Чтение онлайн

— Так. Сами догадались?

Смерч ухмыльнулся.

— Как же, не догадаешься тут! Стоит себе командир спокойненько, прямо, как на свидании, здоровье никотином портит — и вдруг озираться начинает, словно его невеста с другим в «шестисотый» «мерс» садится! Ты б себя со стороны видел! Ну а потом… нафига б тебе крюк по дороге делать и в исходную точку возвращаться? Да еще и по нашим следам, как тот Следопыт, идти? Дедукция, командир!

— Ага, вместе с индукцией… — я задумался. — А вы, значит, меня все время видеть продолжали?

— Ну да, а что?

— Почему ж тогда один меня ждешь? Остальные-то где?

Смерч помолчал и, вздохнув, продолжил уже серьезным голосом:

— Тут вот какое дело. Мы, когда поняли, что ты нас не видишь, глупость одну сделали — навстречу идти решили. Точнее, полковник так решил. А надо было б, конечно, стоять и не рыпаться…

— Ну и что? — человек я, в общем-то, неглупый, но сути пока уловить не мог. В упор не мог. — Причем тут это?

— Ну, мы и пошли тебе навстречу, чтобы по дороге перехватить, — Смерч махнул рукой, показывая, в каком именно направлении они собирались меня «перехватывать».

— Иракец с Марком и полковником впереди, Турист следом, я замыкающим. Ну и того… ребята тоже исчезли.

— А ты? — окончательно теряя терпение, прорычал я. Впрочем, слушать анекдоты в его исполнении еще хуже, это уж вы мне поверьте!

— А я, спасибо Туристу, тебя вот жду. Он, молодец, первым смекнул, что к чему, и приказал мне отстать немного. Вот я и отстал.

Ага, ну почти понятно. Кроме одного момента:

— А когда через пустырь шли — чего ж своего исчезновения не заметили?

Судя по равнодушному пожиманию плечами, моего вопроса Смерч ждал:

— Близко сильно. Я так понимаю, если в паре метров друг от друга идти, ничего не заметно. Я вот метров на пять отстал — и видел, как ребята с полковником исчезли.

— А звук? — неожиданно мне в голову пришла еще одна идея. Или даже не одна. — Звук тоже не слышен? Может, вам надо было мне покричать — и все? Кстати, назад что — нельзя что ли?

— Командира умный, командира в школа ходил, однако, — возвращаясь к своим псевдо-чукотским корням, съязвил спецназовец. — Кричали, однако, ружьё стреляли! — и, видимо, боясь, что не поверю, продемонстрировал мне на ладони несколько свежих стреляных гильз. — Ни ты нас не слышал, ни пацаны меня не слышали. А назад… — несмотря на своеобразную манеру речи, забывчивостью мой подчиненный не страдал. — Не, фигушки. Назад нельзя. Пробовали. Не пускает. Вроде все впереди себя видишь, а пройти не можешь — упираешься во что-то. Слушай, майор, может хоть ты, наконец, объяснишь, что здесь, в конце концов, происходит?!

— Не объясню… — мрачно подвел я итог нашему разговору, даже не обратив внимания на несоответствующее истинному положению вещей обращение — подполковником я себя пока что не чувствовал. — У нас для объяснений специальный человек есть, полковник называется.

Смерч хрюкнул, видимо выражая свое отношение к «объяснятельным» способностям вышеозначенного полковника, но развивать тему дальше не стал:

— Так что — пошли?

— Куда?

— Как куда? — по-детски искренне удивился Смерч, вставая. — К ребятам. Представляю, как они злятся, на наши с тобой посиделки глядючи…

— Ну, пошли, — я поднялся на ноги. Похоже, боевой брат прав — ловить здесь больше все равно нечего. Да и вообще — надо было не рассиживаться, а сразу за ребятами идти. Нет, можно, конечно, попытаться самому проломить лбом невидимую преграду, однако что-то подсказывало, что занятие сие — дело совершенно бессмысленное и бесперспективное. Так что послушаемся более бывалого, который, похоже, не случайно весь этот разговор затеял. То ли выговориться хотел, то ли подсознательно откладывал момент пересечения очередной границы.

