Четыре стихии. Том 1. Небесные острова
Шрифт:
– Давным-давно, когда наши воины сражались со злом и через три долгих года победили его, в природе воцарился мир. Вся армия тьмы просто превратилась в пыль, когда наши уничтожили злую воительницу. В тех местах, где происходила трёхлетняя война, безжизненные пустыни превратились в долины. А жители и существа вернулись в них, в свои большие леса, высокие горы и жилые дома.
После окончания той войны и когда всё стало спокойно, из звериного царского рода правителем Волшебной страны избрали Мага-медведя Атикина. Атикин был добрым, великим и могущественным волшебником, ему была уготована великая цель: контролировать силу природы, которой пронизана вся вселенная. Он создавал энергию из ничего, раздавал её жителям и другим магам, и волшебникам, а также фантастическим зверям. При этом он учил и советовал им, как правильно обращаться силой и энергией, – рассказывала Облачка, при её произнесённых ею словах её истории в том радужном шаре переливались краски, менялись сцены. Рисунки на шаре растворялись, словно в воде, и на место них появлялись другие, – Атикину доверяли многие жители всего нашего королевства, они были добры к нему. Алтари силы природы: земли, огня, воздуха и воды хранили энергию и всё могущество нашей страны и огромных наших земель, благодаря которому наше волшебное королевство процветало. С тех самых пор жители жили в мире и покое. Всё было хорошо…
Вдруг в этот момент всё в чердаке потемнело, и тишина с переменным тёплым ветерком, превратились в сильную плохую погоду, изображённую на волшебном шаре. Гам же, устрашившийся от этого, почувствовал неожиданный холодок в помещении, все вещи среди них задрожали от громовой, ужасной тишины.
– Но внезапно всё изменилось, – продолжила всё-таки Облачка свой рассказ, не поддаваясь страху, – Страшные бури начинали создавать стихийные бедствия. Наводнения, землетрясения, ураганы, грозы, пожары, из-за которых жители покинули свои поселения и были в ужасной беде, покорили почти всю волшебную страну. Глядя на свою землю, на дальние горы, вдалеке Атикин увидел с высокой башни своего замка, как мгновенно и быстро перемещались и метались во всюду ураганы, и понял, что произошло нечто ужасное. Некоторые спасшиеся жители деревень видели существ, которые были напуганы, другие поговаривали, что странные чужаки и чудища в доспехах…
–Тех, которых я видел возле входа, и которых спали на посту? – спросил Гам.
–Да, тех самых, – ответила фея и продолжила, махая крылышками в воздухе возле переливающегося цветами шара, – Другие поговаривали, что странные чужаки и чудища в доспехах разрушали магические алтари, вынимая и вычерпывая оттуда энергию стихий с какой-то целью. В конце концов, выяснилась неожиданная догадка: это был злой колдун Энстрепие, а точнее злой дух из преисподней, который вернулся, чтобы отомстить и захватить нашу Волшебную страну. Он использовал энергию и силу во зло для того, чтобы управлять жителями и многих безобидных животных и фантастических зверей, тварей превращать в страшных, злых чудовищ. Колдун Энстрепие отправлял свои отряды в разные уголки Волшебной страны, и воины Древнего Зла истребляли наши царства, деревни и разоряли огромное количество поселений. Захватив жителей и существ, они вели их к замку злого колдуна. И потом тот превращал их в своих воинах. Но у этого был всего один недостаток: применив тёмную магию, Энстрепие снова нарушил гармонию в природе и навлёк тем самым гнев бога и духов природы. Чем больше становилась его армия, тем сильнее свирепствовали бури. Всё ещё пока что было неизвестно, как Древнее Зло, заточённое в преисподние, глубоко под землёй, вырвалось оттуда, но Атикин догадывался, что нужно узнать причину несчастья всего народа. Он поклялся сохранить гармонию природы, и эту клятву никогда не нарушить. Решение пришло само. Атикин послал опытного эльфа, чтобы выяснить причину стихийных бедствий и одолеть злодея, вызывающего их. Прошло много дней и ночей ожидания – ни одной вести из-за его потери не было. Атикин тогда послал гнома, но и тот не вернулся. Снова и снова он посылал своих воинов на очень опасную миссию, но снова и снова они все исчезали. Вскоре воинов и солдат не осталось, и энергия с алтарей тоже полностью иссякла. Многие мучительные для Атикина дни показывали ему столько провалов в бездну беды, в тяжёлой борьбе с сильным врагом, даже тот день, когда посох с могущественной силой и магией бесследно тоже пропал, тоже давал одни такие же, но другие отрицательные попытки.
В тот день жители, которыми Энстрепие управлял гипнозом, ворвались в его замок и против него начали бунтовать, требуя при этом, чтобы он ушёл и больше никогда не возвращался. Атикин вышел к ним, пытаясь остановить бунт и умерить их гнев, но этого не получилось. Вокруг него было много недовольных жителей и рядом с ним отсутствовали его верные ему друзья, в том числе и я, Облачко, он был совсем один. И даже если посох кто бы ни был, украл его, Атикин упорно стремился успокоить ворвавшихся в его дом, замок, жителей. Но этого было для них недостаточно: в один момент народ неожиданно толкнул своего правителя Волшебной страны в сторону, и он упал в грязь лицом, после чего вся собранная кругом толпа стала над ним смеяться и потешаться:
– Смотрите на него! У Атикина нет больше сил, даже встать не может. Ха-Ха-Ха-Ха-Ха!!!
