папы Римского, происходит покушение на епископа Сан-Кристобаля Самуэля Руиса — последовательного защитника прав индейцев и через два дня — на его сестру.

22 декабря, несмотря на все предупреждения и заверения властей о «полном контроле над ситуацией», ультраправые боевики учиняют в деревушке Актеаль бойню, жертвами которой становятся 45 человек, в большинстве своем женщины и дети. Расправа длилась больше 6 часов, все это время в 200 метрах от места трагедии находилась полиция, вмешавшаяся только после окончания бойни, чтобы… помочь преступникам спрятать трупы.

1998 год начинается в обстановке крайней напряженности. Войска, полиция и боевики продолжают нападения на гражданские общины, гибнут и пропадают без вести десятки мирных жителей, власти ведут охоту на генеральное командование САНО. Из Мексики депортируют множество иностранцев — журналистов, сотрудников неправительственных организаций и наблюдателей за соблюдением прав человека. Все они обвиняются во вмешательстве во внутренние дела страны. Пока в Мехико правительство говорит о стремлении к возобновлению диалога и отсутствии у него агрессивных намерений, федеральные силы штурмуют безоружные индейские селения, 38 танкеток по четыре раза в день проводят «военные парады» в самом центре общины Ла-Реалидад и военная авиация ведет постоянные маневры, пикируя на хижины индейцев в сельве. В течение практически всего этого года САНО пребывает в молчании, отдавая приоритет организации ненасильственных гражданских акций давления на правительство с целью выполнения договоренностей Сан-Андреса. В конце года САНО выступает с инициативой о проведении «Национальной консультации для признания индейских народов и прекращения войны на уничтожение». Одновременно с этим САНО заявляет, что в сложившейся ситуации диалог с правительством совершенно невозможен и определяет в качестве своего единственного собеседника гражданское общество.

В воскресенье 21 марта 1999 года, рассредоточившись по всей Мексике, почти пять тысяч сапатистских делегатов — по одному на каждый из муниципалитетов страны и тысячи добровольцев проводят общенациональную консультацию, вопросы которой связаны с необходимостью конституционного признания прав и культуры индейских народов. В ней принимают участие 2 миллиона 800 тысяч человек по всей Мексике и 48 тысяч мексиканцев, проживающих за границей, главным образом, в Соединенных Штатах. Ответ подавляющего большинства: «да» — признанию прав индейцев и «нет» — войне. Реакцией правительства становится телевизионное шоу о «сдаче сапатистами оружия и униформ федеральной армии». Через несколько дней выясняется, что в роли сапатистов-дезертиров были боевики из группы МИРА, и что за выступление в эфире им заплачено натурой (коровами) и деньгами.

Через две недели после проведения консультации спецподразделения полиции штата берут штурмом муниципалитет Сан-Андреса и взамен избранных сапатистских властей, сажают в кабинеты представителей ИРП. Проправительственная пресса сообщают новость о «конце еще одного сапатистского муниципалитета». Тем не менее, на следующий день около трех тысяч гражданских сапатистов мирным путем восстанавливают контроль над административным центром и берут его под свою охрану.

В этом же 1999 году начинается крупнейшая в истории Мексики забастовка главного вуза страны — УНАМ. Студенты и преподаватели требуют ограничить приватизацию образования. Многие из них становятся регулярными посетителями Лакандонской сельвы, где происходит постоянный обмен опытом и идеями. Сапатисты заявляют о своей поддержке студенческого движения и ведут постоянные дискуссии о путях совместного сопротивления.

В феврале 2000 года федеральная полиция Мексики нарушает университетскую автономию и, чтобы положить конец забастовке, входит на территорию УНАМ. Сотни студенческих руководителей и преподавателей оказываются за решеткой. САНО выступает с заявлением, осуждающем насилие и организует акции солидарности с заключенными студентами.

2 июля в стране проходят президентские выборы, кладущие конец 70 годам правления ИРП. Сапатисты, как обычно, не вмешиваются, не препятствуя проведению избирательных кампаний на своей территории и не выражая поддержки ни одному из кандидатов. Они выступают с заявлением, которое отражает позицию, которой они неизменно придерживались все эти семь лет: «Избирательный период — это не время сапатистов. И не только из-за нашего вооруженного сопротивления или потому, что у нас нет лица. Кроме всего этого и прежде всего — из-за нашего стремления найти новую форму делать политику, у которой мало или вообще ничего общего с формой сегодняшней… Согласно сапатистской идее, демократия — это нечто выстраивающееся снизу и вместе со всеми, даже с теми, чей образ мысли отличен от нашего. Демократия — это осуществление людьми власти постоянно и повсеместно». На выборах побеждает кандидат правой Партии Национальный Альянс, бывший управляющий мексиканским филиалом Coca-Cola Висенте Фокс Кесада. Фокс обещает, что решит чьяпасский конфликт за 15 минут и дает слово, что его правительство примет закон о конституционном признании прав и культуры индейцев, согласованный когда-то с сапатистами в Сан-Андресе.

