Четвёртый прыжок с кульбитом и портфелем
Шрифт:
«Подарки от друзей» в красных конвертах шли наверх по цепочке - от младших по званию до чиновников постарше. А когда чиновники стали коммунистами, в этом смысле ничего не изменилось, менталитет остался прежним.
Ивашутин хмыкнул своим мыслям, а китаец замер над очередной страницей:
– Досье на каждого чиновника - невероятно. Но номера счетов?! Ваня, да этому скоросшивателю цены нет!
– Пардон, - разлив очередную порцию по чашкам, Мещеряков и эту папку забрал, чтобы вручить третью: - Вот список японской агентуры в Китае. Японцев можешь оставить себе, дарю.
Ван Чжань впился глазами в текст.
– Насколько информация достоверна?
– невозмутимость исчезла с лица китайца, теперь оно сияло азартом охотника.
– А ты проверь, - хмыкнул Мещеряков.
– Возьми любого агента из списка, и спроси. Ты же умеешь спрашивать, Ваня. Я знаю.
– Спрошу, - пообещал китаец.
– Только ради этого стоит в Пекин слетать.
– Отдай. Скучные бумаги будешь потом читать, Ваня, - Мещеряков протянул ему чашку.
– Ну, за дружбу.
Выпив водку как воду, китаец жадно задал новый вопрос:
– На англичан что-нибудь есть?
– В Греции все есть, - хрустя яблоком, генерал солидно кивнул.
– Даже французы есть.
Ван Чжань мечтательно уставился на портфель:
– Это ж какую игру можно затеять... Что ты хочешь взамен?
– Ваня, я же сказал: дружбы хочу. Нам не нравится ваша разведывательная активность в СССР. И мы уже устали подсовывать вам дезу. Друг мой, нам с реальными врагами бороться надо, а не пудрить китайцам мозги! Давай переходить на конструктивный диалог, а? В этом мире полно явных угроз. Пора бы уже остыть, чтобы помогать друг другу. Ну что, по рукам?
– Если сейчас я пожму твою руку, то потом не смогу обмануть, - в голосе китайца слышалась горечь.
– Тогда я потеряю лицо.
– Обманывать нехорошо, Ваня...
– Мещеряков говорил серьезно.
– Как хороший китаец, я помню обман всю жизнь.
– А если начальство прикажет? Понимаешь, такие вопросы в компетенции Пекина, - пробормотал Ван Чжань.
– Не мой уровень.
– Был не твой, станет твой, Ваня! Ты же хотел домой сгонять? Лети. Японцев попинаешь, а потом, сидя на коне, с
начальством пообщаешься. Предлагаю наладить диалог на уровне разведок. Это пока, - генерал разлил на посошок.
– Сейчас я тебе отдаю только японцев. Остальное - если договоримся. Длинный путь начинается с первого шага, так сказал великий Лао-цзы? Я свой шаг сделал, теперь твоя очередь. Ну, счастливого пути!
Глава сорок пятая, в которой не вращайте глобус, вы все равно не найдете
Двухдневные переговоры с генералом Ивашутиным было долгими и трудными. Закончились они определенными договоренностями и уступками с обеих сторон. На вечернем заседании директор ЦРУ совместно с русским генералом решили, что результаты можно докладывать Брежневу.
Генеральный секретарь тянуть не стал - принял Ричарда Хелмса назавтра, на даче в Завидово. Поскольку встреча считалась приватной, членов Политбюро здесь не оказалось. И, к счастью для директора, боевую стрельбу по кабанам Леонид Брежнев организовывать не стал, ограничился застольем на воздухе. А так бы директор мог и опростоволоситься - война с дикими свиньями коньком его не являлась.
После нескольких дежурных тостов Генеральный секретарь одобрил достигнутые договоренности, а затем отправил помощников и секретарей к мангалу, жарить шашлык с колбасками. За столом остался его переводчик и доверенное лицо, возле Хелмса задержался его помощник Майкл.
– Господин Генеральный секретарь, президент Никсон хотел уточнить позицию по поводу лунной эпопеи...
– начал директор.
– А чего там уточнять?
– Брежнев поднял брови.
– Вы на Луне были, мы с этим утверждением согласны. Глупых вопросов не задаем. Дадите «лунные» камни еще, возьмем. Не дадите, и не надо. Наша позиция понятна, и в нашей прессе эта тема обсасываться не будет.
– Понятно, сэр. Спасибо.
Брежнев отмахнулся:
– А вот вы из Вьетнама выходить не собираетесь. И потом, когда закончатся бомбежки в Камбодже? Это же черти что творится!
Директор ответил заученной фразой:
– Президент Никсон хотел заверить вас, что переговоры в Париже начнутся в ближайшее время. Консультации по этой проблеме уже ведутся.
– Очень хорошо, - кивнул Брежнев.
– Осталось дождаться результата. Наша цель ясна - мирное сосуществование государств на основе нормализации отношений с Соединенными Штатами.
– Президент Никсон считает, что надо ускорять программу «Союз-Аполлон». У нас есть еще несколько предложений по мирному освоению космоса. Как вы смотрите на совместный полет наших космонавтов в самое ближайшее
время?
– Закончите войну - будем ускорять, - буркнул Брежнев.
Хелмс понял, что затеял разговор несколько преждевременный, перешел к следующему пункту:
– Недавно президент Никсон сделал заявление по поводу изменения валютной политики...
– Это когда вы золото убрали из доллара?
– хмыкнул Леонид Ильич.
– Я в курсе. Ваш Киссинджер сделал нам несколько предложений. Мы на них рассчитываем.
– То есть договоренности в силе?
– Если вы будете держать слово... Тогда мы продолжаем работать с долларом. Но в первую очередь нам нужно зерно! По ценам, ниже мировых в два раза, как договаривались. И еще. Киссинджер обещал, что нефть подорожает на мировых рынках в пять раз. Для нас это важно.
– Да, сэр. Именно так и будет.
– Третье: вы поставляете нам ряд фабрик химической промышленности. На мировом уровне, конечно.
– Да, сэр.
– Про группу заводов «КАМАЗ» говорить не будем, вы там работаете. Но надо увеличить обороты на стройке, - Брежнев махнул рукой.
– Как у нас говорят, пятилетку за четыре года. Сделаете?
– Да, сэр, - директор согласно кивнул.
– Кроме того,
компания «Пепси-кола» готова развернуть в СССР производство лучшего в мире напитка. И еще мы предлагаем совместный советско-американский проект
животноводческого комплекса на Кубани. Самое современное оборудование поступит из США.
– Хорошо, - Брежнев повернул голову, и рюмки вновь наполнились.
– За это стоит выпить.
Поняв, что аудиенция подходит к концу, Хелмс выложил на стол коробочку:
– Вот, господин Генеральный секретарь, примите подарок от президента Никсона.
– Что это?
– Брежнев заинтересованно протянул руку.
– Американские электронные часы, - с треском раскрыв упаковку, директор вложил ее в руку Леонида Ильича.
– Новинка, в продаже такого нет. Товар только готовится к выходу на рынок. Корпус золотой, экран на жидких кристаллах.