Четыре сезона
Шрифт:
На следующий день сил что-нибудь сказать у него не было. От перенапряжения мозг превратился в кашу и надорвано болел.
Всё-таки перестарался ты с “отдыхом”
– Ыыаммм…Хъъъ
Провалявшись в беспамятстве ещё два с половиной дня, Тамура наконец пришёл в себя. Желудок ныл, словно толпа хулиганов всю ночь втаптывала его грязными говнодавами внутрь его измученного тела.
И не одну ночь, а все три
– Охх, помолчи. От тебя не легче.
Это ты сам себе говоришь
– Я что-то должен был сделать.
Не мешало бы поесть
– Я должен был вернуть кассету!
А доктор тебя предупреждал!
– Надо только подняться…
Не забудь плед, он так там и валяется
– Да ну его этот плед, другой найду.
Этот связала мама
Но Тамура уже себя не слушал. Он прохромал на улицу, ковыляя, спустился с лестницы, несколько раз остановился на ней, борясь с приступами тошноты.
Это всё от голода
– Мы идём в прокатную.
И славно, это как раз по пути к Кобаяши
– Как стыдно-то, он ведь ждал.
А мама ждала, что из тебя выйдет что-нибудь путное. Что ты хотя бы девушку себе найдёшь
– Мне не нужна девушка.
Что женишься
– “Слишком рано взрослеют”…
Опять ты за старое
– “Слишком рано остаются одни”
Вместо неоновой дорожки “Видеопрокат” над дверью красовался развёрнутый эмалированный папирус с акварельным рисунком и тушевой каллиграфической надписью:
“Old SalMOON”
“Старый (лунный) Лосось”
Рыбина была старательно выведена графичными чёрными контурами и раскрашена красными, жёлтыми и оранжевыми чернилами. На лбу и прочих сверкающих частях её тела белым акрилом были обозначены блики.
– На лосося по цвету совсем не похоже.
Но художник здесь поселился талантливый
– Интересно, сколько ему лет.
Наверняка какой-нибудь проворный юнец
– Почему ты так решил?
Знаешь как рождаются прозвища в школе? – мелких детей называют здоровяками, здоровяков, наоборот, малышами
– Сколько бы лет ему не было, он наверняка не лишён чувства юмора.
И, может быть, любви к английскому языку
– О, это было бы чудесно. Знать бы, что в этой лавке.
Похоже, возвращение кассеты откладывается на неопределённый срок
– Я бы, для порядка, ещё постучался к нему домой.
Так он и сделал.
Ему никто не ответил.
В двери было новомодное тонкое продолговатое окно для почты. Кассета с трудом пролезла в него. ХлопкА об пол не последовало. Тамура отогнул окошечко пальцем и увидел, что кассета легла на какую-то коробку.
– Видимо, про переезд он не шутил.
Ты хотел сказать, не ВРАЛ
– Всё в рамках приличий, как ты и хотел.
Ты и есть само неприличие
– Как…
Как ты и хотел
Спустившись во двор к «Старому лунному Лососю», Тамура толкнул дверь магазина, но она не поддалась.
Ты что, не видишь, табличка “Не работает”
– И впрямь. Как я её не заметил?
Ты видишь и слышишь только то, что хочешь
– Зайду потом. Голод отступил.
Если что, я тебя предупреждал
– О чём?
Обо всём, о чём ты не хотел слушать
– Сильно нужны мне твои советы.
Ты их сам себе даёшь
– Вот и сникни.
Из-за двери раздался стук.
От испуга Тамура слегка дёрнулся. Стекло было чёрным, едва прозрачным, но только на самой двери. Табличка была прилажена вплотную с внутренней стороны. Стук повторился. При этом видно было загоревшие костяшки пальцев, касавшиеся стекла с той стороны.
– Что за шут?
Тамура постучал в ответ. Тишина.
Снова раздался стук с той стороны. Озорной, игривый. Видать, хозяин и впрямь был большой шутник.
Тамура принялся было снова стучать, как дверь распахнулась.
– Ну и видок у вас, если смотреть с моей стороны, доложу я вам!
Улыбчивый старик, кажется, на половину индиец, слал лучи света золотыми зубами всему миру. Один солнечный зайчик уколол Тамуру прямо в глаз. Где-то в правой верхней доле головы проснулась тупая давящая боль.
– Я вас раньше не встречал?
– Да, именно так, я обосновался здесь недавно, второго дня, можно сказать.
– Кажется, раньше здесь обитал один молодой человек…
– У вас к нему дело? Он, кажется, должен быть у себя.
– Нет. Но, думаю, мы с ним всё уладили.
– Прекрасно! Чертовски приятно заканчивать дела, не находите?
Тамуру этот вопрос почему-то поставил в тупик.
– Эээ… Весьма – протянул он с улыбкой.
– Ох, что же это я? – старик услужливо распахнул дверь шире – быть может вы составите мне компанию за, скажем, чашечкой крепкого чая?
– С удовольствием.
– Чудно!
Проходя по длинному коридору, Тамура не мог не отметить поразительной перемены помещения (на самом деле гараж был по-прежнему короток, но мебель расставлена так умело, что создавала иллюзию удлинённого пространства).