И все же сразу мы никуда не пошли: я заметил-таки кое-что интересное — и поспешил обратить на это внимание Смерча:

— Стой. Это… как?

— Что «как», командир? — искренне удивился подчиненный. — Ты о чем? Ногу отсидел?

— Это, — отчеканил я, указывая командирским перстом в сторону недавно покинутого мной обсерваторского здания.

Смерч меня, как ни странно, понял:

— А… я думал, ты раньше заметишь. А вот так… хрен его знает. Как мы сюда попали — так все и того переменилось…

Но я его не слушал, во все глаза рассматривая знакомое здание, которое вдруг взяло и «переменилось». Очень странно переменилось — если раньше картина разрушения исчерпывалась выбитыми окнами, облупившейся штукатуркой да местами провалившейся крышей, то теперь… Теперь пятиэтажка выглядела так, словно по ней отработала штатный боекомплект парочка боевых вертолетов. Или кто-то несколько раз шарахнул из РПО: верхние два этажа отсутствовали напрочь, нижний же полностью скрыли разросшиеся сверх всякой меры кусты. Вездесущая поросль оккупировала даже оконные проемы двух видимых этажей. Впрочем, присмотревшись, я понял, что здание никто специально не рушил и уж тем более не расстреливал: причиной произошедшей с ним метаморфозы было время. Очень немаленькое время — по моим представлением, на это понадобилась бы не одна сотня лет. Время, дожди и всепроникающие корни растений порой оказываются не менее разрушительными, чем неуправляемые ракеты и боеприпасы объемно-детонирующего действия…

— Ты сюда глянь, командир, — непривычно серьезным голосом сообщил Смерч, кивая в сторону застывшего на обочине «Урала», неплохо видимого с этой точки даже несмотря на некоторые особенности местного освещения.

Я, конечно, глянул, хотя уже догадался, что именно там увижу: если полчаса назад машина выглядела просто насквозь проржавевшей стальной коробкой, то сейчас это был просто густо заросший травой бесформенный холм. Эдакий погребальный курган из ржавого металла, земли, травы и костей ребят второй группы…

Отвернувшись, я молча кивнул Смерчу. Он меня понял, так же безмолвно указав направление: говорить пока было не о чем. Да и не хотелось — не зря ведь сказано, что многие знания породят и многие печали.

Идущий пятью метрами впереди Смерч неожиданно исчез. Не растворился в окружающей серости, не растаял в воздухе, не погрузился во что-то — просто исчез.

Глубоко вздохнув, я сделал еще несколько шагов вперед…

Историческая «встреча на Эльбе», сиречь — объединение обеих частей нашей диверсионно-научной группы, прошла как-то буднично и скучно. Никаких тебе скупых мужских слез радости и смущенных поцелуев в небритые щеки — по глазам знакомо скользнула невидимая «паутинка» и пред моим взором предстала сидящая на траве четверка. Иракец, Турист, Марк — ну и полковник, конечно, куда ж мы без него. Тут же стоял мой рюкзак с аккуратно уложенным сверху броником — вот спасибо за доставку!

Вид у моих ребят был — как бы это поточнее сформулировать? — удрученный, что ли. Или, проще говоря, мрачноватый. У полковника, впрочем, не лучше:

— Что так долго? Могли бы и здесь поговорить — времени у нас, между прочим, не так уж и много!

Решив не озвучивать пока свое не слишком оптимистическое предположение насчет неодинакового течения оного времени «здесь» и «там» (там — это, в смысле, за границей исполинского отонного — или какого там? — цилиндра), зародившееся во мне еще при осмотре бывшего обсерваторского корпуса, я лишь пожал плечами: