Чтение онлайн

Она приехала сюда просто так, без условий. Чтобы быть с ним. Но это совсем не просто.

Она любит его, и это меняет все. Он – главное для нее. Он – ее основная забота. Он и их будущее. И начать нужно прямо немедленно. Он не имел дома в детстве, но кто мешает ей построить дом для него сейчас? Ведь дом – это то место, где тебя ждет кто-то любящий – в их случае женщина, где она готовит для тебя, мечтает о тебе, отдает тебе свое тело и свою жизнь. Значит, ей нужно сделать дом для мужчины, которого она так любит. Это самое важное.

Если он вернется, конечно. Но почему-то Арина чувствовала, что он никуда не уйдет. Может быть, подсказывала интуиция, женское сердце. Или это солнце, подхватившее ее под руки, разлохматившее ее локоны, прошептало ей ласково, что все будет хорошо.

Магазины в центре города потрясли Арину: она никогда не думала, что люди, живущие тут, обедают в ресторанах просто потому, что готовить дома здесь ненамного дешевле. Арина долго, утомительно блуждала среди совсем уж невыразительных палаткообразных торговых точек, к тому же частично закрытых из-за того, что это – суббота, выходной, а по выходным самый центр Москвы почти вымирает. В конце концов она все же нашла гастроном побольше, хотя он и был достаточно далеко от дома. Все, что она хотела сделать, это простой завтрак, такой, как им приносили в их пентхаус в Maximus Grand. Свежевыжатый апельсиновый сок, тосты с тающим от тепла сливочным маслом, джем, яичница, фрукты.

Арина никогда не была мастерицей в приготовлении пищи, ей просто не приходило в голову обременять себя такими вещами. Дома их кормила мама, а потом, в Москве, ей было куда проще не есть, а перебиваться йогуртами и бубликами. Экономия получалась. Теперь она с ужасом осознала, что понятия не имеет, как делается вся та еда, которую ест Максим. Макароны с белым соусом и какими-то сложными морепродуктами, устрицы, французский багет с чесноком и песто. Он постоянно бросался названиями, смысла которых Арина не понимала и никогда не пробовала ничего подобного. Как же она может готовить такое?

– Масло берете? – спросила кассирша, глядя на растерянную Арину.

– Что? – Она вынырнула из своих мыслей и сосредоточилась на покупке. У нее в кармане лежала карточка, которую ей выдал Максим «на всякий случай» и которой, вот сюрприз, она еще ни разу не пользовалась.

– Масло ваше? – строго повторила вопрос кассирша.

– Мое, – кивнула Арина и протянула карту.

– Только наличными, – развела руками «хозяйка кассы».

– Как? Вот же значок карточек! – Арина ткнула в наклейку на кассе, но кассирша только устало посмотрела на нее.

– Интернета временно нет.

– А у меня нет наличных! – расстроилась Арина. Неужели придется бросить всю эту затею, а ведь она нашла вполне приличные на вид груши и уже представила себе, как она красиво порежет их кусочками и выложит на листья салата. Черт его знает, что из этого вышло бы, но это же был бы красивый жест. Главное – ее старания. Она бы возилась на кухне – для него, сервировала бы стол – для него. Может быть, даже нашла бы там передник и надела бы его на голое тело. Осталась бы в туфлях. От этих мыслей Арина покраснела и огляделась.

– Что ж, можете пойти в банкомат. Я отложу вашу покупку, – ответила равнодушная ко всему продавщица. Арина кивнула и пошла искать банкомат, что тоже оказалось непросто – ближайший банк оказался около «Фрунзенской». Арина сняла деньги – столько, что ей тут же стало опять неудобно. Старая добрая мысль, а что будет, если Максим подумает, что она с ним из-за денег, подступила на секунду, но затем Арина вспомнила его лицо в слезах нынешней ночью. Такому человеку деньги совершенно безразличны. Если бы она и в самом деле охотилась за его деньгами, он пожал бы плечами и дал ей то, чего она хочет.

Возможно, для него так было бы проще.

Арина вернулась в магазин только через полчаса, и ее покупку уже унесли, решив, что она не придет за ней.

– Но я же сказала – приду! – возмутилась она, но продавщица чуть виновато пожала плечами и отвернулась, механически пробивая покупки очередных покупателей.

– Набирайте все снова, – бросила ей другая кассирша с сочувствием. – Я пробью вам без очереди.

Пришлось снова брести к стойкам. Туфли на каблуке немало натерли ей ноги, и дело было не в том, что они были плохими или не того размера.

Никогда не надевай новую обувь, если собираешься долго ходить!

Но кто же знал, что она собирается долго ходить. Все выглядело так романтично – выбежать на десять минуток, набрать всяких вкусностей, показать Максиму свои чувства совершенно новым способом. Впрочем, как раз самым старым и самым традиционным из всех возможных. Удивительно, что ей еще ни разу не пришло в голову ничего подобного, если не считать тот хлеб с сыром, который она наспех схватила дома, когда они уезжали.

Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Что насчет разбитого сердца человека, считающего себя сумасшедшим?

Арина шла и хромала. Ничего-ничего, в следующий раз будет умнее. И все же попасть домой она смогла только через полтора часа после того, как ушла оттуда. Словно все на свете, как нарочно, мешало ей, чтобы невинный поход в магазин затянулся.

Или просто весь план изначально был глупостью. Арина тащила три пакета продуктов, набитые под завязку. А путь до дома оказался не близок. В тележке все смотрелось куда менее угрожающе. Н-да!

– Ну зачем нужно было брать столько груш! – в изнеможении простонала она, отмирающими пальцами приложив наконец ключ домофона к плашке на двери подъезда. Втащилась в парадное. Другой мир. Высокие потолки, тишина отделанных мрамором лестниц, красивая люстра – респектабельность в чистом виде.

И она, вспотевшая, пунцовая от напряжения, со стертыми пятками. Мисс Проза Жизни. Когда Арина ввалилась в лифт и нажала на кнопку их этажа, она была готова кидаться в Максима тостами и делать свежевыжатый сок из него самого.

Однако она была не одинока в своем желании.

Дверь лифта открылась, и перед ней материализовался взбешенный Максим. Он стоял на мраморном полу лестничной клетки босой, в майке и шортах. Откуда он узнал, что она едет в этом лифте? Шестое чувство?

Или дело в том, что на этаже всего одна квартира, так что, по сути, никто другой из этого лифта выйти не мог.

– А вот и ты. Отлично. А я уже звонил твоим родителям! Хотел звонить в полицию! – Тон его был делано радостным, в то время как лицо демонстрировало совсем другие эмоции. Ярость, злость. Страх?

– Но что такого случилось? Я уходила – и я вернулась, – возмутилась Арина, все еще злясь на себя за то, как плохо она продумала благой план. Ведь предполагалось, что она окажется дома раньше Максима и встретит его, как и положено настоящей любящей женщине, у плиты или накрывающей стол.

– И что же привело тебя обратно? Что-то забыла?