После этой зловещей потехи, толпа начала гнать его к воротам.
– Изгнать его!!! Изгнать князя, долой коварного лжеца, – пропел однажды дятел-поэт, стоявший на выступе, сделанной из камней.
В магическом шаре Гам отчётливо видел, как перед Атикином лежащим в грязи, над ним потешался дятел-поэт с цилиндром на своей красной головке.
Ничего не поделав с этим, – продолжила Фея, – Маг-медведь Атикин решил покинуть, не взяв ничего себе в дорогу, Волшебную страну, а то и наш мир, Фантазию, и перед тем, как уйти, он произнёс пред толпой такие слова: «Dum spiro – spero», что означало на латыни: «Пока дышу – надеюсь» …
Потом фея Облачка вздохнула и продолжила, – После этого наш Великий Маг, открыв пред собой большую дверь в дубе, прошёл через огромный проём в нём и.… И закрыл за собой его. Больше мы, в том числе и я его не видела.
Так потом Энстрепие, воспользовавшись отсутствием Атикина, а вместе с тем и надежды жителей нашей страны, смог захватить Волшебную страну. Чудовища и его тёмная нечисть стали разорять наши земли в поисках всех остальных магов и колдуний, чтобы либо прогонять их, хотя Энстрепие не мог оставить так просто свидетелей, либо лишить их магических сил и потом сделать из них слуг и рабов, забывших о том, что произошло.
Внезапно Облачка подлетела к левому уху Гама и перешла с нормального тона на шёпот, будто кто-то подслушивал их разговор, – С того события злые чудища по приказу Энстрепия переименовали нашу страну и назвали её «Безымагия», то есть без магии и волшебства. Потому что всем нам было запрещено использовать магию, кроме него, – Затем отлетев в сторону, закончила свой длинный рассказ, а волшебный шар, который больше ничего не показывал, был закрыт большим полотном.
После этого маленькая фея подлетела к окну, встала около него и смотрела, где бушевала мрачная и тёмная погода.
–Очень необычная история, – сказал Гам и, встав со стула, тихо подошёл к ней. Он стал также глядеть в окно, в надежде найти какое-нибудь там маленькое озерцо солнечного света.
Но Облачко, будто прочитав его мысли, повернулась к нему,
–Даже и не пытайся ожидать какой-либо ясной погоды.
Гам просто удивился от таких слов и, смотря в окно, не понимал, как это возможно, ведь не может быть, чтобы были в этом мире только одни тучи, которые не могут дать этой земле обещанный дождь, но вспомнив рассказ Облачки, он понял, в чём причина этих несчастий. Затем, оторвав свой взгляд от окна, повернулся к фее, та, повернувшись к нему спиной и вися в воздухе, с грустным видом на лице промолвила,
–Ах, если был бы шанс, который спас нас всех, наша страна не была бы тогда разорена. Я бы исправила свой поступок. Я бы заступилась за своего верного друга, Атикина, но не могла, потому что меня остановили сторонники Энстрепия, тролли, угрожавшие мне смертью и…
И внезапно заплакала горькими слезами, превращавшимися в пар.
–Ты не виновата в этом, произнёс Гам, – ты была одна тогда.
–Нет, ты не представляешь, какие увечья незаслуженно получают ваши дети, а вместе с тем и вся наша вселенная.
–Я не понимаю.
–Я сейчас всё объясню, сказала Облачка, – Когда Атикина изгнали, и он ушёл, из-за этого начали свирепствовать ещё сильные бури, разрушавшие всё на своём пути. Всё сильнее и могущественнее становились приспешники и воины Энстрепия. Тем самым наш мир фантазии будет раздробляться и уничтожится, потеряв гармонию природы и равновесие. После чего мечты ваших людей и детей будут становиться выдумкой и неправдой, а их фантазии начнут угасать, тем самым красота и любовь пропадут навсегда, проиграв всему на свете. И потом их отсутствие может отрицательно повлиять и на ваш мир. Пойми: без Атикина, могущественного мага – нет фантазии, без фантазии – мечты у детей и людей вашего мира угасают. И всё это из-за меня, Атикин был моим лучшим другом, и моя совесть теребит мне душу. Я провинилась, – сказала она и продолжила рыдать, оплакивая свою вину.
Гам, всё поняв и продолжив смотреть на фею, которой было очень тяжело и грустно, не выдержал этого и, подбежав к ней и держа её в руках, стал её утешать,
– Облачка, пожалуйста, не плачьте. Я вам обязательно помогу. Мы вместе найдём Атикина, вернём его, и он спасёт всех вас и нас.
–Ох, спасибо те… – Облачка не успела договорить, как вдруг на них налетела деревянная полка, они не заметили, как оказались под ней, еле ели державшейся над окном, и Гам, укрыв ладонями фею, упал. Меньше чем через одну минуту он стал над собой поднимать отвалившуюся полку, которая оказалась тяжелее, чем прежде. Ему никак не удавалось убрать над собой доску. Затем над ней раздались чьи-то вопли. Вопли того, кого можно было не ожидать. Того, кто всё это время подслушивал разговор Гама и Облачки.