Чтение онлайн

Фрёлик, разливавший пиво, вскинул голову.

— Значит, много ты мне не расскажешь.

— Очень приятно слышать это от тебя.

И сам ответ, и интонацию, с какой он был произнесен, Фрёлик решил проигнорировать.

— Фаремо нашли вот здесь — в водохранилище Вамма. — В этом месте синяя линия на карте расширялась до размеров пузыря; Фрёлик знал, что водохранилище называют озером Вамма. Гунарстранна вел по нему кончиком пальца, пока не уткнулся в квадратик на берегу реки. — Здесь ферма Орёуг. — Его указательный палец замер на квадратике. — А здесь ферма Шолден. У криминальной полиции есть свидетель, который утверждает, что рядом с этой фермой стояла машина. Машина остановилась на гравийной дороге. Два человека — по всей вероятности, те, которые приехали на машине, спустились по тропке к реке. — Палец Гунарстранны двинулся к красной линии на карте. — Это колея от трактора. Те двое просто шли. Не похоже, чтобы они ссорились. Вечерело, солнце стояло низко — свидетель вышел пофотографировать, так как вечером хорошие цвета. Красные кленовые листья, коричневато-бурые березовые и так далее. Он уверяет, что воздух был почти оранжевый, идеальный для фотографии, — солнце стояло очень низко. По мнению наших коллег из криминальной полиции, тогда было часа три дня, может, половина четвертого. Я и сам помню тот день. Небо было красивое, с дымчатыми облаками, которые подчеркивали краски заката.

— Какого пола были те двое, из машины?

Гунарстранна кивнул и ответил:

— Пока неясно. Но мы пришли к выводу, что оба были мужчинами.

— Свидетель их сфотографировал?

— Нет. Но он говорит, что они не были похожи на обычных пешеходов.

— Что он имел в виду?

— Понятия не имею. По его словам, они выглядели слишком, как он выразился, «городскими».

— И одним из двух был Юнни Фаремо?

— Очень может быть. Свидетель запомнил, что на одном была черная бейсболка — точно такая, в какой Фаремо явился в суд.

— Да. И возле дома, когда я его видел, на нем тоже была черная бейсболка.

— Других свидетелей у нас нет. Колея от трактора спускается вниз к реке. То место находится посередине между электростанциями Кюккельсруд и Вамма. И время примерно совпадает. Скорее всего, наш свидетель был последним, кто видел Фаремо живым, если не считать убийцы.

— Когда свидетель видел тех двоих?

— В тот же день, когда Фаремо вышел из зала суда свободным человеком.

— Те двое просто шли, не ссорились, не дрались?

— Вот именно.

— Кто-нибудь видел, как городские садятся в машину и уезжают?

— Пока мы таких не нашли.

— А машина-то что?

— Уехала.

— Зачем двум городским гулять в таком богом забытом месте на берегу Гломмы в морозный ноябрьский день?

— Зачем норвежцы вообще ходят гулять?

— Чтобы размяться, укрепить мускулы…

— Ты не назвал еще одну причину.

— Какую?

— Когда еще была жива моя жена и мы с ней ходили гулять, на прогулках мы с ней всегда разговаривали.

— Ну да, они решили проветриться и выяснить отношения, поговорить с глазу на глаз. Разговор окончился ссорой и…

— Это только предположение.

— С кем Фаремо так нужно было поговорить, если не со своей подружкой, Мерете Саннмо?

— Например, с Видаром Балло. Ведь Балло заменил Фаремо в постели Мерете Саннмо. Против того, что с ним был Балло, говорит только одно.

— Что?

— Наша троица, Фаремо, Ройнстад и Балло, — лучшие друзья и подельники. Они вместе несколько раз ходили на дело и делили добычу не ссорясь. Поэтому неясно, с чего вдруг Йиму Ройнстаду или Видару Балло захотелось убить Фаремо. Пока у нас только одна зацепка. Возможно — подчеркиваю, возможно! — Мерете Саннмо перепрыгнула из одной постели в другую. Она бросила Юнни Фаремо и переметнулась к Видару Балло.

