Чтение онлайн

— Я всё прекрасно понимаю, Маша. За то время, что мы провели вместе, я влюбился по настоящему, и не собираюсь больше использовать тебя.

— Вы не правы. — тут Маша подскочила к нему и в её глазах блеснул лёгкий страх — Быть с вами — это большее на что я могу надеяться за всю свою жизнь. Может я скажу вам страшную вещь: даже если вы решите привязать меня цепями к батарее и кормить с миски, как собаку, то это всё равно лучше, чем то место откуда меня вытащил ваш отец.

Она говорила искренне. Артём чувствовал её страх, даже ужас. Она боялась, что если перестанет быть ему интересной, то его отец просто вышлет девушку прочь. И всё же Артём не мог этого принять. То-что происходит с ними, лишь часть общей несправедливости, царящей в Ирие. И дальше будет только хуже.

— Давай тогда сегодня не будем. — пробормотал Артём — Правда, настроения нет. Извини, что отвлёк. Возвращайся к уборке.

Застегнув ширинку, Артём вышел из комнаты. В раздумьях он бродил по особняку, игнорируя прислугу. Ему вдруг захотелось побыть одному. Совсем одному. Артём покинул дом и направился в беседку на заднем дворе. Там он провёл много времени, равнодушно листая новости на своём планшете. Больше всего Артём был заинтересован во всём, что касалось его рода. После того разговора с Глебом у Артёма закрались в голову зловещие подозрения по поводу истории собственной семьи. Воспитатели рассказывали, что высокое положение Савельева-старшего — результат личных умений, талантов и навыков, позволивших прорваться на самый верх сословной иерархии. Сам отец о прошлом распространятся не любил, поэтому Артём привык верить воспитателям на слово. Но теперь ему требовалось самому докопаться до истины, хоть он ещё и не понимал, что за «истину» пытается найти. В базе данных Савельевых родословная семьи велась непосредственно от Леонида Савельева и выглядело всё так, будто отец первый в роду. Тогда Артём полез на форумы где общалась Элита. Там тоже не густо. Вернее, наоборот. Савельевым было посвящена куча тем, содержание всех было неприятным. Дискутирующие форумчане поливали грязью семью и плевать им, что те вхожи в Старую Знать. Артём поначалу хотел создать себе аккаунт на сайте, чтобы влезть в спор и отстоять честь свою и отца. Но решил этого не делать, ибо бессмысленно одному материться со всем онлайн-коллективом. Впрочем, кое-какая польза от этих форумов была. В одной из тем шла дискуссия на тему того, как лучше противостоять монополии Савельевых на производство продуктов питания. Выдвигаемые предположения вызывали сами по себе ничего ценного не несли, но Артём обратил внимание на другое. Один из форумчан описывал какую-то махинацию Савельева. Ничего необычного за исключением даты. Аккаунт с причудливым ником «Арлекин» в рассказе упомянул дату, более раннюю чем та, которая согласно отцу, была годом основания их Дома.

Вот это уже интересно. Получается род Савельевых древнее, но почему папа сознательно врал сыну? Если так, то у него наверняка были причины. Артём сомневался, стоит ли лезть, хотя… что он вообще может узнать теперь, кроме слухов? Если отец хочет, что-то скрыть, то это «что-то» исчезнет, будь то материальный объект или информация.

Отложив планшет, Артём протёр усталые глаза. Бессмысленная трата времени. Подумать только, подросток забыл, как его тратил, когда рядом ещё не было Маши.

На месте крушения, Сергей не обнаружил человеческих жертв, кроме останков пилота и высланной Ченковыми группы спасения, хотя стреколёт при крушении разнёс несколько ветхих домов. Гигантская железная стрекоза превратилась в металлолом.

Хвостовая часть дымилась, но огня не было, поэтому Сергей направился к тому что до крушения было кабиной пилота. Пульт управления, был полностью сломан, но система связи всё ещё работала и улавливала сигнал.

«Сфера-2 это центр, приём!» — сквозь помехи прорывался голос — «Вы не выходите на связь, что происходит?»

— Это Сергей, приём. — решился ответить Драгунов — Прекрасно вас слышу.

В приёмнике воцарилось молчание, а затем раздался вопрос:

«Какой ещё Сергей? Что у вас там вообще происходит?»

— Ваша каракатица была сбита староярским ПВО и потерпела крушение в трущобах. — конкретно разъяснил Сергей — Экипаж мёртв.

Приёмник снова замолчал. Были слышны лишь помехи.

— Я знаю, что вы прибыли для эвакуации Светланы Ченковой. Спешу вас заверить, что с ней всё в порядке. Она спасена и укрыта в местной церкви, но её ребёнок похищен. Мне нужно переговорить с Его Превосходительством Вячеславом Ченковым.

На этот раз, ответ не заставил себя ждать:

«Кто бы ты ни был, слушай внимательно: нам нужны точные координаты местонахождения той церкви, где спрятана госпожа Ченкова. На любом из тел пилотов, если от них что-то сохранилось, есть миниатюрные датчики.»

Сергей тут же стал обыскивать карманы ближайшего трупа.

— Я нашёл кое-что. — сказал Сергей после минут поиска — Оно похоже на чёрную пуговицу в серебристой рамке.

«Это датчик. Он должен работать. Сдави его.»

Сергей послушался и рамка пуговицы загорелась синим неоновым светом.

«Отлично. Вижу новый сигнал. Слушай дальше: Возвращайся туда, где прячется госпожа Ченкова и ждите новой группы эвакуации»

— Хорошо.

По возвращении в церковь, отец Алексий встретил его будучи крайне встревоженным.

— Сын мой, — произнёс священник прежде чем Сергей успел молвить хотя бы слово — Нам предстоит важный разговор.

Сергей был немного сбит с толку, но согласно кивнул. К удивлению, отец Алексий не позвал его спустится в подвал, а отвёл в сторону.

— Мне удалось поговорить со Светой. — сказал он.

— Как она?

— Немного успокоилась, хотя для полного восстановления душевного равновесия ей необходимо воссоединение с ребёнком.

— Это и так понятно.

— Ну так что ты выяснил?

Сергей честно рассказал старому священнику всё что он видел и сделал у разбившегося стреколёта и даже продемонстрировал устройство слежения, по которому его должны были выследить люди Ченкова. Впрочем, эта новость не произвела на отца Алексия никакого впечатления. Он выглядел так, словно ожидал какого-то события. Весьма неприятного.

— Боюсь, что даже если второй группе Ченкова и удастся проникнуть в Староярск, спасти ребёнка они не успеют. Самый ужас в том, что похоже я знаю того, кто похитил его.

— И почему я снова не удивлён?

— Когда Светлана чуть успокоилась, то более подробно описала человека, который забрал её ребёнка, хотя уже на «горящих красных глазах» я всё понял, но надо было убедиться. Его зовут Ситри.

— Странное имя. Оно мне ни о чём не говорит.

— Это не имя. — ответил отец Алексий — Но именно так он себя называет, сколько себя помнит. Его настоящее имя, скорее всего, уже неизвестно даже ему.

— А что на счёт тех красных глаз, по которым вы его определили? — спросил Сергей, после небольшой паузы.

— Это побочный эффект от нанохирургии, как и его застывшие биологические часы. Пусть тебя не смущает его внешность худощавого подростка ростом тебе по грудь. Ситри помнит ещё самое начало гражданской войны.

От такой информации Сергей хоть и не испытал страха, но почувствовал себя неуверенно. Жертвы нанохирургии, при условии, что могут передвигаться самостоятельно, а не являются овощами, как Хозяин, опасные противники из-за повышенных физических данных.

— Я не буду спрашивать, откуда вы знаете этого старика в теле школьника. — произнёс Сергей — Уверен, в другое время, вы мне сами расскажете за чашечкой чая. Меня волнует, почему этот ваш Ситри похитил ребёнка Света.

— Можешь спросить у него лично, хотя я категорически против, чтобы ты вообще к нему совался.

— Святой отец, вы знаете меня лучше, чем кто-либо. У меня патологическая склонность к влипанию в неприятности. — иронично произнёс Сергей.

— Всё шутишь, — покачал головой священник — Но в этот раз всё серьёзно. Я понимаю, что после Багдадской кампании тебя нечему напугать, но послушай: Ситри — редкостный зверь, не жалеющий ни себя, ни других. Он бешеный пёс, за всю жизнь не испытавший милосердия и потому не дарящий его другим. Да и зачем тебе в это ввязываться? Это ведь не твой ребёнок. Помочь попавшейся на пути девушке, было правильно, но тебя никто не осудит, если ты ради спасения чужой жизни не ввяжешься самоубийственную авантюру. Или вернулись ранее отпущенные чувства?