2 декабря, на следующий день после принесения Фоксом президентской присяги в присутствии десятков местных и иностранных журналистов сапатисты проводят в Ла-Реалидад пресс-конференцию. Перед ее началом Маркос читает письмо-обращение к новому президенту: «Для сапатистов, во всем, что касается доверия, вы начинаете с нуля… У вас не должно быть сомнений — мы ваши противники. Единственное, что под вопросом, — это каким образом будет развиваться наше противостояние: путем гражданским и мирным или же мы должны оставаться с оружием в руках и со скрытыми лицами, чтобы добиться того, к чему стремимся, что является, сеньор Фокс, ничем иным, как демократией, свободой и справедливостью для всех мексиканцев… За эти почти семь лет войны мы пережили двух глав государства (самопровозгласившихся «президентами»), двух секретарей министерства обороны, шесть государственных секретарей, пять уполномоченных «по мирному урегулированию», пять «губернаторов Чьяпаса» и множество чиновников рангом ниже… В течение этих почти семи лет мы все время настаивали на диалоге. Мы делали так потому, что это наша обязанность перед гражданским обществом, потребовавшим от нас заставить замолчать оружие и искать мирного решения…. Если вы изберете путь честного, серьезного и уважительного диалога, то докажите на деле вашу готовность. Не сомневайтесь, что со стороны сапатистов ответ будет положительным. Так сможет возобновиться диалог и начнет строиться настоящий мирный процесс…» В качестве предварительных условий для возобновления диалога с правительством САНО выдвигает три условия: ратификация договоренностей, подписанных в Сан-Андресе, освобождение всех заключенных сапатистов в Чьяпасе и за его пределами и ликвидация семи из 259 военных баз в штате.

На этой же пресс-конференции субкоманданте Маркос сообщает о решении сапатистов осуществить мирных поход на Мехико («поход цвета земли») с требованием конституционного признания прав и культуры индейских народов. В походе примут участие 23 команданте и один субкоманданте из подпольного революционного индейского комитета и тысячи добровольцев из Мексики и из-за границы. За три недели до начала похода президент Фокс заявляет: «Мексика больше, чем Чьяпас… Поход так поход. Не хотят похода — пусть не идут. Как хотят». Но проходит всего несколько дней, и под влиянием результатов опроса общественного мнения и интереса мировых СМИ мнение президента резко меняется: «В эти дни мой приоритет — это помочь успеху похода. Я рискую моим президентством и всем моим политическим капиталом. Но надо дать Маркосу шанс», — заявляет Фокс 23 февраля 2001 года. В шесть утра 25 февраля вместе с командованием САНО из Чьяпаса отправились более трех тысяч сапатистов и симпатизирующих. На пути к ним присоединялись многие другие. Поход продолжался в общей сложности 37 дней, в нем участвовали десятки тысяч индейцев и неиндейцев, были пройдены 13 штатов страны, где состоялось в общей сложности 77 массовых встреч и митингов. 11 марта сапатисты прибывают на центральную площадь страны — Сокало. На ней и вокруг нее — около полутора миллионов встречающих. Маркос отказывается от предлагаемой Фоксом личной встречи и вместе с остальными участниками сапатистского командования в течение почти двух недель в Мехико практически круглосуточно проводит сотни встреч с представителями самых разных общественных организаций и движений. Поход на Мехико заканчивается 28 марта выступлением в Конгрессе команданте Эстер, говорящей о тройной дискриминации индейских женщин — как бедных, как женщин и как индианок.

25 апреля мексиканский сенат «единогласно» ратифицирует новый закон о правах и культуре индейцев. Президент Фокс и все три ветви государственной власти аплодируют этому решению. Этот закон не имеет ничего общего с сапатистскими требованиями и соглашениями Сан-Андреса, из него выхолощены все сколько-нибудь значимые пункты. Это пощечина не только сапатистам и индейцам, но и большинству мексиканцев, поддержавших эти требования. Сапатисты заявляют о прекращении переговоров и полном разрыве контактов с правительством и, в качестве последней попытки спасти мирный процесс, обращаются в Верховный суд страны с просьбой о пересмотре этого решения.

Наступает период молчания сапатистов, длящийся более полутора лет. Ходят всевозможные слухи о болезни, смерти или бегстве субкоманданте Маркоса из Мексики. На одном из светских приемов в Мехико Висенте Фокс спрашивает у португальского писателя Жозе Сарамаго, известного своей близостью к сапатистам, о причинах молчания Маркоса. «Они не молчат, — отвечает ему Сарамаго, — это вы не слышите».

6 сентября 2002 года Верховный суд Мексики заявил о своей некомпетентности для внесения поправок в конституцию. Последняя дверь на пути к мирному решению захлопывается. Одновременно с этим ультраправые боевики продолжают нападения на гражданские общины, убийства и похищения сапатистских активистов повторяются по всему штату. Вопреки ожиданиям, САНО не делает никаких заявлений, общины на время прерывают контакты с внешним миром и закрываются для проведения внутренних консультаций в ситуации, которая кажется безвыходной.