— Возможно?

— И даже скорее всего. Но наверняка нам пока ничего не известно. С другой стороны, наши приятели и раньше менялись женщинами и не ссорились из-за них. Так что вряд ли мотивом убийства послужила благосклонность Мерете Саннмо.

— Ты уверен, что Мерете Саннмо и Видар Балло — любовники?

— Если даже и нет, они определенно создают такое впечатление. — Гунарстранна хлебнул пива.

— И все-таки… Ведь именно Мерете Саннмо навела нас на убийство в Лоэнге, верно? Если Юнни Фаремо убили, логично предположить, что его прикончил кто-то из его ближнего круга. А его подружка не стала хранить ему верность и быстро нашла ему замену. Сначала она навела на его след полицию, а теперь Юнни найден мертвым.

— В твоих словах, конечно, есть рациональное зерно, — заметил Гунарстранна, ставя стакан.

— По крайней мере, такой вариант развития событий выглядит правдоподобнее, чем несчастный случай.

Гунарстранна покачал головой:

— Мы имеем дело с бандитами, которых загнали в угол. Масса косвенных улик указывает на то, что они хотят разбежаться в разные стороны. Меня тут смущает другое. Почему Мерете переметнулась от Фаремо к Балло?

Они долго сидели и смотрели друг на друга.

Гунарстранна достал кисет и машинку для сворачивания самокруток.

— Видар Балло и Мерете Саннмо сбежали, — сказал он.

— Откуда ты знаешь?

Гунарстранна смахнул с самокрутки лишние крошки табака.

— Я объявил их в розыск… Понимаешь, вчера я случайно столкнулся с Балло и Мерете Саннмо на улице и велел им сегодня явиться ко мне для допроса. Но они не явились.

— Но неужели так и есть? Фаремо один против Балло и своей бывшей подружки?

— Может быть.

— В истории такое не редкость. У французов есть даже свой термин для такого положения: шерше ля фам… Ищите женщину!

Гунарстранна недоверчиво хмыкнул:

— Я бы согласился с твоей версией, если бы знал, что у Балло и Фаремо уже случались конфликты в прошлом. Но ведь из-за ее наводки они оба крепко влипли. Не понимаю, зачем ей понадобилось еще и натравливать их друг на друга.

— Если не считать ее саму ценным призом, за который состязаются они оба… Тогда выходит, что у них было больше чем достаточно поводов для конфликта.

Гунарстранна замялся, но продолжил:

— И потом, во всей истории непонятной остается твоя роль. Кто-нибудь из наших коллег наверняка спросит тебя, не ты ли прогуливался с Фаремо по берегу Гломмы.

— Я с ним не прогуливался.

Они посмотрели друг другу в глаза.

— Тебя начнут спрашивать, чем ты занимался в то время. Ты уже признался, что пробовал следить за Фаремо — за несколько часов до того, как его видел свидетель.

— Но я поехал в Блиндерн. Когда Фаремо с кем-то гулял на берегу реки, я разыскивал Рейдун Вестли.

— Люстад передал начальству твои слова, но добавил, что ты не знаешь точно, когда был в университете. Возможно, ты успел сгонять в Ашим, а потом помчался в Блиндерн, чтобы обеспечить себе алиби.

Франк Фрёлик тяжело вздохнул.

— Понимаю, звучит нелепо. — Гунарстранна закурил самокрутку. — Пепельница у тебя есть?

Фрёлик кивнул в сторону пустой банки из-под арахиса:

— Стряхивай туда. — Он выпрямился и снова посмотрел на карту, потом откашлялся и спросил: — Какой марки была машина, которую свидетель видел возле фермы?

— Мы не знаем. По словам Люстада, свидетель запомнил только, что машина была с кузовом седан, серебристо-серого цвета. Марка может быть любой — от «сааба» до какой-нибудь японки. Но нам известно, что Фаремо водил серебристо-серый «сааб».